Екатерина Боброва - Госпожа Путей Страница 33

- Что вы предлагаете, уважаемый Ррахан Риаф Колласхар? - спросил эльф.

- Если мы не можем приручить зверя, у нас остается два варианта - посадить его за решетку или уничтожить. Держать в клетке эту Госпожу я не вижу смысла - слишком опасно, остается лишь одно.

- Но ведь это, - побелел лицом маг.

- Мы готовы пожертвовать одним из Путей, - быстро проговорил дракон,- загоним туда Альхара и уничтожим крысу вместе с Госпожой.

- Нет, - поднялся воздушный, - мне кажется, ваши опасения Ррахан Риаф Колласхар преждевременны. Если вы так боитесь Госпожу, отдайте её нам. Мы найдем способ держать девочку под контролем.

- Почему именно вам, Сайран? - вскинулся эльф, - Мне кажется, ваш боец еще не пересек границу саэна, неся Госпожу на своем плече?

После слов Лаэстраля поднялся гвалт, даже подгорный влез в спор.

- Тихо, - гаркнул дракон, поднимая руку вверх, - хорошо, пусть всё остается по-прежнему. Состязание продолжится, но когда станет слишком поздно, у нас уже не будет времени выбирать какой именно Путь уничтожить вместе с Госпожой. И поверьте, русские эллары - еще только начало. Даже я не берусь предсказать, что взбредет в голову этой Госпоже.

Эллары собрались почти мгновенно. С выражением затаенной радости, даже какого-то просветления на лицах они покинули саэн.

- Щедро, очень щедро, - пробурчал себе в кружку Краус.

- Что, простите? - уточнила я.

- Им бы хватило и временной удачи, небольшой, скажем на год, полгода, но зачем же навсегда?

- Но ведь это всего лишь пожелание, - пожала я плечами.

- А ты всего лишь Госпожа, - усмехнулся он и, не вдаваясь в подробности, встал из-за стола.

За моей спиной отряд активно готовился к выходу. Мне же собирать было нечего, и пока есть время стоило немного подумать, попытаться хоть как-то разложить весь окружающий бред по полочкам. Только мысли решили уйти в отпуск - посвящение элларов в русских было их последней конвульсией.

Мне не хотелось уходить из своего, такого уютного саэна, опять вступать на серую узость Пути, доверяя жизнь Альхару. Он так и не удосужился рассказать, зачем я ему понадобилась, зачем рисковал и продолжает рисковать собой и своим отрядом. Боюсь оказаться в роли самоназначенного спасателя, которого просят потушить дом, а он даже понятия не имеет с какой стороны браться за шланг с водой. И удобный момент подбить главаря на откровенность упущен - в дороге особо не поговоришь.

- Мы готовы, - а вот и мой похититель нарисовался. Я с подозрением покосилась на главаря. Что это он такой заботливый. Ждет моей команды? Нет, а кто у нас главный? Точно не я. Мне только возглавить банду лиц непонятных национальностей, занимающихся противоправными действиями не хватает.

- Пошли, - пришлось вставать из-за уютного стола. Заставлять ждать не люблю, тем более такое количество народа и животинок.

Никто же не виноват в моих страхах и непонятных отношениях с сэльером. Я до сих пор не понимаю, как мне относится к этому туманному чуду. Чувствую себя ребенком, которому подарили на день рождение настоящего робота. Подарок суперский, но так страшно подойти и отдать ему какую-нибудь команду. Ведь он больше раза в два, сильнее и, подозреваю, что умнее. Ни за что не поверю, что вот так легко он реагирует на любую мою команду. Это я уже на сэльер переключилась.

Вчера было легко. Спиртное рассасывает все страхи и неуверенности. Мне и задумываться ни о чем не приходилось. Наоборот, завела собственного джина - счастье-то какое! Пара бокалов вина вернут, конечно, прежнюю доверительность ко всяким туманам, но так и спиться легко. А без вина очень страшно возвращаться на Путь. Вдруг он добрый только по пятницам, а вчера она как раз и была.

Храбрые работники ножа и топора, придерживая жукообразных тварей за поводья столпились около выхода. При моем появлении еще и расступились, заразы. Пришлось топать вперед и первой вступать на Путь, хоть ноги и стали словно ватными, а во рту всё пересохло. Ладно, первой так первой. Нам, женщинам не привыкать. Мы уже как-то привыкли во многом быть первыми.

Путь встретил меня... да, никак он меня не встретил. Серые стены равнодушно колыхались по обеим сторонам от дороги. Сама дорога держала крепко, не проваливаясь под ногами. Над головой клубился светло-серый туман. Всё, как всегда, туман, серость, уходящая вдаль дорога и тишина.

Я выдохнула с облегчением, расслабляясь. Туман колыхнулся, низкий звук, похожий на одновременный вздох сотен слонов, прокатился по дороге. Страшное двойное подозрение закралось мне в душу. То ли туман просто копирует меня, то ли... Нет, это было бы слишком просто, да и бессмысленно. Остается одно - не одну меня мучают страхи, может сэльер опасается новую Госпожу. Ну, или издевается... А, если боится, то почему?

Вопросы, вопросы... Судя по потрясенным лицам моих собутыльников, подобную отзывчивость сэльера вчера они видели впервые, а значит с информацией мне помочь не могут. Остается самый верный путь получения знаний - собственным опытным путем.

- Ну, долго вас ждать? - повернулась к замершим в нерешительности бандитам Альхара, точнее сказать, к со-бандитам - я же теперь одна их них.

Первой на Пути осторожно выбралась Рикуша, тронула пушистой лапкой туманную дорогу, затем гордо прошествовала вперед. Нет, какая красавица, обожаю пушистиков! Я присела на корточки и тихонько позвала "кис-кис". Рикуша замерла, повернула вопросительную морду в мою сторону.

"Кис-кис" - продолжаю настаивать. Она делает ко мне несколько мягких шагов, садится и от усилий понять непонятное, склоняет голову набок. На морде застывает выражение полнейшего недоумения, широкий нос сморщивается, на лбу залегают глубокие складки, пасть приоткрывается, и Рикуша издаёт первое "мяу", пока робкое и неуверенное, но это именно мяу.

"Кис-кис" ободряюще улыбаюсь начинающей кошке. Недоумение на морде становится явным, в глазах читается ужас: "Это я? Нее, не может быть!". Глаза скашиваются к носу, тварь явно пытается разглядеть высунутый наружу язык, считая его виновником своего странного поведения. "Может, может", - киваю, ехидная улыбка сама появляется на моем лице.

Рикуша втягивает язык обратно, с громким клацаньем захлопывает пасть. На морде появляется мучительное выражение, словно тварь пытается судорожным усилием сдержать зевок - тщетно. Душераздирающий "Мяв" в этот раз звучит уверенней и громче, но уж больно жалостливо. Рикушины глаза от удивления расползаются в разные стороны, она оторопело застывает, пытаясь понять, что с ней происходит. Длинный хвост, не принимая участие в оцепенении, взбивает туманное покрытие дороги, закручивая на нём маленькие вихри.