Юрий Иванович - Невменяемый дракон Страница 64

– Отлично! Тогда сделаем так, вон там чуть дальше перекрёсток. Я его пролетаю прямо и делаю круг направо. А ты разведай потихоньку по улице влево. Только не долго, примерно на час. Потом встречаемся на перекрёстке.

– А вёдра оставим здесь?

– Можем и убрать, чтобы на головы людям не свалились.

И Спин одним движением корня зашвырнул оба жестяных ведра в ближайшее окно. Грохот превзошёл все ожидания и наверняка перебудил пол квартала. Но два болара, под хулиганское бульканье уже отправились на разведку окрестностей. По ходу представляя, что бы здесь сейчас было, примени они имеющуюся у них литанру.

Роковое согласие

Летели довольно долго. Иначе и получиться не могло, если учитывать что столица королевства драконов находилась в самом географическом центре Альтурских Гор. Кремон несколько раз недовольным рычанием выражал желание опуститься и пообедать. И каждый раз зелёный наставник убеждал что лететь остаётся всё меньше и они скоро насытятся уже на месте прибытия. Но терпение у разведчика совсем истощилось, и он приготовился показать свой норов, когда вдалеке показались изломанные линии и шпили Калеццо. Таких высотных зданий Кремону в своей жизни видеть не доводилось. Да ещё в таком невероятном количестве. Некоторые шпили вообще пронзали поредевшее покрывало облаков, а многим не доставало до белого тумана только слегка потянуться. Уже потом выяснилось, что большинство древних строений здесь достигает от шестидесяти до ста этажей, но сейчас Кремон был просто не в силах отвести взгляд от открывающейся с высоты птичьего полета завораживающей панорамы. И только мощным усилием воли прикрывал свои рвущиеся наружу истинные эмоции. Ведь как бы ни была глубока потеря памяти, такого удивления и восторга у любого дракона столица вызвать не могла. Разве что молоденького, первый раз сюда прилетевшего с далёкой периферии.

Увлёкшись открывающимся видом, Невменяемый только со второго раза расслышал крики догнавшего его с правой стороны красного дракона:

– Шейтар тебя загрызи! Ты чего с курса сбиваешься?

Действительно наставник летел уже изрядно левее, и с недоумением выворачивал шею. Но ведь тогда получалось, что столица останется в стороне! Очевидно, и в глазах Гишера плескалось непонимание цели полёта, потому что справа понеслись пояснения:

– А куда нам спешить? Да и всё равно надо плотно пообедать в домашней обстановке, и только потом показываться на глаза командованию. Поэтому летим вон туда. Соглашайся быстрей, мы и сами от голода еле вытягиваем. Или ты забыл, где твой наставник живёт?

По всем понятиям Кремон не услышал ни единого слова лжи, и получалось, что они летят домой к сослуживцу. Но ведь и последний вопрос не мог трактоваться однозначно. А вдруг его просто нагло отвлекают от цели их перелёта? Ведь однозначно он разобраться в ориентирах не может. И такая неопределённость дала Невменяемому новый импульс к переживаниям.

Нехотя он вновь лёг на прежний курс, но бдительности прибавил. Заодно прогоняя в голове все самые непредсказуемые варианты предстоящих событий. Но пока опасаться было нечего, впереди показался небольшой пригород столицы, состоящий из редко раскиданных и приземистых особнячков. Пугаться там было нечему, и именно туда трио продолжили планировать небольшим ускорением. Вскоре и стала видна конечная цель, квадратное трёхэтажное здание в окружении огромных деревьев и большим пространством внутреннего двора. Как ни странно от этого пасторального вида на душе стало вообще тревожно, сердце вообще стало давать странные сбои и в горле запершило от прерывистого дыхания. Чем же это место так волнительно?

Наставник уже приземлился возле самого крыльца и теперь напряжённо всматривался в ауру эмоций своего бывшего ученика. А когда и тот замер всего в нескольких метрах, громко крикнул себе за спину:

– Зайндара! Посмотри, кто прилетел!

По всему телу Кремона пробежала колющая волна нехорошего предчувствия, и он попытался развернуть своё тело назад. Затем попробовал расправить крылья и только потом с ужасом стал понимать, что такое сильное и послушное тело совершенно выходит у него из повиновения. И уже в каком-то кошмарном мерцании наблюдал, как из широкого окна на порядочной скорости вылетела до жути знакомая дракона и всем своим телом сбила его наземь. Только и донеслось, словно издалека:

– Гишер, родной! Ты вернулся!

Потом на сознание навалилась чёрная, беспросветная тьма беспамятства.

Часть девятая

Мгла в сознании показалась вечной. Без единой искорки или проблеска. Без единого звука или ощущения. Без малейшего присутствия собственной силы Эль-Митолана. И в какой-то момент Кремон уверовал, что это навсегда. Что его или убили, или чужое сознание неожиданно вернулось в собственное тело и безжалостно вышвырнуло самозванца прочь. Вот только куда вышвырнуло? В какие бездны великого мироздания? И как теперь вырваться из этого вместилища безысходности и леденящего страха? Похоже – это и в самом деле Смерть.

Потом Невменяемый осознал себя маленькой горошинкой. Только не мёртвой, а словно плывущей в каком-то мрачном, но густом и живительном потоке. И окружающая жидкость начинает подталкивать горошинку к росту и развитию. Изначально у горошинки появились корешки, которые ощутили живительное тепло. Потом размякло покрытие и стало реагировать на внешние проявления жизни в виде толчков, сжатия и растяжения. А вскорости и всё покрытие истончилось настолько, что до внутреннего сознания стал постепенно пробиваться свет. Вначале серым сумраком, потом предрассветным сиянием и наконец совершенно устойчивым белым светом.

Дальше возрождение пошло более ощутимыми темпами: белый свет разбился на все цвета радуги. Стал смешиваться изумрудными сияниями и изредка на короткое время превращаться в размытые, нерезкие картинки. Одновременно с этими картинками стали пробиваться некоторые звуки, меняющиеся от тихого журчания воды, до непонятного и страшного грома.

Каждое такое изменение Невменяемый встречал с дикий радостью, всё больше и больше осознавая, что борется за себя всё с большим успехом. Воодушевляясь этими успехами и с новой силой бросаясь на штурм непонятно кем и как воздвигнутой стены.

И вот долгожданный момент настал. В очередной раз, пытаясь рассмотреть в клубах цветного тумана ускользающую картинку, он вдруг совершенно отчётливо увидел перед собой лес, а его органы слуха грохот камней и шелест песка трансформировали во вполне понятные и разборчивые звуки: