Константин Бояндин - Ступени из пепла Страница 51

Плохо начинается Поворот.

Завтра я ещё могу заниматься, чем захочу. Послезавтра у меня и Лас начинается траур. Мне дозволено три дня первой — строгой — полосы. Ласточка отказалась от подобной привилегии, будет соблюдать всю неделю. От рассвета и до заката не позволено ни с кем разговаривать, улыбаться, глядеть в глаза, носить украшения, и так далее, и так далее…

Единственный случай, когда Светлой не положена диадема.

Девятое число Техаон. День моего рождения. Он же — День Возрождения. Неделя праздников. Потом — вторая, самая долгая, двухмесячная, полоса траура. Уже не строгого… Да поможет Всевидящая нам с Лас продержаться так долго.

Я закрыла лицо ладонями. Выдержу. И Лас выдержит. Она вообще сильнее меня, так мне кажется.

Не заметила, как встала и зачем-то подошла к терминалу. Что мне от него нужно?

А ну-ка… и я начала листать календарь памяток вспять. Может, я-«прежняя» не стёрла все памятные записки самой себе?

Не стёрла. Вот и почитаю.

Ничего, кроме «н-да» говорить не хотелось.

Скучные были памятки. Правда, я не поленилась распечатать их (и зачем Хеваин уходил в библиотеку? печаталка у меня есть, встроена в терминальный блок). Ну и смесь… В общем, кроме кормления птичек, походов по паркам, умных речей и поездок на автобусе, я, как талисман города и страны, ничего не делала. Даже обидно стало…

Кстати!

Я затребовала сведения о Светлой (Тегарон, культура, религия, Светлая) и присвистнула. До того много всего, оказывается, мне… извините, Светлой, приписывалось в разное время. Я насчитала под сотню разных ритуалов и примет, связанных со Светлой. Некоторые были откровенно непонятными (восхождение на башню города, например), от некоторых шёл мороз по коже (Светлой когда-то приносили кровавые жертвы — иногда и человеческие). Распечатаем…

Незадача. Бумага кончилась.

Я заглянула в раздел заказов… лень-матушка всегда побеждает! Сейчас закажу бумагу прямо сюда. Ого! А это что такое? Кто заказывал?

Так, Май. У тебя шесть каких-то заказов, которые надо получить, да три десятка не прочитанных сообщений. Быстро работает Чародей — всё помечено «прошло специальную проверку, непосредственной угрозы не представляет».

— Отдел доставки, — обратилась я. — Пожалуйста, заказы…

— Слушаюсь, тахе-те.

Через пять минут курьеры внесли шесть коробок разного размера. Одна — с дипломатическими печатями. Да что же это такое!

Заказала бумагу. Между прочим, неплохо бы проверить, какими средствами я располагаю. Как тут к банковским счетам обращаются?

Вот так и обращаются. На моих личных счетах — ничего. Абсолютно. Ну, тётушка… Вы действительно слов на ветер не бросали. Отобрали у меня всё, сразу по возвращении из Университета. Если бы меня не назначили главой малого дома, стала бы нищей?

Ну и вопросы у тебя, Май.

Ладно. Не нравится мне состояние бухгалтерии малого дома, оставлю записку — проверить. В целом — нормально, своими выходками я нас всех пока ещё не разорила. Интересно, на что я тратила по двадцать тысяч тагари в месяц, пока училась в Университете? Или это не я тратила?

Опять вопросы. Но на эти можно получить ответы. Позже.

Все сообщения умоляют, просят ознакомиться с ними… ещё вчера. Привыкай, Май, больше тебе указывать некому. Теперь ты — сама себе хозяйка. И не забыть, что мне надо обеспечить ещё и Лас-Таэнин. Ещё одна пометка. Незачем утруждать Её Светлость, по законам Союза наша правительница имеет право распоряжаться очень небольшими суммами. Унизительно!

Бумага будет через полчаса, а пока я распечатаю ящики и коробки.

Начала с красивой коробки с дипломатическими печатями.

Сколько слоёв упаковки! Сколько всяких украшений!

Подпись отправителя…

Кайстан ан эс Никкамо-Таэр.

Я рывком сорвала последнюю оболочку, уже зная, что обнаружу внутри.

Красная шкатулка! И — отдельно — ключ. Я не сдержалась, фыркнула. Личное письмо Её Превосходительства, сверху.

«Тахе-тари-ан Майтенаринн Левватен эс Тонгвер эс ан Тегарон,

Мне доставляет большое удовольствие сделать Вам повторный дар.

Я скорблю вместе с Вами о смерти Вашего друга и ложном обвинении в адрес близких Вам людей. Прошу Вас, если Вы сочтёте это достойным себя, сообщить мне о состоянии Вашего здоровья лично, по прилагающемуся адресу, в любое удобное для Вас время.

В соответствии с Вашей просьбой, сообщаю дополнительно, что запрошенные сведения вскоре будут доставлены Вам лично специальным курьером Федерации Никкамо.

Желаю Вашей благородной правительнице и Вам, тахе-тари, тысячу лет жизни и благополучия.»

И подпись.

Мне стало не по себе. Я вспомнила церемонию дознания. Но я ведь не делала никаких запросов госпоже послу! Не делала! Я всё это выдумала! И шкатулку давешнюю не нашли, равно как и содержимое (знать бы, что за содержимое). Да что же это?

Мне опять захотелось выбросить всё это прочь. Забыть.

«Запрошенные сведения». Что я запрашивала? Что за наваждение?

Мне понемногу становилось страшно. Но страх удалось отогнать. Хорошо. Пусть, посмотрим, что там за «запрошенные сведения».

Так что же в шкатулке?

Открываем.

Какая прелесть…

Ожерелье. Красный жемчуг. Тяжёлое… Триста двенадцать жемчужин, по количеству дней в году. И — перстень — монограмма Её Превосходительства. Надо полагать, для предъявления курьеру.

Как высоко она оценила моё вмешательство в её здоровье. А я уже не знаю, как это у меня получилось.

Что ж, спасибо, Ваше Превосходительство. Насколько я знаю правила хорошего тона, я обязана пригласить Вас на Праздник Возрождения. Я уже знаю, почему у каждого дипломата такая обширная свита. Как иначе привезти, на совершенно законных основаниях, столько шпионов? Начинается, Май…

Положим пока в сейф. В шкаф, то есть.

Прочее было от Её Светлости. Дополнение в мой гардероб. Я уже и забыла, что по изменении статуса (глава малого дома, как-никак), мне полагаются несколько иные виды выходной одежды.

Тёмный пакет вызвал у меня не очень приятные мысли. Да. Точно. Ещё одно напоминание о грядущем трауре. Нет, не стану разбираться. Пока что. Тоже — в шкаф.

Теперь просмотрим сообщения. Начнём с последнего. Пришло вчера. Текстовое. Адресат не указан. Анонимка? Фу…

«Королева, помни про 525».

Отправлено с главного почтового отделения города. В три часа пополудни.

И вот тут я испугалась. До почти полной потери самообладания.

Я зачем-то вооружилась, осмотрела комнаты (умнее ничего нельзя было придумать), заглянула во все шкафы.