Екатерина Флат - Двойники ветра Страница 29

— Ну, — та кивнула.

— Так вот, его уже неделю как больше нет. — Моя блондинистая подружка развела руками. — Все газеты наперебой пишут об очередном типа тунгусского метеорите и никому невдомек, что просто Ринка с Андреем в этом парке «немного» поругались.

— Да так поругались, что одну половину деревьев в парке ураганом с корнем повырывало, — добавила Света, размешивая ложкой сахар в чае, — а вторая половина полностью обугленная стоит.

— Ринка, вы когда в следующий раз ругаться надумаете, предварительно себе какой-нибудь пустырь найдите, — со смехом посоветовала Рита.

От моего хмурого взгляда чай в ее чашке мгновенно закипел. Но красноречивый намек был проигнорирован.

— Не понимаю, — Наташа покачала головой, — как вообще с Андреем можно поругаться. Он же такой милый.

— А кто спорит-то? — Я усмехнулась. — Милый. Когда все так, как хочет он.

— Эти два упрямых барана, — изобличительно продолжила блондинка, — с тех пор друг с другом не разговаривают. И чего поругались ни один из них, партизанов настырных, не говорит. Как их мирить-то будем, девчат?

— Не надо никого мирить, — насупилась я. — Я с этим… — я запнулась, пытаясь подобрать эпитет помягче, но кроме «самовлюбленного деспота» ничего в голову не приходило, — с Андреем не желаю иметь ничего общего. И вообще давайте эту тему закроем.

Наташа на мгновение прислушалась и обрадовала:

— Кстати, а вот и он.

И действительно, внизу хлопнула дверь, и вскоре на пороге комнаты появился Андрей собственной персоной.

— Привет, девочки мои! — с улыбкой поприветствовал он всех, при этом на меня не глядя. — Наташко, быстро пои чаем и чем-нибудь корми, если не хочешь, чтобы наш мир без меня осиротел! — Он уселся в кресло и тут же начал сооружать себе бутерброд. — И вообще, когда ты наконец обзаведешься холодильником и микроволновкой?

Васятка, прекрасно зная, что из-за мужской солидарности ему явно что-нибудь колбасное обломится, шустро спрыгнул с моих колен и, задрав хвост, подрапал подлизываться к Андрею. Предатель.

— Ты чего опоздал-то? — не преминула прикопаться Рита. — Ты вообще в курсе, что на официальные собрания опаздывать нельзя?

— Знаю я ваши официальные собрания, блондинка. Будь другом, не лезь ко мне с глупыми вопросами, лучше сахар подай.

Жаль, что у меня не попросил. Я бы с таким удовольствием запульнула сахарницей в его самодовольную физиономию!.. Кое-как уняла свои кровожадные порывы и с по-прежнему невозмутимым видом отхлебнула чай. До этого вроде как вкусный, теперь же он мне показался чересчур крепким и приторным. Вот! Появление Андрея даже чай способно испортить!

— Ну раз мы все в сборе, можно начинать, — торжественно объявила Наташа.

— Да! Начинать есть печеньки! — хихикнула Рита, пододвигая блюдо со сладостями к себе поближе. — Рин, тебе дать?

— Нет, спасибо, аппетита нет.

— Зато у Деккера его хоть отбавляй! Андрюх, совесть твоя где, вот взял бы и поделился с Каринкой!

Я едва сдержала порыв придушить лучшую подругу.

— Чем? — хмыкнул Андрей. — Аппетитом? Или совестью? Боюсь, последнее у нее не приживется.

Сохранять невозмутимость стало архисложно. Так и хотелось ответить какую-нибудь гадость.

— Я вообще-то имела в виду бутерброды с колбасой, но уже не важно, — Рита дипломатично сменила тему: — Наташ, так о чем ты рассказать хотела?

— Я ведь вчера в Совете была, — поведала Хранитель. — Там, конечно, в курсе, что я с вами общаюсь, поэтому лишний раз ничего не узнаешь. Но тут краем уха слышала о некой запланированной операции, и вроде как будет задействован какой-то талисман. Не факт, что именно о талисманах стихий была речь, но мало ли. Так что, вы, ребят, будьте настороже. Все-таки с Советом шутки плохи.

— Конечно, плохи, с их-то чувством юмора. — Света вздохнула. — Будем надеяться, что хоть эта буря минует нас стороной… Больше ничего, Наташ?

— В остальном все относительно тихо и спокойно.

— Вот и хорошо. — Я решительно встала. — А то мне домой пора.

— А чего так быстро-то? — удивилась Рита.

— Дела у меня, — не стала я вдаваться в подробности. Не говорить же, что меня жутко раздражает невозмутимая веселость Андрея. Это мне одной плохо и грустно, а ему хоть бы хны.

И не попрощавшись, я поспешила прочь. Вышла на крыльцо Башни и задумчиво огляделась по сторонам. Бесчисленное множество сверкающих порталов как будто так и манили, мол, давай, выбери один из нас, попади в чужой мир, героически там погибни, и пусть Андрей до конца жизни мучается чувством вины. Я покачала головой.

— Извините, ребят, но не сегодня. Мне вечером дома надо убраться, так что героическая смерть пока отменяется.

Неспешно побрела по знакомой дорожке к порталу на Землю. Едва прошла сквозь сверкающий пролом, оказалась на поляне среди густого леса. Меня всегда поражало, что проход в Коридор никак не замаскирован. И, к примеру, любой грибник может на него случайно набрести. Но вроде как никто ни разу и не набрел. Света говорила, что такие места словно сами себя охраняют, и незнающие люди интуитивно обходят их стороной.

По едва заметной лесной тропке я вышла на станцию. Если вообще так можно было назвать несколько уложенных гранитных плит, увенчанных покосившейся скамеечкой. С другой стороны железнодорожных путей раскинулся небольшой дачный поселок, так что электрички никогда не пропускали эту остановку. К счастью, я как раз успела на очередную, хоть в чем-то мне повезло. И надсадно гудя, электропоезд пополз в сторону города.

Вечером мои надежды на спокойный отдых после трудового подвига по уборке квартиры разрушила заявившаяся Рита.

— Все страдаешь? — догадалась она по моему замученному виду.

— Типа того, — вяло ответила я. — Как у Наташи посидели?

— Ой, дурдом был. — Рита усмехнулась, залезая с ногами на диван. — Когда ты уходила, Андрей тебя проводил таким взглядом, что от поднявшегося сквозняка у Наташки ваза с полки свалилась. Света, наша святая простота, ему говорит, ну зачем, мол, вы с Кариной ругаетесь. А он ей заявил, что твой дурной характер способен выбесить даже ангела.

— Чего? — возмутилась я. — Это у меня-то дурной характер?!

— Вот-вот, я тоже возмутилась. — Рита солидарно закивала. — Мне, конечно, Андрей твой нравится, но тебя я люблю больше. Ну, думаю, надо его немножко на место поставить. Света, правда, потом мне по ушам настучала, но я считаю, что поступила правильно. В общем, я так спокойненько, как бы между прочим, говорю: «Ну и хорошо, что поругались, все равно бы ничего хорошего из этого не вышло». Наташа поинтересовалась почему.