Кира Стрельникова - Не играйте с некромантом Страница 55

Признаться, до сих пор я ездила разве что с извозчиком в общественном транспорте, и фамильную карету видела впервые. Ожидала, что это будет нечто вычурное, в позолоте и вензелях, но в действительности экипаж, присланный отцом Лорана, выглядел элегантно, без лишних украшений и вполне прилично. Черный лак, роспись золотом, на окнах шелковые занавески. Внутри, когда я поднялась по ступенькам в любезно распахнутую дверь, мягкие плюшевые сиденья со спинками и просторно. Я устроилась, расправив юбки, Гастон забрался за мной и… сел рядом, несмотря на свободное сиденье напротив. Сердце радостно кувыркнулось в груди, дыхание сбилось, а когда некромант, не спрашивая, обнял и властно притянул к себе, я смутилась, будто девчонка, которую в первый раз пригласил на свидание мужчина. Пальцы легли на мой подбородок, приподняв его и вынудив смотреть в глаза, чуть прищуренные, задумчивые и серьезные, и я не нашла в себе сил отстраниться, отвести взгляд.

Экипаж тронулся, а для нас реальность сузилась до полумрака внутри кареты, звуки снаружи едва долетали. Моя ладонь легла на грудь Гастону, а тело само прильнуло ближе. Я ощущала, как быстро бьется сердце некроманта, слышала его дыхание и медленно тонула в бархатно-черной глубине взгляда напротив, чувствуя, как унимается беспокойство, терзавшее меня в последние часы. Гастон ничего не говорил, и уж тем более не делал, просто смотрел, тихонько поглаживая подбородок, и я вдруг поняла, что мне большего и не надо. Только его близость, уверенность, что защитит, и неизменный аромат полыни и лимонника с легкой коричной ноткой. Тихо вздохнув, я прикрыла глаза, мягко отвела голову и прислонилась к плечу спутника, руки сами обвились вокруг его пояса. Ладонь Гастона медленно провела вдоль моей спины, потом он обнял меня двумя руками, и мы затихли, наслаждаясь тишиной, умиротворением и близостью друг друга. Слова сейчас были совершенно лишними.

Ехали мы часа два точно, но я не заметила времени, дремля под мерное покачивание экипажа и стук сердца Гастона. Мыслей в голове не было никаких, я отдыхала, набираясь сил перед сложным вечером. В том, что нам так просто удастся избежать встречи с нежелательными лицами, как думал некромант, я сильно сомневалась. Слишком уж опытные в интригах противники у нас: и Анжуйский, и король. Последний так вообще должен предвидеть наши предполагаемые действия, зря он, что ли, самый сильный маг королевства? Но вместе мы справимся, в этом я тоже была уверена…

— Подъезжаем, Полли. — Негромкий голос Гастона вырвал из неторопливых размышлений.

Я встрепенулась и прильнула к окну, перегнувшись через спутника. Версаль впечатлял размерами — наш экипаж выехал на площадь перед дворцом, запруженную каретами и всадниками, и я как завороженная уставилась на открывшееся зрелище. Изящная позолоченная решетка с воротами и замершими в почетном карауле гвардейцами, за которой находился большой двор, там гости покидали экипажи и спешивались, слуги уводили лошадей, и пустые кареты уезжали дожидаться хозяев в другом месте. Еще одна ограда, пониже, отделяла внутренний двор, где находился парадный вход во дворец, как я поняла, и количество гостей, медленно входящих в распахнутые двери, слегка испугало. Я невольно сглотнула, проснулся старый страх перед незнакомой толпой, которая наверняка будет на меня глазеть. Как и подозревала, мой наряд выглядел скромно по сравнению с роскошными туалетами дам и сверкавшими на них драгоценностями. Леди оживленно переговаривались, обмахиваясь веерами, стреляли по сторонам глазками, подмечая наряды соперниц, и ревниво хмурились. От одной мысли, что я подвергнусь столь же тщательному изучению, меня бросило в дрожь.

— Что, Полин? — тут же отозвался Гастон, заметив мое состояние.

— Н-нет, ничего, — поспешно отозвалась я, не желая признаваться в своих страхах, для мужчины они, может, ничего и не значат, но я снова начала нервничать!

Наш экипаж остановился. Первым вышел Лоран, подав мне руку, и я, глубоко вздохнув и подобрав юбки, покинула карету, бросая по сторонам напряженные взгляды. Боялась встретить знакомых, которых век бы не видеть… Упершись глазами в брусчатку, я вцепилась в локоть Гастона, стиснув зубы, чтобы они не стучали. Эмоции туманили сознание, меня бросало то в жар, то в холод, и, когда ладонь некроманта накрыла мои судорожно стиснутые пальцы, я чуть не подскочила от неожиданности.

— Сейчас зайдем, немного походим внутри и поедем обратно, — уверенно заявил Гастон, пока мы неторопливо направлялись к главному входу.

Я кивнула, остро чувствуя всей кожей, как на меня смотрят. Оценивают. Наверняка гадают, кто я такая, ведь на подобных мероприятиях обычно бывают завсегдатаи и крайне редко — новые лица. Разве что родители выводят своих чад в свет, но я никак не тянула на молоденькую дебютантку, да еще и рядом с некромантом. Мы влились в толпу гостей, шумную и пеструю, и мне стало неуютно вдвойне. Я прижалась к Гастону, стараясь не вслушиваться в гомон вокруг, — наверняка и меня обсуждали, нутром чуяла! И мое скромное по сравнению с нарядами других платье, и прическу, и драгоценности… Боже, если бы знала, как оно все будет на самом деле, уговорила бы Гастона что-нибудь придумать, чтобы не ехать на прием. Сейчас, конечно, уже поздно, я вот-вот переступлю порог дворца. Некромант, встав позади, вовсе меня обнял, крепко, но аккуратно, и я не возражала: было все равно, прилично это или нет, а его близость успокаивала.

За своими волнениями я толком дворец снаружи и не осмотрела, а мы уже приблизились к распахнутым дверям, около которых стояли двое дворецких и с торжественно-невозмутимыми физиономиями проверяли приглашения. Как тут все строго, однако, я даже слегка удивилась. Гастон достал наше и с небрежной улыбкой протянул одному из слуг. Тот с поклоном взял карточку:

— Добро пожаловать в Версаль, мессир Лоран. Хорошего вечера.

Некромант кивнул, и мы вошли в прохладный просторный холл с выложенным мрамором полом. Отсюда поток гостей расходился на две стороны: кто-то шел направо к лестнице, кто-то — налево, и мы пошли за последними.

— Ты тут бывал? — спросила я, кое-как справившись с нервами и заставив голос не дрожать.

— Несколько раз с отцом, — ответил Гастон, снова накрыв мою кисть, лежавшую на его предплечье, ладонью. — Но в последний раз давно, года два назад.

Я вздохнула, лихорадочно думая, что еще спросить, чтобы отвлечься, — ощущение чужих изучающих взглядов не покидало, по коже словно насекомые ползали, постоянно хотелось передернуть плечами. Я пожалела, что не купила веер, сейчас бы теребила его, выпуская эмоции, а так оставалось только сжимать пальцы в складках юбки да стараться сохранить невозмутимость на лице.