Княжна. Тихоня. Прачка (СИ) - Марианна Красовская Страница 35

С такими мыслями я быстро собрала на прогулку Амалу, оделась сама — в свое новое шерстяное платье, подаренное невесткой князя Озерова — и решительно выдвинулась в сторону парка. Следить за одной маленькой девочкой было гораздо проще, чем за двумя шаловливыми детьми, весила Амала пока не так уж и много, и я запросто переносила ее через лужи и дороги, поэтому прогулка сегодня доставила мне истинное удовольствие… Доставляла. Ровно до того момента, пока я не увидела в парке крупную фигуру, показавшуюся мне знакомой.

К сожалению, фигура тоже меня заметила и решительно двинулась в мою сторону. Я испуганно огляделась: убежать было некуда. Амала собирала разноцветные листья, по дорожкам степенно прогуливались пожилые дамы с кружевными зонтиками, заливались звонким лаем кудрявые белые собачки, а ко мне неотвратимо приближался Симеон Озеров, который, как я полагала, давно вернулся в свою деревню.

— Дражайшая моя Марта… как вас по батюшке? — громогласно поприветствовал он меня.

Я вжала голову в плечи. Ну зачем же так орать? Никогда не привыкну к этим южным вольностям.

— И вам не хворать, Симеон Святогорович, — кисло процедила я.

— Так как вас по батюшке? — улыбка княжича Озерова была до того невинна, что мне захотелось треснуть его по голове чем-нибудь тяжелым.

— Называйте меня просто Марта. В конце концов, мы же с вами близкие знакомцы, — ляпнула я. Очевидно, бессонная ночь крепко повлияла на мои умственные способности. Это же надо такое сморозить!

— Что ж, Марта, а вы меня зовите Сёмой. Право, какой же я Святогорович? Я еще очень молод!

Слишком молод, как по мне.

— Ну что вы, Симеон Святогорович, как можно? Я всего лишь вдова, а вы — сын князя. Не посмею.

— Есть время, когда уместно, — тихо, очень тихо шепнул Симеон, и я задохнулась от возмущения. Да как он смеет! Хам и грубиян!

— Вы обедали сегодня, Марта? Могу я угостить вас и очаровательную леди?

— Нет, не можете, — резко ответила я, поднимаясь. — Амала, нам пора.

— Мне кажется, или вы совсем мне не рады? — весело фыркнул княжич. — А я вот счастлив с вами вновь встретиться.

— Марта? — раздался холодный голос за моей спиной. Я обреченно прикрыла глаза. Кто назвал этот маленькой городишко Большеградом? Как же тут тесно! — Вам досаждает этот… человек?

— Здравствуйте, Гор. Нет. Княжич Озеров уже уходит. У него важные дела.

Я нарочно выделила голосом титул Симеона. Нет, ссориться с ним не нужно. Не могу быть уверена в том, что он способен влиять на отца, но все же я сначала получу патент, а потом влеплю ему пощечину от всей души. Но не раньше.

— Вовсе нет, — спокойно ответил Симеон. — Я совершенно свободен.

Лицо Гора стало… странным. Ему тоже было не с руки ссориться с сыном местного князя, наместника государева. Но соперник же — и это очевидно. После некоторых колебаний Гор выдавил из себя:

— Марта, выглядите прекрасно. Бессонная ночь никак на вас не отразилась.

Экий болван! Видимо, он тоже не слишком хорошо соображает после ночного дежурства. Признавать, что Гор нарочно выставляет меня в дурном свете, не хотелось. Я все еще верила в его благородство. В глазах Симеона вспыхнули опасные огоньки, он нахмурил светлые брови. Я попыталась успокоить бурю.

— У меня ночью заболела дочь, — мирно пояснила я, натягивая фальшивую улыбку на лицо. — Гор… господин Огневицкий отвез нас к доктору.

— И как господин Огневицкий узнал о столь неприятном происшествии? — процедил сквозь зубы Озеров.

— Госпожа Марта — одинокая вдова, которая еще не освоилась в Большеграде, — усмехнулся Гор. — Кто-то должен о ней заботиться. По праву друга, разумеется.

За последнюю оговорку я почти простила ему высокомерный тон.

— Если господа желают познакомиться поближе, то я вовсе не против, — устало вздохнула я. Будь я и вправду обычной горожанкой, подобная ситуация привела бы меня в панику. Но воспитанная в высшем свете, я обычно не лезла за словом в карман. — Мне же пора домой. Доктор не рекомендовал нам долго гулять.

Ловко подхватив заверещавшую от возмущения Амалу под мышки, я направилась к выходу из парка. Оба мужчины догнали меня через пару шагов.

— Марта, что сказал доктор? Много взял денег?

— Ничего серьезного, господин Гор. Денег мне хватило.

— Вам нужны деньги, Марта? Я мог бы помочь…

— Не стоит, господин Симеон. Я прекрасно справляюсь со своими проблемами сама.

— Позвольте, я понесу девочку. Она тяжелая.

— Не нужно, нам недалеко.

— У меня экипаж, я вас довезу.

Я остановилась и поглядела на сердитых мужчин с раздраженным видом.

— Господа, услышьте же меня! Я не нуждаюсь в помощи… — вспомнив ночную гонку с больным ребенком на руках, поправилась: — Сейчас не нуждаюсь.

Поудобнее перехватила все еще рыдающую Амалу, посмотрела на Гора исподлобья и кисло добавила:

— К слову, господин Гор, я ваша должница.

— Я отвезу вас, это не обсуждается. Далеко ли вы уйдете вдвоем?

— Вот, держи, маленькая, — Симеон, в свою очередь, впихнул Амале в ручки охапку разноцветных листьев, и о чудо, дочь тут же замолчала с самым блаженным видом.

Действительно, я прервала ее игру и даже этого не заметила. Как стыдно!

Еще раз оглядевшись, я снова вздохнула и кивнула:

— Буду признательна, если вы подвезете меня, господин Огневицкий.

Бросив торжествующий взгляд на поверженного соперника, Гор расправил плечи забрал у меня Амалу.

— Пойдемте, Марта, тут рядом.

Княжич Озеров, к счастью, промолчал.

— Это и в самом деле сын князя? — спросил Гор, когда мы уже ехали к Фонтану.

— Да, младший. Симеон.

— Как давно вы знакомы?

— Я встречалась с князем относительно патента, — сказала полуправду я. — Так и познакомились. Он немного дикий, вы не находите?

— Вполне вероятно, — Гор заметно успокоился и повеселел. — Про князя Озерова тоже говорят всякое… Он весьма себе на уме. И никто не смеет с ним спорить, знаете ли. Слышал я, что в Буйске князь поссорился с гильдией стекольщиков. Так вот, гильдии стекольщиков в Буйске больше нет. Сын, видимо, пошел в отца. Будьте с ним осторожны, Марта.

— Благодарю за совет, всенепременно.

Вспомнила, чем мы занимались в спальне с Симеоном, сжала зубы. Повертела на пальце серебряный ободок. Осторожность — мое второе имя. И разумность. И скромность, конечно же. Жаль, что иногда все эти качества куда-то исчезают. А