Железный Аспид. Война - Н. Мар Страница 23

Наблюдать за контрольным зверьком, спокойным и здоровым, с гладким мехом и отменным аппетитом к нормальной пище, было забавно. Но мелькнуло видение огромного, увеличенного с помощью биоскопа таракана:

— Фу…

— Это ты обо мне думаешь, Сэм? — раздалось над ухом, и знакомая рука в синем рукаве скользнула под воротник — в попытке добраться до…

— Черт! — Самина подскочила, а мышь вывернулась из ее ладоней и дала деру в сторону открытой двери. — Бензер, какого… Ты опять не закрыл дверь!

Она вскочила и махнула роботу-ассистенту. Тот ринулся в погоню, и ученые остались наедине. Самина смотрела куда угодно, только не в глаза гостю. Она стыдилась того, что в эту минуту была не рада обществу… кого бы то ни было, кроме мышей.

— Бензер, ты знаешь правила! Здесь же кругом зараза! — она чувствовала себя ханжой, ведь держать мышь голыми руками тоже запрещалось. Но она слишком долго мечтала накричать на одного конкретного человека, и теперь сделала это с постыдным удовольствием маньяка-убийцы, всадившего нож в блудницу.

— Самина Зури, кажется, у нас уже был разговор по поводу того, чтоб ты не повышала на меня голос, — едкий укор подкрепил гарнир из поджатых губ. — Я скучал. Между прочим. Почему ты не заглянула ко мне утром, как всегда?

Биолог скрестила руки на груди. И тут ей начало казаться, что за последние полгода она с завидной регулярностью находила свои руки скрещенными на груди, а рот исторгающим яд. Сегодня она решила быть краткой:

— Почему ты не пришел ко мне в больницу?

Бензер закатил глаза.

— Пф-ф, ты пробыла там всего четыре часа! Твой комм не отвечал. Я позвонил Сиби и узнал, что у тебя ерундовый перелом голени. И рассчитывал увидеться сегодня на работе. — Мужчина взял Самину за руки и обвил ими свою шею в знак примирения. Бранианец с достатком и блестящим образованием, Бензер Бюрлен-Дукк был весьма привлекательным высоким блондином. Самина втайне гордилась тем, что он не следовал модным капризам и не красил пепельные волосы. — Знаешь… вот ты ждешь от меня романтики. Но не понимаешь, что красивые жесты требуют жертв? Денег, которые мне приходится зарабатывать. И у многих труд состоит не из возни с мышами, а…

— Ясно.

— … не перебивай меня. Так вот. Имперцы с прошлой ночи подтягивают силы к границам спорного сектора. И вчера, пока ты дулась на меня в больнице, мы всем отделом в бешеном ритме программировали андроидов на боевые вылеты. Если мы потеряем созвездие Кармин, мне — как главе кибернетического отдела — несдобровать. Это тебе, знаешь ли, не медицинские гранты попусту тратить.

— О, ясно.

Она сделала попытку оттолкнуть Бензера, но тот рассмеялся и снова привлек ее к себе.

— Ну? Что? Ты лепишь проблему из пустого. Ну хорошо же, прости меня, прости, прости! — Он захватил ее лицо в ладони и поцеловал, но Самина ответила довольно вяло, намекая, что задета сильнее, чем предполагал кибернетик. Бензер мягко клюнул упрямицу в щеку и принялся теребить застежки ее комбинезона. — Конечно, твоя работа с этими… тоже очень важна, Сэм. Да что за кнопки на вашей униформе?

— По-твоему, мне следует надевать в лабораторию пеньюар?

Кончики пальцев Бензера выводили замысловатые узоры на ключицах девушки, но кровь в ее висках стучала не от возбуждения. Уж не подхватила ли она бешенство от грызунов?

— Я бы надевал на тебя и намордник, милая, чтобы ты научилась уважать своего мужчину. Все-таки я втрое тебя старше.

— Ясно! И вдвое красивее. Ладно, господин глава отдела, возвращайся к работе, мне тут надо срочно пустить на ветер еще пару грантов.

— Глупая моя, — Бензер смягчил тон. — Если ты рассчитывала выяснять отношения здесь, среди этих вот пожирающих себя грызунов, поспешу тебя огорчить. Эй, что такое?

Его отвлек ассистент Самины — андроид с беглой мышью в ладонях.

— Госпожа Зури, я поймал ее у стойки администратора. Она перегрызла его речевые контакты, и робот не смог предупредить, что сюда направляется Шиманай Кафт.

Самина мгновенно отстранилась и бросилась собирать по столам пробирки, склянки и весь бьющийся реквизит.

— Бен, помоги же, не стой!

Они вдвоем принялись судорожно запихивать все в термошкаф как попало.

— Ты на меня накинулась с порога, Сэм, — запыхавшись, бормотал Бензер, — а ведь я шел предупредить, что заказал нам столик в «Баламуте». Сегодня в семь вечера у них новая программа. Форма одежды парадная, ожидаются все. Ну все-все, в общем. Не опаздывай, не позорься. Надень то зеленое платье, со шлейфом. И ради бога, расплети свою плебейскую косу… Тупой ублюдок! — это уже относилось к андроиду, но и Самина вздрогнула. — Почему ж ты не связался с нами, как только заметил профессора⁈

— Я не мог, господин, у меня в руках была мышь.

Леди Зури даже и не думала подавить звонкий смех. Бензер оттолкнул с дороги ассистента, невнятно буркнул прощание и поспешил вон из лаборатории, чтобы не встретиться с Кафтом.

* * *

Профессор являл собой относительно удачный результат киборгизации. Около полувека назад этот видный ученый был уже в преклонных летах, когда во время учебной хирургической операции на него обрушился свод древнего амфитеатра. Прибывшая на место происшествия бригада андроидов-спасателей долго предпринимала героические попытки вернуть к жизни тот самый труп недельной давности, который показательно резал профессор, прежде чем обнаружила досадную ошибку. Ошибка эта стоила Шиме Кафту жизни. Вернее, не ему целиком, а только телу: смерть мозга удалось предотвратить, голову бедняги заморозили, и началась кампания по сбору средств на сомнительную в те времена процедуру.

Деньги студенты в основном клянчили друг у друга, так что мозг провалялся в морге несколько лет, прежде чем его подвергли имплантации в искусственное тело экономкласса. Профессор теперь походил на чересчур умный силиконовый манекен с оливковой кожей, сквозь которую просвечивали контакты и схемы. Даже дешевые секс-боты выглядели гораздо натуральнее, хотя, разумеется, в этом и заключалась основная цель их производителей. И еще — все же следовало это признать — роботы были абсолютно безобидны, в отличие от киборгов. Первое время Кафт немного стеснялся и наглухо застегивал рабочий комбинезон — так, чтобы не оставлять собеседнику повода долго его разглядывать или, чего доброго, принимать его за андроида.