Лиза Татл - Шторм в Гавани Ветров Страница 27

Марис было приятно после многих ночей в холодной одинокой постели лежать в объятиях человека, который ей небезразличен, зная, что и она небезразлична ему.

Позже, крепко прижавшись к Доррелю и положив голову ему на плечо, она заснула в тепле и покое. А ночью ей снова приснился штиль.

Напуганная ночным кошмаром, Марис проснулась засветло. Оставив Дорреля досыпать, она в одиночестве позавтракала твердым, как камень, сыром и черным хлебом. Едва из-за горизонта показалось солнце, Марис, надев крылья, отправилась в путь с утренним ветром. В полдень она вернулась на Сиатут и после обеда занималась тем, что страховала в воздухе С’Реллу и паренька, которого звали Джан.

В «Деревянных Крыльях» Марис пробыла неделю. Днем она занималась со студентами, а вечерами, усевшись у огня, рассказывала им истории из жизни знаменитых летателей.

День ото дня она все сильнее чувствовала вину за долгое отсутствие на родном острове и наконец, пообещав Сине в скором времени вернуться, отправилась домой.

Полет до Малого Эмберли занял целый день. Уже в сумерках, порядком устав, Марис наконец увидела огонь так хорошо знакомого ей маяка. Оказавшись в своей давно пустовавшей постели, она очень обрадовалась. Но ей не спалось. Видимо, оттого, что простыни были холодны, а комната пропиталась непривычными запахами и пылью. Казалось, собственный дом, став совсем чужим, давит на нее. Марис поднялась, зажгла лампу. Пошарила в шкафах на кухне, но последний раз она была здесь так давно, что вся еда оказалась либо засохшей, либо испорченной. Уставшая и голодная Марис вернулась в постель и забылась тяжелым, без сновидений, сном.

Следующим утром ее вежливо, но отчужденно приветствовал Правитель:

– Без тебя, Марис, двум моим летателям тяжело. Их вымотали непрерывные поручения. А у Шалли к тому же на днях появился ребенок, и теперь послания доставляет только Корм. Полагаешь, Эмберли, точно крошечному островку, достаточно одного летателя?

Прекрасно понимая, что Правитель добивается от нее обещания не возвращаться на Сиатут, Марис уклончиво ответила:

– Если есть срочная работа, то я немедленно выполню ее.

Правитель нахмурился, но приказывать летателю было не в его силах. Он прочитал ей адресованное торговцам острова Повит послание, суть которого сводилась к обещанию доставки зерна по обычной цене в обмен на парусину и предложению щедрой взятки в случае, если торговцы в споре между Эмберли и Кесселаром выступят на стороне Эмберли. Марис, как делали многие опытные летатели, почти не вникая в смысл послания, запомнила его слово в слово. Пожелав подвластному Правителю острову процветания, она быстро взобралась на прыжковую скалу и взмыла в небо.

Опасаясь, что Марис снова надолго исчезнет, Правитель, едва она возвращалась с очередного задания, давал ей новое. На Ровит и обратно она летала четыре раза, дважды на Малый Шотан, дважды на Большой Эмберли, по разу на Кесселар, Кульхолл и Лаус (Дорреля дома не оказалось; как ей сказали, он сам лишь час назад улетел с посланием) и даже однажды совершила дальний полет на Кошачий Остров Восточного Архипелага.

Освободилась она лишь за три недели до начала Состязаний и тут же отправилась на Сиатут.

Они были в комнате Сины. Хозяйка, сидя на низком стуле, зашивала сорочку; Марис стояла напротив, грея спину у очага. Снаружи бушевал шторм, хлестал ливень, но толстые каменные стены надежно защищали от непогоды.

– Скольких ты намерена выставить в этом году? – спросила Марис.

– Окончательно еще не решила, – ответила Сина. – Хотела посоветоваться с тобой. Думаю, четверых или пятерых.

– С’Реллу обязательно, – сказала Марис задумчиво. Ее мнение, несомненно, повлияет на решение Сины, без чьей поддержки участвовать в Состязаниях студентам академии не позволялось. – И Деймена. Они у нас – лучшие. Ну и возможно, Шера и Лиа? Или, может, Шера и Лиана?

– Шера и Лиа. Выставить одного без другого невозможно. Они и так опечалены тем, что правила Состязаний не позволяют им вызвать на поединок одного и того же летателя и состязаться с ним как команде.

Марис засмеялась.

Шер и Лиа были аспирантами академии, и их связывала крепкая дружба. Они, хотя и быстро уставали в воздухе и порой неожиданно теряли самообладание, были талантливы и полны энтузиазма. Марис часто задавала себе вопрос, придает ли дружба аспирантам силы, или всего лишь помогает преодолевать неудачи.

– Думаешь, они выиграют?

– Нет, конечно, – ответила Сина, не поднимая головы. – Но они обучаются здесь уже достаточно долго, чтобы попытаться и проиграть. Практика пойдет им на пользу, усмирит их не в меру буйный нрав. А если они не выдержат первого же поражения, то летателями им никогда не бывать.

Марис кивнула:

– А в Лиане ты сомневаешься?

– Я не выставлю Лиана. Он не готов к Состязаниям. И сомневаюсь, что когда-либо будет готов.

– Я видела его в небе, – удивилась Марис. – Он силен и временами летает просто замечательно. Конечно, он натура весьма впечатлительная, но летает лучше, чем С’Релла и Деймен, вместе взятые. По-моему, у него довольно неплохие шансы на победу.

– Да, неплохие, но я не выставлю его.

– Но почему?

– Неделю он парит не хуже буревестника, а на следующей кувыркается, будто впервые оказавшийся в воздухе ребенок. Конечно, Марис, я хочу победы, но не любой ценой. Готова заключить пари на последнюю рубашку, что если Лиан получит крылья, то не проживет и года. Согласись, что в небе нет места тем, чье мастерство зависит от сиюминутного настроения.

Марис неохотно кивнула и сказала:

– Похоже, твое решение продиктовано мудростью прожитых лет. Но если пятый кандидат – не Лиан, то кто?

– Керр, – твердо сказала Сина.

– Керр?

– Именно.

Сина, отложив костяную иглу и придирчиво осмотрев сорочку, уставилась единственным глазом на Марис.

– Но он же импульсивный, – возразила Марис. – К тому же у него пока избыточный вес. И координация неважная. А руки недостаточно сильные для продолжительных полетов. Сина, он бесперспективен. Во всяком случае, в этом году. Возможно, года через два-три он…

– Его богатые родители – владельцы медных рудников на Малом Шотане – настаивают, чтобы он участвовал в Состязаниях этого года. По их словам, он и так уже потратил впустую два года. А с их мнением приходится считаться, ведь они субсидируют академию.

– Понятно, – кивнула Марис.

– В прошлом году я им твердо сказала «нет», – продолжала Сина. – Но сейчас не могу. Если на этих Состязаниях не победит ни один студент, то Правители скорее всего откажут нам в финансировании, и тогда академия способна существовать лишь при поддержке состоятельных родителей. Поэтому, нравится мне или нет, придется им потакать.