Напарник оборотня - Анастасия Деева Страница 2

Савушкин на экране задумчиво потеребил свои складки над переносицей, размышляя, сказать лейтенанту правду о Марте или промолчать.

Марта — немецкая овчарка-оборотень, звалась в человеческом обличии — Золотаевой Мартой Максимовной. По документам она считалась внучкой погибшего, хотя на самом деле родилась — собакой, и Золотаев был её хозяином.

Ещё щенком Марта была зачислена в Магическую Службу Безопасности Свердловской области. Эту секретную службу иначе именовали МСБ, и она входила в состав ФСБ Российской Федерации. Квалификация собаки была специфичной, — она была ищейкой по поиску духов местности, связанных с золотоносными месторождениями.

Марта-человек обладала гораздо более скромными возможностями. Зато постоянно имела дело с государственными тайнами. К тому же её дед был одним из самых старейших и уважаемых в России магов, связанных со спецслужбами. Благодаря этому Золотарёва, обладающая феноменальной для оборотня памятью, довольно быстро дослужилась до капитанских погон.

Её беда была в том, что выведена она была искусственно, родилась — собакой, а потому любое превращение становилось для неё болезненной пыткой.

Если усилием воли Марта-человек могла себя заставить превратиться в овчарку, то обратный процесс блокировался самой собакой. Животное, повинуясь инстинкту самосохранения, как могло, избегало неприятных ощущений. Овчарка сопротивлялась любым попыткам обратных превращений.

Федот Максимович знал, как вернуть свою собаку в тело и сознание человека, но теперь он был мёртв, и его овчарка избегала болезненного для неё перехода из одного состояния в другое.

Единственным человеком, которого Марта-собака принимала после смерти хозяина, и был лейтенант Тимур На́риев. Так уж сложилось, что офицер был вхож в дом погибшего Золотаева и пользовался его уважением. Случалось, что именно Тимур ездил с Мартой-овчаркой в экспедиции в качестве кинолога. Возможно, именно поэтому тоскующая по умершему хозяину овчарка хорошо шла на контакт только с ним.

Ради возвращения Марты Максимовны, Нариева из Екатеринбурга командировали в Челябинскую область, где находился секретный испытательный полигон Научно-исследовательского института МСБ.

К сожалению, несколько месяцев проживания в поселке близ НИИ не дали заметных результата. Овчарка не выпускала из подсознания запертую в нём женщину. В целом — ничего страшного для обычного оборотня в этом бы не было, но в случае с Мартой дело шло о жизни и смерти.

Пару месяцев назад, в сентябре, во время проведения волшебного ритуала к Марте прилипло древнее неразумное золотообразущее существо — магбиомин. Его наличие угрожало жизни и собаки, и женщины. Специалисты НИИ пытались сделать всё, что могли, чтобы спасти оборотня, но их попытки были тщетным. Собака не шла с ними на контакт, и отделить магбиомина от неё не получалось.

Когда началось слушание дела по делу убийству Федота Золотаева, Тимур, как свидетель, отправился в Екатеринбург. Собаку ему пришлось оставить на полигоне, так как с ней, не прекращая, работали маги и психологи.

Он не знал, что ещё с утра, до суда, Савушкину позвонили и сообщили, что консилиумом волшебников было принято решение о насильственном возвращении овчарки-оборотня в человеческий облик. Никто не знал, к чему это может привести. Собака изо всех сил сопротивлялась выпускать наружу своё человеческое «Я», а принудить оборотня к силовому превращению почти невозможно.

— Тимур, боюсь, вы ничего не сможете рассказать Марте, — подполковник тщательно подбирал слова.

Лицо лейтенанта окаменело, словно бы он ожидал услышать самую худшую из возможных версий. Артур Олегович понял это и поспешно заверил:

— Нет… Ничего страшного… Её сейчас возвращают… без её согласия.

— Погодите… Как вы сказали? — Тимур резко съехал на обочину и остановил машину. — Что же вы делаете? Так нельзя! Я — не маг, но и то знаю, что любое волшебство — это акт сознательного проявления доброй воли.

Он не знал, что ещё сказать. Ему казалось, что он справился бы со всем сам, договорился бы со зверем, если бы его и Марту оставили в полном покое хотя бы на неделю. Овчарка нервничала от того, что к ней постоянно лезли, брали у неё анализы, заставляли выполнять команды. Она огрызалась на психологов и ветеринаров, один раз цапнула мага из Дома Ведающих, который пытался поговорить с ней на её языке. У неё была то апатия, то агрессия. Собака тосковала по умершему хозяину, и Тимур ничего не мог с этим сделать.

— Тимур, Марта — не твоя собственность.

Лейтенант хмурился и молчал. Он бы мог поспорить с этим утверждением. Если бы Марта хорошо контролировала обе стороны своей личности, тогда сама несла бы за себя ответственность. Но даже умная собака, во многом понимающая человеческую речь — это животное, живущее в человеческом социуме. У неё должен быть хозяин, сама она за себя отвечать не может. Не может жить одна и добывать еду. Заступиться за собственные интересы перед консилиумом магов, тоже не может.

— Если нашу Марту Максимовну не спасти сейчас, магбиомин её убьёт, — продолжал вещать с экрана Савушкин. — Он врос в неё, в каждую клеточку организма. Ещё немного, и он начнет образовывать из ионов атомы золота, а после — молекулы. Из них появятся и более крупные частицы. Одна такая крупинка, перекрыв сосуд в сердце или в мозге, может вызвать инфаркт или инсульт.

Тимур всё это уже слышал не раз. Он, как мог, препятствовал грубому вмешательству в организм собаки. Марта могла в ходе неудачного эксперимента вернуться к своей человеческой природе, но при этом остаться калекой на всю оставшуюся жизнь. Что такое получить инвалидность в расцвете лет, сам Тимур знал не понаслышке.

— Всё решили без меня? — глухо поинтересовался он, снова заводя мотор.

— Верно. Без тебя. Ты тянул, говорил, что у тебя выйдет. Признайся, ты не смог её вытащить. Предоставь теперь дело профессионалам.

Это «не смог» больно царапнуло лейтенанта. Почему ему казалось, что разгадка где-то близко, что собаке просто требовалось успокоиться и поверить, что она — не одна?

Он помнил один из своих последних разговоров с Мартой-овчаркой. Они тогда сидели в маленькой старой избе на окраине поселка, который находился рядом с полигоном НИИ. Марта лежала рядом с ним на диване, положив морду ему на колени. Она щурилась от удовольствия, позволяя почесывать себя за ушами. В последние недели овчарка довольно часто стала приходить к нему. Она ложилась рядом и ждала, когда на неё обратят внимание. Тимур никогда её не гнал от себя, очень осторожно и деликатно выстраивая отношения со зверем.

— Маня, возвращайся. Мы же все тебя ждём. Я тебя домой отвезу.

Собака дёрнула мордой, приподняла её и глухо зарычала.

— Ты чего? — оторопел он от её реакции. —