Руслан Михайлов - Изгой. Трилогия Страница 78

Жизнь продолжалась своим чередом, и некоторые вещи оставались неизменными.

Глава втораяПрибытие

– Вытяжку мы наладили, господин, – отчитывался старший брат‑каменщик. – В стенах сделали несколько дополнительных щелей для притока воздуха.

– Что с конюшней? – поинтересовался я, с наслаждением делая первый за утро глоток бодрящего отвара. Надоедливый снегопад наконец прекратился, что несказанно радовало – сугробы во дворе были уже по колено взрослому человеку. Если вчера воздух во дворе подмораживал и заставлял ежиться, то сейчас дышал настоящей стужей.

– Заканчиваем возводить стены, к завтрашнему дню и крышу положим. Благо из дерева строим – с камнем мороки было бы не в пример больше. Сегодня же начнем класть печь для обогрева, еще одну ночь на таком холоде животные не перенесут.

– Неплохо, – прокомментировал я, глядя, как укутанные в меховую одежду мужчины копошатся на стенах конюшни. – Не маловата ли постройка?

– На десяток лошадей с лихвой хватит, – отозвался Древин. – Рядышком еще навес для сена пристроим, да и ладно будет.

– Когда ледник заложите? – продолжил я расспросы, хозяйским взглядом охватывая свои владения.

– С ледником посложнее будет, господин, – несколько виновато ответил мастер. – Для него надо яму рыть, да поглубже. Иначе к весне все потечет. Я так считаю, что сейчас нам ледник и не надобен вовсе – при такой‑то холодине мясо можно и во дворе без опаски оставлять.

Когда до меня дошел смысл слов мастера, я удивленно замер. А ведь и верно. В отличие от меня, мастер‑каменщик зрит в корень. К чему сейчас строить абсолютно ненужный ледник, когда на дворе готовый имеется? Лишние затраты сил и ресурсов.

– Правильно! – с уважением сказал я. – С ледником повременим. Есть дела и поважнее. У меня возникла мысль, как увеличить место в пещере, а то сейчас между лежанками и не протиснешься толком.

– Слушаю, господин, – кивнул Древин и махнул рукой, подзывая брата. – Думаете, стоит увеличить пристройку?

– Нет, – покачал я головой. – Слишком много мороки. Воспользуемся казарменным опытом. В общем, начинайте мастерить двухъярусные кровати. По центру свод пещеры достаточно высок, и нам это на руку. Считай, в два раза больше места выгадаем. Чем не польза?

– Как‑как, господин? – изумленно вытаращился Древин. – Какие кровати?

– Вы что, ни разу в казарме не были? – удивленно спросил я. – Обычные двухъярусные кровати.

– Господин, в разных казармах я, почитай, полжизни провел, – медленно ответил каменщик. – Считай, мой дом родной. Но мы все больше в гамаках да на скамьях почивали.

– Я тоже о таких кроватях и не слыхивал, господин, – встрял Древин, переглянувшись с братом.

– Та‑ак, – озадаченно протянул я. – Ладно, это дело поправимое.

Вооружившись длинной палкой, я прямо на снегу начертил схему обычной двухъярусной кровати, благо ничего заумного там не было. Братья припали к чертежу и, быстро разобравшись в деталях, начали бурно обсуждать будущие кровати, начисто забыв обо мне.

Я же, несколько ошеломленный услышанным, отошел в сторону и крепко задумался. В моей голове было четкое видение длинного помещения с ровными рядами двухъярусных кроватей. Вспомнился несомненно солдатский жаргон, неистребимая вонь потных тел…

Уверен, что это не грезы, а обрывок воспоминания из моего забытого прошлого, всплывший в голове сегодня утром после пробуждения. Это точно не память барона Кориса Ван Исер – молодой дворянин никогда не нюхал армейской жизни. Вся его юность прошла в родовом замке, а после смерти отца он стал завсегдатаем столичных трактиров. Но тогда чье это воспоминание?

Откуда у меня воспоминания о военных буднях, если я ни разу не переступал порог казармы? Все мои тщетные попытки разобраться с кашей в голове прервал острый укол головной боли, намекающий, что пора прекратить копаться в прошлом. Ладно, оставим это на потом.

Одна надежда, что со временем память вернется, и вот тогда я наконец смогу собрать все разрозненные кусочки мозаики в одну ясную картину.

Братья‑мастера закончили разбираться с чертежом и повернулись ко мне:

– Уверен, трудностей не возникнет, господин, – сказал Древин сразу за обоих братьев. – Как достроим конюшню, так и кровати начнем мастерить с помощью Создателя.

Кивнув, я прихватил с собой кружку, где плескались остатки остывшего отвара, и пошел взглянуть поближе на укрытых попонами лошадей, рядом с которыми суетливо хлопотала ребятня. Пора познакомится поближе с нашей четвероногой добычей, коей уготована судьба тягловой силы… ну или жареного куска мяса, в крайнем случае. Тут уж не угадаешь.

Приблизившись к смирно стоящим животным, я обнаружил, что абсолютно не разбираюсь в лошадях. Нет, я, конечно, понимал, что такое лошадь и для чего она служит в хозяйстве. Но разобраться с породой, сказать, верховая это животина или сугубо для перевозки тяжести, я не мог.

Интересно, я верхом‑то ездить умею?

Надо будет как бы мимоходом поинтересоваться у здоровяка, только осторожненько – а то к занятиям мечом еще и уроки верховой езды добавятся.

Глядя, как лошади меланхолично пережевывают пожухлые стебли травы и как тает на глазах небольшая охапка сена, я мысленно присвистнул. Те еще обжоры. Надо как можно скорее организовать вылазку за стену. Увеличить запасы дров, набрать достаточно травы для корма животных.

– Вижу движение! – Тревожный голос стражника разнесся над двором форта и на мгновение погрузил всех в ступор.

Дождались. Рывком очнувшись, я выронил кружку и огромными прыжками понесся к ведущей на стену лестнице. Остальные тоже пришли в себя, и сейчас двор напоминал залитый водой муравейник – женщины и дети спешно скрывались в пещере, мужчины, подхватив оружие, бежали к стене, на лицах читалось смешанное выражение – надежда вперемешку с испугом. Нам было кого ждать с той стороны, но это могли оказаться и нежданные гости.

«Лишь бы не вновь ниргалы!» – мелькнуло у меня в голове, пока я взлетал по лестнице.

Стоя на стене и всматриваясь вдаль, я чувствовал, как по моему лицу расползается счастливая улыбка. Сегодня удача была на нашей стороне.

Не знаю, чем мы заслужили милость Диких Земель, но это были не ниргалы и не шурды, а истово ожидаемая нами группа Литаса. Всадники неслись прямиком к стене, и я уже отчетливо различал пригнувшуюся к шее лошади коренастую фигуру Литаса. Пересчитав всадников, я убедился, что вернулись все и, судя по тому, как уверенно они держатся на лошадях, раненых нет. Я облегченно выдохнул и возблагодарил Создателя.