Влад Михеев - Неправильный демон Страница 29

Сходу кастую на противника массовый, недавно выученный "ужас" и команду своим атаку. Жаль, что у демонов нет стрелков, а Дворец Пороков у меня еще не отстроен. Мысль мелькает и ту же исчезает. Вижу распахнутые в ужасе глаза какого‑то ражего детины в кольчуге и с топором, удар клевцом в голову, добавить ногой под колено и оставить его бесам, мчащимся сзади. Вихрь стальных топоров, утробный рёв, это Крит в самой гуще свалки рубит не успевших выйти из воды воинов. Дакон всаживает в ещё не пришедшего в себя противника один болт за другим. Серыми смерчами, стремительным броском гончие настигают своих жертв, чтобы впиться зубами в горло, костяные иглы, венчающие хвосты, хлещут, нанося удары в открытые части тела.

Вскидываю руку, и в щит впивается копье, и тут же на противника обрушивается одна из гончих, глаза горят бешенством и жаждой убивать. Викинг замахивается копьём — удар ногой в верхнюю кромку щита, и его рот окрашивается кровью, сбить копье вниз, удар клевцом в руку, добить не успеваю, удар молотом отбрасывает меня назад. Огромный воин, с обнаженным торсом, покрытым сеткой старых шрамов, вращая молотом, бежит ко мне, в ногу ему впивается болт, а следом мне застилает глаза багровая пелена, а в жилах словно взрывается огненный смерч, бросая на противника. Табор стоит рядом с Даконом и то и дело бросает заклятье берсеркера на раненых воинов.

"Попутный ветер" на себя, нырнуть под удар, щитом врезавшись в противника, отбрасывая его назад, следом летит клевец, точно в оскаленное лицо, прыжок, а рука уже сжимает рукоять криса. Обрушиваюсь на противника, погребая его под собой и, не давая вынырнуть из‑под воды, наношу удар за ударом куда‑то в район шеи. Наконец противник обмяк и перестал сопротивляться. А меня охватывает легкий озноб, словно холодный зимний ветер забрался под крутку или запихнули за воротник снежок, и тут же перед глазами всплывает системное сообщение: "Произведено успешное пленение души. Душ 1/2". На автомате сворачиваю, не до того сейчас.

Поднимаюсь, пытаясь понять, как проходит бой, и вижу огромные фигуры разорителей, втаптывающие противника в воду, а между ними силуэты жителей городка, вооружённых чем попало.

— Господин — какой‑то мужик в рваной стёганке, машет куда‑то в сторону дороги к заставе — мэр просил сообщить, там ещё один отряд.

С рыком поднимаюсь, передо мной всё еще багровая пелена, хочется свернуть мужику голову или всадить в живот кинжал. Под руку попадается недобитый противник, со звериным рыком всаживаю ему в живот кинжал. Новая волна отрезвляющего холода, срывает с глаз багровую пелену берсеркера и вновь системное сообщение: "Произведено успешное пленение души. Душ 2/2". И тут же перед лицом всплывают сообщения об окончившемся бое, получении уровня, и единицы к ментальной выносливости. Из предложенных навыков выбрал "Мастер ментального воздействия", в новом бою пригодится.

— Стройся — раздаётся над берегом мой рык.

Городским приказываю остаться охранять снеккары и вытащить из воды трупы. Один десяток в приличной бригантной броне, забираю с собой. Разорителей вооружаю щитами и подходящим под их комплекцию оружием из трофеев, и топаем по направлению к новой битве.

Подхватываю у одного из убитых противников топор и закидываю его в ременную петлю на поясе, зубами выдёргиваю пробку у зелья маны, а следом выпиваю зелье малого здоровья.

И снова я успел, успел даже возвести пару баррикад, благо разорителям силы не занимать. Бесов и Дакона отправил на ближайшие крыши, чуть подумав, туда же отправил Табора. Городских построил за второй баррикадой, гончих спрятал в домах, сам же с Критом и разорителями жиденькой стеной выстроились за первой баррикадой, защищать я её не собирался но видимость создать стоило.

Цепочка воинов стальной змеёй вилась по дороге. Да это не простые бонды со снеккаров, на нас двигалась дружина ярла, а впереди высокий воин в чешуйчатом ламелляре, кольчужная бармица спадает на огромные плечи, из‑под полумаски выпирает великолепная рыжая борода.

Завидев моих воинов, викинги неспешно перестроились, короткая команда, и бойцы противника бросился к нам. Изображаем поспешное бегство, эта баррикада и нужна‑то была, чтобы задержать противника и дать время нам организованно отступить.

Хирдманы, словно не замечая нагромождения всякой всячины, сметают баррикаду и влетают на улицу, чтобы упереться в очередное укрепление. Вновь массовый "ужас", не верится, что он продержится долго, но должно хватить и этого. С крыши в противника ударяет болт, опрокидывая кого‑то на спину, бросок копий горожан не приносит видимого результат. Вскидываю руку: новая холодная волна захлестывает, грозя смыть за собой в неведомые дали, система истошно выбрасывает сообщения об использовании душ, об удачном открытии врат в пустоши Инферно, о бонусе за первое открытие врат, дополнительном бонусе за использование второй души. Одним движением смахиваю перекрывающие обзор таблички, а за спинами противника открывается арка портала, откуда мерной поступью, чеканя шаг выходит четверка разорителей, закованных в багровую сталь доспеха. С крыш на противника падают бесы, из домов вырываются остальные гончие. А разорители, сомкнув щиты, дружно идут вперёд. План работал, но работал недолго, ужас, сковавший воинов противника на мгновенье, прошёл, и бой превратился в свалку.

Удар топором, разминуться с летящим в лицо копьем и торцом щита противнику в живот, коленом в лицо. Подставить под удар щит, толкнуть противника навстречу топорам минотавра. Арнис во главе разорителей, вышедших из врат, отступает, часть бойцов противника развернулись, сомкнули щиты и давят на него. Не все из бесов успевают вновь взлететь на крышу, кого‑то сбивают во время прыжка, осатаневшие от ран, и от заклятий "берсеркера" разорители голыми руками рвут противника.

В меня вновь врезается мощная фигура, обнаженный торс, перевитые мускулами руки сжимают горло, топор при падении отлетел куда‑то, пытаюсь ударить противника рукой в висок и тут же получаю удар лбом в переносицу. Перед лицом оскаленные зубы и смрадное дыхание, перед глазами все плывёт, с трудом выдергиваю из ножен крис, каким‑то запредельным усилием вывожу на спине противника фигуру "малого жертвоприношения", удар в центр фигуры, руки берсеркера подгибаются, и он всем весом обрушивается на меня. Напрягая остатки сил, сбрасываю тело, и с трудом поднимаюсь. Мутным взглядом оглядываю улицу, бой разбился на отдельные схватки, вон Арнис и пара разорителей отбивается от нескольких хирдаманов во главе с ражим детиной в рассеченной кольчуге, вот Крит и прижался к стене, защищаясь от копий. Табор отмахивается от какого‑то раненого викинга кинжалом. Ярл с несколькими воинами добивает городскую дружину.