Руслан Михайлов - Изгой. Трилогия Страница 128

– От моего седалища не пострадает даже тонкая травинка, – отозвался субтильный священник и покосился на здоровяка. – Ты продолжай, сын мой.

– Следующее сновидение посетило меня, когда я не мог совладать с мечом и щитом – беспомощней меня мог быть только младенец.

– Не наговаривайте на себя, господин! – возмутился здоровяк. – Просто вы еще не оправились от ранений!

– Хватит со мной нянчиться, – рыкнул я на Рикара. – Я не мог справиться даже с четырнадцатилетним мальчишкой! Но не об этом речь! Хватит меня сбивать и просто слушайте! В ту ночь я заснул и увидел сон – уже виденный мной в предыдущем сне Защитник Твердыни несколькими ударами огромного меча посеял панику в рядах противника. На следующий день я вооружился двуручным мечом из нашего жалкого арсенала, и как внезапно оказалось, я умею с ним обращаться, хотя, по словам Рикара, меня никогда не обучали бою на двуручных мечах – это удел тех, кто прорывает наступающие ряды копейщиков врага и, следовательно, постоянно находится на острие атаки.

– Вы показали несколько связок и стоек из западной школы фехтования, – вставил здоровяк, когда речь зашла о любимом оружии. – Могу повторить: старый барон не желал смерти своему сыну и велел обучать его бою с коротким мечом и щитом на случай, если молодому господину придется вступить в имперскую армию.

– И последнее видение я увидел четыре дня назад, в подземной пещере под Подковой. Необычайно четкое и явственное видение – ласковое лазурное море, несколько островков, покрытых белоснежным песком, и мягкий шелест теплого ветерка. На одном из островков стояла закованная в доспехи молчаливая фигура, опирающаяся на массивный двуручный меч. Воин стоял молча, не отводя от меня пристального взгляда. Я видел лишь его изборожденное шрамами лицо в поднятом забрале шлема. Затем меня окликнул пронзительный вопль еще одного незнакомца, который требовал вернуть то, что принадлежало ему по праву. Когда я взглянул в лицо кричащего мужчины, я испытал леденящий ужас – на меня глядело собственное лицо. Лицо барона Кориса Ван Исер…

Вздохнув, я утер с лица выступившую испарину. Здоровяк с отцом Флатисом сидели молча и ждали продолжения рассказа. Никто не пытался убедить меня, что это лишь сон и ничего более.

– Сегодня я заметил сильно хромающего мужчину, который сорвался со строительных лесов и повредил бедро. Это заставило меня вспомнить, что когда мы падали с последнего водопада, меня сильно ударило бедром о камень или бревно плота – в темноте я ничего толком не видел. Ударило именно тем бедром, которое некогда распорол покалечивший меня кабан. Я остался в сознании, когда меня насквозь пронзило ледяным шипом той невидимой твари из разоренного поселения, и мгновенно провалился в забытье от удара по бедру. Учитывая, что кость не сломана и появился лишь обширный синяк, удар был не особенно сильным.

– К чему ты клонишь, сын мой? – медленно спросил отец Флатис. – Поясни.

– Большая часть моих видений и сновидений посещали меня лишь тогда, когда я либо серьезно болел, либо был расстроен, либо… получал хороший удар по левому бедру. Святой отец, ведь вы можете видеть разлитую вокруг нас магическую энергию?

Дождавшись короткого кивка от святого отца, я попросил:

– Отец Флатис, взгляните на мое бедро и скажите, что именно вы видите.

– Сын мой, в человеческом теле не может быть никакой энергии, кроме собственных жизненных сил, – удивленно произнес святой отец. – Не думаешь ли ты…

– Святой отец, вы просто взгляните, – прервал я священника. – Одним глазком. Если там ничего нет, то я буду только рад.

Повиновавшись, священник прислонил деревянный посох к стене пещеры и на несколько секунд закрыл глаза. Открыв их, он медленно повел глазами по сторонам, зацепился взглядом за низкий каменный свод и лишь затем посмотрел на мои ноги. Пару секунд он продолжал сидеть со скептическим выражением лица, но затем произошли разительные перемены: глаза отца Флатиса изумленно расширились, он весь подобрался, словно гончий пес, сделавший стойку на загнанного зверя.

– Создатель милостивый… – глухо пробормотал он, не отрывая взгляда от моей ноги.

– Там что‑то есть, святой отец, – утвердительным тоном изрек я, уже зная ответ.

– Да, – заторможено кивнул священник. – Пульсирующая искра энергии. Но такого не может быть!

Задумчиво взъерошив волосы на затылке, я сделал шаг к лежащему на полу мешку и, покопавшись в нем, достал оттуда светящуюся шипастую сферу.

– Вот такая пульсирующая искра энергии? – уточнил я.

– Да, сын мой, – несколько пришел в себя отец Флатис, – именно такая. Но тогда получается…

– Угу, – хмыкнул я. – Получается, что у меня в бедре сидит сфера с шипами, и, по‑моему, не стоит долго думать над тем, кто мог ее туда поместить!

Следующие несколько минут ушли на то, чтобы успокоить разбушевавшегося здоровяка, который сыпал проклятия на голову ненавистного лорда Ван Ферсис и его прихвостней. Сам я оставался абсолютно спокойным – я заранее подготовил себя к тому, что в моем бедре окажется тот или иной сюрприз. Рикар наконец немного пришел в себя и, все еще пылая праведным гневом, вновь опустился на мою несчастно скрипевшую кровать. Убедившись, что могу продолжать беседу, я повернулся к священнику и спросил:

– Святой отец, вы куда больше нас знаете о магических сферах, защитных амулетах или прочей магической утвари. Для чего им понадобилось вшивать мне в ногу сферу, наполненную энергией? У ниргалов были такие же, но не одна, а целая прорва этих проклятых шипастых шаров.

– Тут и думать нечего, – буркнул священник. – Сферы служат либо для того, чтобы черпать из них энергию для сложных заклинаний, либо чтобы поддерживать уже наложенное заклинание. Например, магический щит, не пропускающий стрелы и арбалетные болты. Заклинания защиты на денежных сундуках у богатых купцов. Иногда такие сферы вставляют в рукояти мечей.

– Учитывая, что я не маг и не могу черпать энергию из магических сфер, остается лишь одно, – подытожил я. – На меня наложено какое‑то заклинание, и сфера исправно поддерживает его энергией, не давая рассеяться. Мне почему‑то не верится, что лорд Ван Ферсис или его слуги наложили на меня защитное заклинание, искренне заботясь о моей жизни. Я в этом уверен. А теперь включим логику.

– А‑а?! – хором произнесли священник с Рикаром.

– С мыслями давайте соберемся, говорю, – раздосадовано рявкнул я. – Все по полочкам разложим и прикинем что к чему.

– Так бы и говорил, сын мой! – возмутился священник. – А то заладил – систимицизируем… включим локхику! Поди пойми тебя!