Макс Фрай - Неуловимый Хабба Хэн Страница 35

Лонли-Локли столь выразительно отмахнулся от моих попыток постоять за себя, что я заткнулся на полуслове. Сам виноват, забыл, с кем имею дело.

– Вышло так, что ты стал моим проводником в путешествиях между Мирами, – наконец сказал он. – Более того, однажды ты провел меня на Изнанку Темной Стороны и помог там выжить[20] а это и вовсе немыслимое дело, куда больше, чем один человек может сделать для другого. Я уже как-то говорил тебе, что, приняв твою помощь, одновременно возложил на себя обязанность охранять тебя в этом Мире. Это не сделка, а правило, нарушить которое я не решился бы, даже если бы очень захотел. А я, как ты, надеюсь, понимаешь, не хочу. Но в последнее время я плохо справляюсь со своими обязанностями, И это меня тревожит. Наверное, я бываю невыносим, но поверь, мною движет вовсе не желание отравить тебе жизнь, а намерение ее сохранить. Впрочем, строгостью тебя тоже не проймешь, так что я, наверное, зря стараюсь.

Его монолог так меня растрогал, что я дара речи лишился. Ненадолго, конечно, но все-таки. А потом попытался утешить своего друга.

– Все в порядке, сэр Шурф. Как ты можешь отравить мне жизнь? Не выдумывай. И ты не зря стараешься. Но мне сейчас только этот загадочный Хабба Хэн и может помочь. А я не могу его найти, потому что очень хочу, – ну, я тебе уже рассказывал, и сегодня, и когда ты меня от супа спасал, помнишь?

Он пожал плечами, всем своим видом выражая искреннее недоумение.

– Было бы странно, если бы я забыл обстоятельства твоего дела за такой короткий срок.

– Вот ты бы Хаббу Хэна сразу нашел, не сомневаюсь, – вздохнул я. – А может, действительно поищешь? И попросишь его ко мне прийти? Скажешь, совсем сирота пропадает…

– Насколько я понял из твоих же объяснений, Хабба Хэн не станет встречаться ни с кем, кроме человека, который сумел его найти, – напомнил Шурф.

– Ну да, конечно. Не обращай внимания, дружище, это я так, несу что попало, – горько вздохнул я. – Понятно, что если ты встретишь Хаббу Хэна, это принесет пользу только тебе и никому больше. Но ты и без того вполне безупречен, так что затея не имеет смысла, не в коня корм. Обидно. Ты-то небось отлично знаешь, как это – хотеть и одновременно не хотеть… Эх, оказаться бы в твоей шкуре, хоть на пару часов!

– Ты уже не первый раз это говоришь, – сухо заметил Лонли-Локли.

– Ну да, не первый. А толку-то?

Он испытующе поглядел на меня, да так, что мне стало не по себе. Трудно сказать почему. Вроде, ничего особенного не случилось, а мороз по коже.

– Откуда ты мог узнать про Обмен Ульвиара, вот чего я действительно не понимаю, – наконец сказал Шурф.

– Про обмен – чего?! – искренне изумился я.

– Ну, заклинание Фиттеха. Или Аромат Тени. В разных источниках приводятся разные названия… Не притворяйся, сэр Макс.

– Понятия не имею, о чем ты толкуешь, – вздохнул я. – Вечно всем кажется, будто я знаю какие-то дурацкие чужие тайны. И ты туда же.

– То есть ты изъявляешь желание оказаться в моей шкуре просто так, без задней мысли? – с сомнением спросил он.

– Ну да. Для красного словца, чтобы подчеркнуть трагичность своего положения.

И тут до меня начало доходить.

– Погоди-ка, Шурф. Хочешь сказать, речь идет о чем-то возможном?!

Он молча смотрел на меня. На бесстрастном лице не было ни единого следа внутренней борьбы, зато воздух в комнате звенел от напряжения, а мои лохмотья вдруг заискрились от статического электричества.

