Николай Ревизов - Стражи круга жизни Страница 35

– Тигмены установили полное защитное поле, – предположил штурман.

– Да, наверное, – согласился Уге Че.

– Наш бинар пробьет его?

– Дырку в корпусе сделать будет можно, а то и две, – усмехнулся Уге Че, – но серьезно повредить корабль не сможем!

В рубку, мотая головой с большими остроконечными ушами, вошел рах и доложил:

– Связь установлена, помощь придет, командующий просил держаться!

Уге Че вяло улыбнулся:

– Откуда ждать помощь? С базы? Да этот линкоскор пощелкает все "Стрелки", которые есть, а флагманы придут не скоро – к тому времени от их судна останется лишь один регистрационный номер в реестре, а рейдер мрака будет далеко!

Решение пришло неожиданно… Когда запускают разгонные двигатели, в зоне дюз снимают защитное поле.

– Бот в шлюз – приказал капитан и, растолковал штурману, что тот должен был сделать, затем, опускаясь в люк бота, уточнил:

– Ты все понял?

– Да что тут не понять, – стискивая ему руку, усмехнулся штурман.

Бот заторопился к астероиду. Закрепив его на ледяной поверхности, Уге Че в несколько огромных прыжков достиг горизонта. Огромный линкоскор был уже плотно укутан голубой пеленой силового защитного поля.

– Боятся, – усмехнулся капитан, внимательно разглядывая чудовищных размеров боевой вражеский звездолет.

Спроектированный и построенный по чужим законам красоты, для глаза реликтона линкоскор казался уродливым и страшным. Иглы самых мощных излучателей были выдвинуты вперед, башни гравитационных орудий глядели в сторону астероида. Тигмены собирались нанести удар. Из огромных дюз разгонных двигателей тянулся белый пар. Рейдер мрака готовился к старту.

– Поле за дюзами снято, – сообщил Уге Че по связи штурману, – но подождем, когда начнет поступать в двигатели топливо – нужно ударить наверняка.

Вдруг он заметил, как с борта гиганта сорвалась серебристая капелька и понеслась к астероиду. Уге Че стиснул зубы – он с собой не взял оружие, а бежать с астероида пока было нельзя. Вскоре белый пар за кормой вражеского звездолета стал принимать красноватый оттенок. Капитан указал штурману направление атаки и приказал:

– Пора!

Ждать пришлось недолго. «Стрелок» неожиданно для тигменов появился из-за астероида и ударил бинарами по дюзам разгонных двигателей, набиравших мощность. Удар был точен. Черный дым густо повалил из развороченных огромных чаш. Сделав разворот, "Стрелок", уходя за астероид, зачертил противолучевые зигзаги, получить перун от обездвиженного противника было бы совсем глупо.

Серебристая капля за время короткого боя превратившаяся в диск, повернула, было, обратно к звездолету, но затем развернулась и вновь понеслась к астероиду.

– Мне понадобится помощь, – негромко сообщил штурману Уге Че.

– Хорошо! – отозвался тот.

Бот тигмены обнаружили сразу. Густо поднялись клубы пара, когда тот коснулся раскаленным бортом льда астероида. А диск поднялся над поверхностью, а затем исчез.

– Его не заметили? – колыхнулась в груди надежда, но оказалось напрасно.

Передвигаясь длинными прыжками, к нему спешили четыре синие блестящие фигуры. Тигмены оружия не доставали – он понял: будут брать живым. Командир «Стрелка» приготовился.

Приблизившись, тигмены разом бросились на него, но один из них чуть опередил остальных и Уге Че ударил его кулаком по мягкому гермошлему, тот отлетел и, встав на четвереньки, долго ощупывал свою голову, но остальные тигмены уже крепко держали реликтона. Двое вцепились ему в руки, а третий сковал ногу. Прилепившись ко льду, тигмены тянули его вниз, Уге Че поднимал руки, пытаясь стряхнуть их или оторвать от поверхности, но те лишь вытягивались, приближая к его лицу свои отвратительные рожицы. Устав держать в напряжении руки, он опускал их, а тигмены тянули и тянули его вниз, отнимая силы. Тем временем оглушенный тигмен пришел в себя, заранее пригнувшись, он бросился к свободной ноге реликтона, но Уге Че вновь опередил и ударил почти без замаха ногой, за которой тот охотился. Маленькая фигурка, безвольно раскинув руки, медленно вращаясь, взмыла над поверхностью астероида. А у него кончались силы, он уже не мог поднимать руки, на которых висели тигмены: наступал тот предел сил, до которого ему было отпущено природой. Его ноги ослабли, он упал на колени и взглянул вверх. А сверху падала звезда…

Уге Че собрал остатки сил и начал раскачивать противников, делая вид, что пытается встать, он даже сумел ударить головой зазевавшегося тигмена, лишь бы те не посмотрели вверх, лишь бы отвлечь внимание от падающей звезды, в которой уже можно было различить контуры бота "Стрелка".

Тигмены заметили опасность, когда штурман и два раха огромными прыжками приближались к ним. Один отпустил руку Уге Че и стал рвать из-за пояса оружие. Капитан толкнул его, тот, отлетев, упал, оба раха разом ударили по нему излучателями, а оружие у них, как обычно, было настроено на максимальную мощность, рахи почему-то любили это делать. Уге Че изо всех сил, которые у него вдруг появились от радости нечаянного освобождения, ударил тигмена, державшего его левую руку, по голове кулаком. Тот сразу же осел на лед. Тигмен, что держал его за ногу, попытался подняться, но Уге Че толкнул его под излучатели рахов.

– Вижу, что жив! – смеялся штурман. – Здорово мы их…

Договорить штурман не успел, глаза его вдруг закатились, и он повалился навзничь. Уге Че ахнул, он совсем забыл про тигмена, оглушенного им вначале боя, тот пришел в себя и выстрелил…

Капитан склонился над другом. Штурман был мертв, его лицо быстро бледнело, лист горного цветка на щеке стал видеться отчетливее.

Уге Че уложил убитых тигменов в ломаную линию, выкладывая из трупов врага древний знак отомстивших…

Когда «Стрелок» набрал крейсерскую скорость, на связь вышел командующий базой.

– Скорблю вместе с вами, – его голос был грустный и он больше молчал, чем говорил, – это мой лучший штурман, поверь мне, капитан, я всю свою жизнь провел в сражениях, я так много потерял друзей!

Уге Че никак не ожидал от старого реликтона такой чувствительности…

О поединке маленького "Стрелка" с линкоскором противника в информационных сообщениях сообщалось довольно подробно. Капитан был счастлив, он догадывался – это командующий базой похлопотал. Надо будет поблагодарить старика…

Еще долго "Стрелок" утюжил края Пределов. Уге Че тревожно вглядывался биопроницателями в бездну, не грозит ли оттуда бедой. Без штурмана на корабле стало совсем тоскливо, он уже решил для себя: в следующую смену обязательно навестит друга…

Но время боевого дежурства вышло – им на смену спешил другой "Стрелок". Когда вернулись на базу, Уге Че вдруг понял, что его домой не тянет, да и нет у него дома. Никто нигде его не ждал. Он догадывался, что в зонах отдыха ему будет тоскливо. И когда адмирал, подметив его состояние, предложил: