Владимир Свержин - Башни земли Ад Страница 58

Вдруг твердая почва резко ударила их по ногам, заставляя по инерции встать и перекатиться. Туманные чудовища пропали так же внезапно, как и появились.

— Капитан, — ощупывая землю вокруг себя, приподнялся Лис, — не врубился, что это за драконьи страсти? Как-то не куртуазно, когда тебя едят сразу с двух сторон. Елкин дрын, все болит.

— Если я не ошибаюсь, — с облегчением возвращая меч в ножны, проговорил Вальдар, — следуя логике сакрального лабиринта, мы столкнулись с Неведомым Ужасом. Говоря без пафоса, страхом неизвестного.

— Ага. Сзади страх, спереди ужас… Пойти, что ли, расслабиться, подремать на американских горках? Да ладно. Бог с ними, шо там по той логике дальше?

— Номером первым было испытание доблести. Сейчас, наверное, нас будут проверять на стойкость.

— Да? — Лис поднялся на ноги и начал отряхиваться. — Ну что ж, постоять-то можно. Как там? Постоим, братцы, за Урсусь святую! — Сергей поднял кулак, адресуя призыв неведомым братцам, и тут же охнул и замахал руками, пытаясь удержать равновесие.

— Земля! — крикнул Лис.

— В смысле?

— Это зыбучий песок! — Сергей дернулся, пробуя вырваться из неожиданной ловушки, но еще глубже увяз.

— Погоди, не двигайся! — Камдил быстро начал расстегивать рыцарский пояс.

— Ага, не двигайся! «Врагу не сдается наш гордый „Варяг“». Оно само подо мной движется.

— Погоди, сейчас я кину пояс. — Камдил выдернул ремень из лопасти, удерживавшей ножны, и почувствовал, что еще секунду назад каменистая, поросшая приземистыми кривыми деревцами почва начала подниматься, точно крепостной мост. Вдалеке послышался рокот катящихся валунов.

— Елкин дрын! — снова завопил Лис. — Вот это попадалово!

Камдил перекинул ремень через ствол деревца и заорал, стараясь перекричать надвигающийся рокот:

— Хватай! Обматывай вокруг запястья!

Сергей не заставил себя долго упрашивать. Еще мгновение… Вальдар прыгнул и повис, едва ли не параллельно поднявшейся земле. На счастье, деревце выдержало. Сильный рывок… Лис вылетел из зыбучего песка, да так и повис в воздухе, не касаясь песка ступнями.

— Хорошо висим!

И тут град из мелких, но увесистых камешков ударил по ним барабанной дробью.

— Ой-ё!

Следом летели булыжники побольше. Один из них попал аккурат в основание ствола, переломил его, как спичку, и дерево рухнуло наземь. Возможно, это был последний камень обвала. Сколько ни слушали прижавшиеся к земле Камдил и Лис, грохота больше слышно не было.

— Шо я тебе скажу, Капитан, — не поднимая головы, изрек Лис, — то, шо я думаю на эту тему, нашей милой феюшке говорить не стоит, а то она с непривычки покраснеет и обратит меня в жабу, или, того хуже, в злобного карлика-кернеса.

— Это еще кто?

— Это много хуже, чем кто угодно. Ну шо, Капитан, будем надеяться, камнями лузу забило под завязку. Попробуем встать?

— Да, вариантов немного, — вздохнул посланец его святейшего величества. Он приподнялся, встал на четвереньки, пытаясь одновременно потереть все ушибленные места, и наконец выпрямился, да так и застыл с отвисшей челюстью.

— Капитан, это шо, новое испытание? Впереди кабинет дантиста?

— Посмотри. — Камдил указал вперед.

Там, где несколько минут назад печалила взор унылая мелколесная равнина, поднимался к небу горный кряж. Заснеженные вершины его виднелись сквозь продранные скалами облака. Склон горы был покрыт густым лесом, судя по толщине ближайших дубов, произраставшим здесь не первую сотню лет. Чуть в стороне меж заросших мхами древесных стволов сиял и переливался вход в пещеру.

— Капитан, утешь мою израненную душу. Скажи, что это и есть заначка святого Уксуса.

— Лис, не стоит.

— Ну хорошо-хорошо. Наисвятейшего ПТУРСа.[19]

— Прекрати немедленно! Вдруг он все слышит.

— А не надо было на голову камнепад спускать. Я, между прочим, тоже не железный дровосек. — Лис встал и снова отряхнулся. — Ну что, Вальдар, пошли глянем, что там нам Бог послал.

Он в несколько шагов оказался возле входа в пещеру.

— Вот это да-а. Послал, так послал. Золото, серебро, драгоценных каменьев — возом вози.

— Постой! — крикнул Вальдар. — Не ходи туда. Святому Урсусу приносят в дар только серебро.

— Я шо, по-твоему, ослеп?

— Не стоит туда ходить, дождемся хозяина.

— Зачем? Мы все прошли. Это наш главный приз. Да с такими сокровищами мы даже Тамерлана наймем воевать против самого себя.

— Лис, стой, не двигайся!

— Вальдар, ну ты даешь!

— Стой, я тебе говорю!

— Да я стою непоколебимо, шо тот курс доллара к гривне. Так, слегка шатаюсь, но на месте. Шо мы ждем? От Бога дулю?

— Без хозяина мы туда не пойдем.

— Сэр рыцарь, вот ты умный человек. Тебя даже в палату лордов на завтрак пропускают. Ты шо, забыл, что к лику святых причисляют уже после склеивания ласт?

— Здесь необычный случай.

— Тут я согласен. Как для святого, мужик очень состоятельный.

— Я не о том. Он, очевидно, в родстве с Мелюзиной, а эта леди, как ты сам мог заметить, вполне себе жива и здорова, хотя наш Кристоф, ежели с утра прапрапра… начинает произносить, то к вечеру только заканчивает.

— Мог заметить, — возвращаясь к исходной точке, вздохнул Лис. — Я бы ее и самое теперь с удовольствием заметил бы.

Воздух рядом с ними сгустился. Невесть откуда взявшийся ветер сорвал с деревьев листву, и между оперативниками в зеленом, искрящемся золотом платье с длинным шлейфом будто из воздуха соткалась вечно юная фея.

— О! Несказанно рады встрече! Ну шо, Капитан, пошли?

Мелюзина, ни слова не говоря, нагнулась, подняла с земли камень и швырнула его в пещеру. Длинная красноглазая голова дракона на золотистой сверкающей шее молнией выплеснулась из скального провала и, проглотив на лету камень, снова исчезла.

— Не стоит туда ходить. Это не то, что предназначено вам, но пещера Урсуса совсем близко.

— Офигеть! — прокомментировал Сергей. — Шо это было?

— Горор, — равнодушно пояснила Мелюзина. — Золотой дракон. Тварь ленивая и туповатая. Обычно он и его сородичи ложатся у входа в пещеру и прикидываются грудами сокровищ. Алчные путники спешат добраться до золота и драгоценностей, подходят, а дальше — сами видели.

— Я бы сказал, у этого монстра странная диета.

— Это ты о камне, мой юный друг? Ничего странного. Урсус смирил Горора и поселил в лабиринте. Он не дает пленнику умереть с голоду, но все же привычной добычи у дракона больше нет. Хотя время от времени находятся глупцы, желающие завладеть сокровищами моего брата.