Наконец мой друг встал и вышел из кабинета. Я уж не знал, что и думать. Сидел, ждал каких-то невероятных чудес, дрожал не то от страха, не то от нетерпения. Но Шурф вернулся вовсе не с каким-нибудь зловещим магическим жезлом в деснице, даже не с древним фолиантом под мышкой, а всего-навсего с ворохом одеял в охапке. Кинул их на пол рядом со мной.

– Ты хотел спать, – напомнил он. – Вот и ложись, поспи пару часов. А я пока подумаю и приму решение.

– С чего ты взял, что я смогу уснуть?! – взвыл я. – После бальзама Кахара и твоих интригующих намеков?

– Ничего, если проблема только в этом, я ее решу. Как раз вчера думал, что неплохо бы освежить в памяти некоторые знахарские навыки, которым обучился в юности. Ты согласишься принять мою помощь?

– Неплохо бы, конечно, но…

Я хотел вежливо осведомиться, не опасно ли вспоминать давно забытые умения вот так сразу на живом человеке, не замучив предварительно дюжину морских свинок, но не успел произнести ни слова. Сэр Шурф положил ладонь на мою макушку, и я мгновенно отрубился. Практически умер. Но, к счастью, не навсегда.

Когда я проснулся, пустая комната была залита солнцем – все еще утренним, никак не послеполуденным. Но чувствовал я себя бодрым и отдохнувшим. Так, впрочем, всегда бывает, если заснуть после порции бальзама Кахара: двух-трех часов совершенно достаточно.

Одеяла не валялись на полу бесполезной грудой, а со всех сторон окружали мое тщедушное тело. Надо понимать, добрый дяденька Шурф не только насильственно усыпил, но еще и обогрел беспризорника. Вот и молодец, все бы так.

Самого Лонли-Локли в кабинете не было. Никаких записок с инструкциями он мне не оставил, поэтому пришлось послать ему зов.

«Что ж ты сироту без присмотра покинул? – спросил я, постаравшись вложить в Безмолвную речь все запасы своего природного ехидства. – Вот сейчас прокрадусь в столовую, сопру у тебя из буфета серебряные ложки и сбегу!»

«Пожалуйста, не покидай кабинет, – попросил он. – И тем более никуда не убегай. Дождись меня. Я вернусь через четверть часа, и нам будет о чем поговорить».

И прежде чем исчезнуть из моего сознания, совершенно серьезно добавил:

«Если тебе действительно нужны мои ложки, я с удовольствием их отдам».

Я заржал в голос. Оставалось надеяться, что жена сэра Шурфа и нанятые ею для ведения хозяйства потомки равнинных гномов действительно не слышат, что происходит в этом кабинете. А то был бы им сюрприз. Но обошлось.

Хозяин кабинета явился, как и обещал, через четверть часа. Или даже раньше. Факт, что я еще не допил утренний кофе, который благополучно извлек из Щели между Мирами. Курить мое впавшее в детство тело наотрез отказывалось, зато клянчило сладкого, но раздобыть ему пирожное я так и не успел. А потом стало не до того.

– Пока ты спал, я думал, – с порога сказал Лонли-Локли. – И принял решение. Заодно договорился с сэром Джуффином о двух Днях Свободы от забот, и еще кое-какие дела успел уладить. То есть, если ты по-прежнему настаиваешь, можно попробовать.

– На чем я настаиваю? – опешил я. – Что мы будем пробовать? Пожалей сироту, объясни все по-человечески.

– Обмен Ульвиара, что же еще?

– Ага, – вздохнул я. – Ясно. Ты имей в виду, дружище, я для тебя на все готов. Если надо настаивать на этом загадочном обмене, я буду, честное слово! Душу из тебя вытрясу, жизни не дам. Ты же меня знаешь. Но для начала все-таки хотелось бы понять, о чем речь. Ты же ничего не объяснил. Пробормотал что-то невразумительное, велел мне спать и убежал хлопотать об отпуске. Все это очень здорово, но я по-прежнему не представляю, что ты имеешь в виду, когда говоришь про Обмен Ульвиара. Но подозреваю, это какая-нибудь страшная жуть.