Ирина Сыромятникова - Житие мое Страница 83

— Учитель сказал, что некоторые виды змей вымирают, — сообщил очкарик.

Вот оно в чем дело! Причудливый, однако, бег ассоциаций.

— Звери вымирают из-за того, что люди распахивают поля и строят дома. Зверям нужна природа, если им не мешать, с ними все будет в порядке. Понятно?

Все как-то неожиданно успокоились. Ну и ладушки. Главное, чтобы детишкам не пришло в голову задать сакраментальный вопрос о жареном поросенке — на эту тему я спокойно разговаривать не могу, зато знаю массу анекдотов. Типа, женился вегетарианец на дочери мясника…

А не может ли дибилизм быть результатом воздействия «отката»? С другой стороны, учителя тоже должны думать, перед тем как что-то сказать. Я выцапал брата из кучки умиротворенных белых и повел гулять в парк, смутно ощущая отсутствие чего-то важного.

— А где Петрик?

Братишка вздохнул:

— Мистер Фокс не пускает его гулять.

— Как это — не пускает? — опешил я.

— Мистер Фокс говорит, что Петрик болен, а Петрик написал записочку, что у него ничего не болит, только ножки немного.

Офигеть, они уже записочками перебрасываются, заговорщики малолетние! Пойти, что ли, поругаться с завучем? Если бы я хотел взять под крыло этого ненормального пацаненка, то да, нужно было немедленно бросаться в бой, но мне неожиданно пришло в голову, что если Петрик исчезнет с горизонта, увезти Лючика из Михандрова будет не в пример проще. Поэтому я решил действовать цивилизованными методами:

— Пойдем-ка с директрисой поговорим.

Миссис Хемуль была рада меня видеть (!), но при этом выглядела уставшей и задерганной, а эмоциональное и физическое состояние мага крепко связаны. На столе, словно по волшебству, появился жасминовый чай и корзиночка с фигурным печеньем (Лючик принялся копаться в нем, разыскивая «солнышко»). Смысл вопроса она поняла сразу:

— Это прискорбный инцидент, совершенно недопустимая ситуация, мистер Фокс меня неприятно удивил. Скажем прямо, он очень болезненно отреагировал на ваше появление, но я была уверена, что он справился со своими эмоциями. И вдруг… А главное — абсолютно не мотивировано! Проблема в том, что мистер Фокс является официальным опекуном Петроса, в его власти просто забрать мальчика из школы и увезти. Мне нужно время, чтобы найти миссис Кормалис и урегулировать этот вопрос, к сожалению, она сейчас не в Михандрове.

— Неожиданно уехала, да? — у меня в животе неприятно заныло.

— Как раз перед праздниками, — кивнула миссис Хемуль, — я уверена, что она вот-вот вернется.

Может, и вернется. Я был уверен, что внимание Кларенса и работа комиссии угомонили маньяка, а если — нет? Впрочем, таких сложных совпадений просто не бывает.

— Я рад, что вы не пускаете это дело на самотек.

Она немного смутилась:

— В связи с этим у меня просьба, к вам обоим…

Я уже понял, к чему она клонит.

— Мистер Тангор, могла бы я попросить вас некоторое время воздержаться от визитов в школу?

— Ты как, братишка?

На физиономии Лючика отразилась тяжелая борьба между несколькими взаимоисключающими желаниями:

— Если так надо для Петрика… А на долго?

— Всего на пару дней, — успокоила его миссис Хемуль.

— Только учтите, что я здесь до конца праздников, не дольше, — предупредил я.

— Не беспокойтесь, это недоразумение разрешится очень быстро.

— Хорошо. Тогда я завтра позвоню.

Мы допили чай и попрощались с миссис Хемуль.

Лючик проводил меня до ворот, мы немного посидели в сквере. Я окончательно пришел к выводу, что не оставлю брата в Михандрове, наедине с заклятьем и психованными учителями. Пусть права опеки у меня нет, зато я плачу за обучение и прах побери, если Джо не сделает, как мне надо.

— Я тебе серьезно говорю, подумай над тем, чтобы сменить школу. Редстон — большой город, масса развлечений, зоопарк есть.

— А если так везде? — печально спросил Лючик.

— Нет, тут явно какая-то патология.

— И что же, по-вашему, в нашей школе неверно? — Фокс был тут как тут.

Выглядел завуч бодро, никакие сомнения его не мучили. Он словно торопился вытолкать меня за ворота и нависал над Лючиком так по-хозяйски, что я его чуть проклятьем не долбанул. Ну, ты у меня сейчас попляшешь…

Я равнодушно пожал плечами:

— Например — вы. Нормальный учитель не станет врать в глаза ученикам.

Он даже опешил:

— Я никогда…

— А третьего дня Милошу? Зачем вы наврали ему, что его кот будет с ним всегда? Будто вы не знаете, сколько живут кошки, а сколько — люди!

Он был изумлен, не иначе, думал, что я вокруг ничего не вижу и не слышу.

— Я должен был сказать, что его любимец умрет у него на руках? — мягко улыбнулся Фокс, оправившись от удивления.

— Вы должны были сказать, что котенок придуман не для его развлечения. Котенок хочет гулять по крышам, любить кошек и ссать под кресло, желать от него чего-то, что не соответствует его природе — эгоизм, а требовать бессмертия — некромантия чистой воды. Вы предполагаете воспитать из Милоша некроманта?

Фокс даже побледнел:

— Зомби — это больше по вашей части, — почти прошипел он.

Тут я спорить не стал:

— Да, я их делаю, но я могу их уничтожить, а у Милоша (в лучшем случае) получится только первая часть. Что парень будет делать, когда поймет, что оживший труп — это уже не его любимец?

Я кожей чувствовал нарастающее внимание, на меня смотрели со всех сторон, и мне хотелось быть патетичным:

— Мир надо любить таким, каков он есть, а не выковыривать из него самое вкусное, как изюм из булки. Не все, что тебе нравится — добро, и не все, что тебя ранит — зло. Среди ваших учеников есть девочки, как вы им будет объяснять, что такое роды?

Тут он даже позеленел.

— Вы не любите младенцев? — мягко промурлыкал я. — Или не знаете, откуда они берутся?

Фокс развернулся и убежал. Знай наших! Вся белая мелюзга, что колготилась в сквере, с тихим шур-шур-шур раздалась в стороны: я побил Фокса специфическим для белых оружием — дал другое ОБЪЯСНЕНИЕ — и теперь они не успокоятся, пока не определят, какое верно. Бедные учителя! Честно признаюсь: фраза про булку была домашней заготовкой, я придумал ее, когда пытался избавиться от кошмаров, вызванных видениями Белого Халака.

Кошмары у черного!! Кому сказать — засмеют.

— Если решишь остаться здесь, — сказал я Лючику, — никогда не слушай, что говорит этот мужик. У него не все дома!

— Мне тоже так казалось, — очень серьезно кивнул малыш, — но я не знаю, почему.

Кто бы знал, как мне надоело это соплежуйство!

— А тебе не пофиг, почему? — хмыкнул я. — Учитель должен понимать больше учеников, а не только говорить убедительно. Теоретик жизни, ёптыть.