Карина Демина - Королевские камни Страница 26

Райдо на награду точно согласится.

И Нат напишет тому, прошлому райгрэ, спросит, что стало с усадьбой и мамиными вещами. У нее ведь тоже украшения были, пусть и не такие дорогие… усадьбу, конечно, не вернут, но на остальное он имеет право!

…лошадь почти удалось увести.

— И куда собрался? — Эта фигура выступила из темноты денника. — Не дури, щенок.

К шее прижалась острая кромка серпа, который, кажется, висел в пристройке вместе с иным сельскохозяйственным инструментом.

— Гар-р-м…

Шею опалило. И кровью запахло остро. Запах этот заставил лошадей заволноваться, а Гарм выругался и серп убрал.

— Дурень, — сказал он не зло и замахнулся, чтобы подзатыльника отвесить, но этого Нат терпеть не собирался. Он вывернулся из-под руки и зарычал. — Дважды дурень. — Гарм не испугался. — И наглый… учить тебя некому…

— Ты, что ли, собрался?

— Почему бы и нет? — Он скалился, в темноте видны были белки глаз и зубы, острые длинные клыки. — Для твоего же…

Договорить ему Нат не позволил: нырнул под ноги, ударив всем весом своего стремительно меняющегося тела.

И Гарм не устоял. Завалился, сам меняясь в падении. Попытался подняться, но Натов жеребец, почуяв хищника, завизжал, поднялся на дыбы… и копыта заколотили по сизой чешуе…

А Нат поспешно захлопнул дверь денника.

…теперь Гарм разозлится по-настоящему…

…и когда выберется…

Дожидаться сего знаменательного события Нат не стал… потом он извинится.

Быть может.

Нира ненавидела сестру.

Яростно.

Глубоко.

И бессильно.

Это она все придумала! Она и никто другой, а матушка и рада. Она всегда Мирре потакает, потому что та — красавица… а Нира — это так…

Недоразумение.

— Деточка, не все так плохо, как тебе кажется. — Престарелая тетушка, которая была вовсе не теткой, но двоюродной бабкой, по-своему Нире сочувствовала и утешить пыталась.

Но от ее утешений только слезы к горлу подступали.

Как они могли!

— Найо Эрванди — весьма завидная партия… степенный состоявшийся мужчина…

Степенный? Да ему шестьдесят три! Он папы старше!

Состоявшийся… о да, владелец нотариальной конторы и единственный ее служащий, и еще квартирку имеет в три комнаты, а в четвертой — эта самая контора расположена…

И Нире не нужны деньги…

Она просто пытается понять, за что с ней так!

— Возьми, дорогая, попей чайку. — Тетушка подала фарфоровую чашку с холодным чаем. Горячий она не любила, здраво полагая, что горячим чаем и обжечься недолго. — Я уверена, что твоя матушка пытается устроить твою жизнь…

…в этом Нира не сомневалась.

Матушка и Мирра…

— …и желает тебе исключительно добра. — Сама тетушка чай пила маленькими глоточками. Она отпивала из чашки, замирала — щеки ее раздувались, — и так сидела несколько секунд, и лишь потом глотала. Ставила чашку на блюдце. Блюдце на столик.

Руки, изрезанные морщинами, пожелтевшие, складывала на юбках. Взгляд устремляла в камин, в котором еле-еле теплилось пламя, — тетушка очень боялась пожаров, и так сидела минуту или две.

— Согласись, дорогая, что опрометчивое поведение того юноши нанесло непоправимый ущерб твоей репутации. — Тетушка покачала головой, выражая тем самым высшую степень неодобрения.

А матушка, когда узнала про Натов визит, пощечину отвесила. Обозвала гулящей девкой. За что?

Сослали. И кольцо отняли. Ссылку Нира потерпела бы… у тетушки спокойно, она сама, конечно, престранная, но безобидная… и в лото играть любит, особенно когда выигрывает. А Нире несложно поддаться… и она надеялась, что продержится здесь до весны, а там… глядишь, матушка и отойдет. Или Мирра после свадьбы успокоится.

— Тебе повезло, дорогая, что вообще нашелся человек, который благородно согласился взять тебя в жены… — Тетушка вздохнула. Сама она замуж так и не вышла.

— У меня уже есть жених, — упрямо повторила Нира. — Мы помолвлены…

— Выбирать жениха самостоятельно — дурной тон.

Тетушка была на редкость терпеливой женщиной.

— Почему?

— Потому что ты слишком молода и ничего не понимаешь в мужчинах…

Нира с трудом сдержалась, чтобы ответить, что тетушка, несмотря на ее преклонные года, вряд ли понимает много больше.

— Твои родители знают, как будет лучше для тебя. И долг послушной дочери — подчиниться их воле…

Разве у Ниры есть выбор?

Есть.

Она сбежит.

Завтра… или нет, лучше сегодня. Газету с объявлением о помолвке принесли утром, и то лишь потому, что тетушкина заклятая подруга в город ездила, а назад поспешила с ворохом слухов и поздравлениями… а ведь если бы не она, Нира до свадьбы не узнала бы… или узнала бы, но… с матушки станется ее запереть…

— Я… — Нира встала. — Я пойду, пожалуй… голова что-то разболелась… наверное, мигрень…

— Иди, дорогая, иди… мигрень в твоем возрасте — это от волнения… ах, помнится, в твоем возрасте я была очень тонко чувствующей девушкой, то и дело падала в обмороки… но мигрень — это несколько чересчур… я скажу Мисси, чтобы подала тебе мятные капли. Мне они всегда от мигрени помогают… а я отпишусь Виктору… все-таки, мне кажется, он несколько поспешил с помолвкой…

Отписываться отцу? Бесполезно. Он никогда против матушки не пойдет. А та — против Мирры… Мирра же мстит… за что? За то, что у нее не получилось попасть в усадьбу… и за то, что кольцо ей подарили скромное… и просто так, из врожденной злости… Злости в ней много.

Бежать надо.

Это Нира поняла уже давно, но она не думала, что бежать придется вот так быстро, и еще зимой. Как-то по сугробам совсем не хотелось бегать. И ночь еще, ветра воют, а может, и не ветра, но волки, которые, поговаривают, нынешней зимой расплодились и разгулялись, вовсе страх потеряли. Вот и как тут приличной девушке сбежать? Сожрут ведь.

А останешься, так не волки, но сестрица любимая не побрезгует, мстя за одной ей понятные обиды… и Нат давненько не заглядывал. Оно, конечно, понятно. Дела у него.

И волки опять же, но что Нире делать?

Она прошлась по комнате, которую для любимой внучатой племянницы тетушка готовила, а потому комната эта была невыносимого розового колеру, с обилием рюшечек, оборочек и фарфоровых пузатых младенчиков, которые сбивались в фарфоровые же стаи и смотрели на Ниру рисованными глазами. От этого ей становилось жутко. И тошно.

Не пойдет она замуж! Она… она слишком молода еще… и родители права не имеют… или имеют? И надо было книги по праву читать, небось отыскались бы в отцовской библиотеке, а она все по справочникам… будто бы возможно было женщине в доктора лезть.