Сергей Раткевич - Вирдисская паутина Страница 74

– А… – протянул Нэллен.

Хоровод мыслей с безумной скоростью вертелся у него в голове. Он понимал все больше и больше. Того, кто столько знает, не оставляют в живых. Никогда не оставляют. Это он тоже понял.

– А проклятый амулет зла больше не подчиняется мне! – вскричала магичка. – У меня остались только те истуканы, которых я подчинила с самого начала! Амулет меня не слышит, и такое впечатление, что он пьян! Что ты с ним сделал?!

– Напоил, – ответил Нэллен.

– Что?!! – взвизгнула магичка. – Да как ты смеешь?!

– Говорить правду? – грустно усмехнулся Нэллен. – В самом деле, что это я? Простите, ваше величество. Больше не буду!

– Да я тебя в порошок сотру!

– Королевы так не выражаются, ваше величество.

– Молчать! Много ты знаешь о том, как выражаются королевы!

– Молчу, ваше величество. Собственно, мне и сказать-то нечего. Вы и без того в моих мыслях все прочитали. Разве что добавить еще раз, какая у вас красивая грудь и потрясающие плечи. Я просто завидую его величеству Тагинару.

– Ты неплохо носишь свою маску, – проворчала магичка, нагибаясь над Нэлленом. – Но клянусь всеми святыми, я ее с тебя сорву! Я буду знать, кто ты такой на самом деле и кто за тобой стоит!

– А вы не боитесь… увидеть то, что под маской? – наудачу спросил Нэллен и попал. Магичка вздрогнула и замерла. Повисло долгое томительное молчание.

– Хочешь сказать, что ты такой же, как я? – наконец осторожно спросила она после долгого молчания. – Владеешь неощутимой для других магией? Почему мне тогда удалось так легко пленить тебя?

– А вы в самом деле уверены, что легко? – тихо спросил Нэллен. – А так же в том, что вам это и впрямь… удалось?

Она отскочила так стремительно, что чуть не упала. Резко перечеркнула воздух перед собой и облегченно вздохнула.

– Врешь ты все!

Нэллен печально улыбнулся.

«А голосок-то… как у обиженной маленькой девочки, которую без сладкого оставили!»

«Ну вот, теперь она меня точно убьет… прочитает эти мысли и убьет… я ведь и в самом деле ее увидел… обиженная маленькая девочка… наказали… без сладкого… дом бедного лавочника… отец запуганный, не знает, как свести концы с концами… мать, задерганная его придирками… и много книжек о прекрасных принцессах под подушкой… а потом вонючий прилавок и груды рыбы на нем…»

– Ошибаешься. – В голосе королевы лязгнул металл. – Я тебя убью не сейчас. Ты умрешь не раньше, чем я узнаю, кто за тобой стоит. Раз уж ты узнал, кто я такая… надо же и мне узнать, кто ты такой!

– Уличный мальчишка… – с готовностью откликнулся Нэллен. – Чуть-чуть бард, чуть-чуть вор, всего понемножку… тот, кому сначала весьма не повезло с врагами, а потом здорово повезло с друзьями… тот, кто стал секретным агентом четвертого класса и погиб, выполняя задание… спасая принцессу. Такую же, как и те, о которых когда-то читала одна маленькая девочка…

– Девочка с тех пор выросла и поняла, что сказочных принцесс не бывает. И таких, как ты, – тоже не бывает. Кстати, ты все еще жив. Не хочешь продлить это чудесное мгновение? Отвечай, кто за тобой стоит!

Нэллен вздохнул.

– Король Илген, принц Ильтар, маркиз Фальт – меня не устраивают, – добавила магичка. – Мне нужен твой настоящий хозяин!

«Что бы такое соврать, чтоб она поверила?»

– И не надейся!

– Это я случайно подумал…

– Вот еще! Чтоб я поверила, что агент твоего класса хоть что-то делает или думает «случайно»?

– Само мое нахождение здесь…

– Возможно, это какая-то хитрая провокация… или… ловушка?! – Она вперила в него пронзительный взор.

– Да! – злорадно ухмыльнулся Нэллен. – Меня ни в коем случае нельзя убивать, не то из моего тела выскочит жуткое чудовище и сожрет убийцу!

– Это вряд ли, – ухмыльнулась магичка. – Впрочем, я и не собиралась тебя убивать. С человеком, знаешь ли, можно сотворить куда более страшные вещи. Но я вижу, что тебе не терпится попробовать… испытать мое искусство на своей шкуре.

– А вам не терпится узнать, что скрывается… за моей маской? – холодно поинтересовался Нэллен.

Магичка замерла лишь на миг.

– Да. Не терпится, – решительно проговорила она наконец. – Я должна знать, с чем имею дело. И нечего мне угрожать. Если бы ты мог, ты б уже что-нибудь для себя сделал!

– Возможно, мне просто нравится созерцать ваши божественные плечи, моя королева… такой интересный ракурс… и реквизит…

Он позвенел цепями.

И провалился в боль. Сразу и с головой. В непроглядную, полночную, неизбывную черноту беспросветной боли. Выныривать пришлось долго. В конце концов ему помогли. У самого бы просто сил не хватило. Так и остался бы там.

Королева-магичка озадаченно смотрела на него.

– Я так и не смогла понять, что у тебя под маской, – сказала она.

«Потому что там ничего нет, глупая ты корова!» – мысленно простонал он.

– Был момент, когда мне тоже показалось, что там пусто, – кивнула королева, не обращая внимания на оскорбление. – Но… там все-таки что-то есть… должно быть, под пустотой… не может там ничего не быть!

«Она меня убьет просто потому, что дура и вообразила себе невесть что!»

– И даже не надейся! Легкой смерти тебе не видать! Что тебя ждет, ты ведь уже почувствовал?

– Еще как!

– Может, скажешь хотя бы, как ты освободил святого Виона?

– Я его убил. Он сам велел мне…

– Можешь не трудиться. Этот факт я давно извлекла из твоей памяти. Меня интересует, как ты на самом деле его освободил?

– И что я должен отвечать той, что не верит ни в правду, ни в ложь?

– Ну почему же? Если ты скажешь правду, я сразу это почувствую, – обаятельно улыбнулась магичка.

И Нэллен провалился еще раз. На сей раз не в боль. Просто во всем мире вдруг не осталось ни верха, ни низа.

«Лучше бы боль… лучше что угодно, чем это!» – в панике подумал Нэллен, пытаясь ухватиться хоть за что-то.

«Я лежу на вот этом камне. Я прикован к нему. Цепями. Камень снизу! Снизу, я сказал!»

Но подлый камень отказывался быть низом и точкой привязки. Он выскальзывал и вращался, оказываясь то сверху, то сбоку. Он исчезал, таял, и вместе с ним исчезал и таял окружающий мир, рассыпаясь на ничем не привязанные друг к другу предметы.

– Не надо… пожалуйста… ну пожалуйста, не надо… – жалобно просил Нэллен.

Магичка победительно расхохоталась и, беспорядочно завертевшись в воздухе, распалась на составные части и унеслась куда-то прочь, хохоча и завывая.

Мир со страшной скоростью дробился на все более и более мелкие части.

Разум скулил от какого-то древнего, запредельного ужаса.

Нэллена беспрерывно тошнило, это было невероятно мучительно, но, как ни странно, приносило некоторое облегчение.