Мертвая невеста - Дарья Алексеевна Иорданская Страница 38

Наверное, Лусы таковой не была.

Чень прикрыл за собой дверь, постоял немного, держась за бок, а после пошел в сторону деревни.

Старуха его здорово побила. У нее всегда была тяжелая рука, но в детстве Ченю от старейшины почти не доставалось. Как он сейчас понимал, отец немало приложил усилий, чтобы держать его от большей части семьи подальше. Чень общался только с детьми. Которых больше нет на свете.

Это казалось чудовищным и странным. Не укладывалось в голове, потому что жители Цинтай, тем более члены ближнего круга, не умирали прежде отпущенного им срока. Не умирали так запросто, точно самые обычные люди. У их смерти должна была быть серьезная причина.

Чень боялся задать вопрос об этом. Он и без того себя чувствовал обреченным.

Дойдя до деревни, он замедлил шаг, ссутулился, сунул руки в карманы. Стыдно было испытывать страх перед старой ведьмой. И стыдно было признавать, что она годами черной тенью висела над его жизнью, отравляя и, возможно, понемногу сводя всех с ума. Безумие копилось небыстро, и школьные годы Ченя можно было назвать счастливыми и беззаботными. Обыкновенными. А чуть больше года назад отец заговорил вдруг о Невесте. И о старухе. И нельзя было сразу сказать, кого он боится больше.

Первая забрала его жизнь. Вторая хотела получить все, что еще осталось.

– Ты пришел, Чень?

Третий дядя всегда был плохим актером, и у него скверно вышло удивление: дядя надул и без того круглые щеки и выпучил свои глаза. Тонкие, точно нарисованные, усишки встопорщились.

Вдруг вспомнилось, что сыновей Третьего дяди звали Лан и Тао. Один был на год старше Ченя, второй – на два или три моложе. Старые товарищи по играм, с которыми он взбирался в горы и запускал воздушных змеев. Чень не вспоминал о них все эти годы.

– Дядя… – начал он.

– Не серди ее больше, – оборвал его Третий дядя таким тоном, словно знал, о чем Чень хочет сказать.

Чень поморщился, но спорить не стал. Ему и в самом деле не хотелось сердить старуху – с прошлого раза ребра болели. Коротко переведя дух, он шагнул в темный дверной проем.

В Длинном доме все так же пахло благовониями – тяжело и сладко, – и этот аромат успешно маскировал проникающую всюду плесень. В воздухе висел дым. Тревожно было. Казалось, в любую минуту можно ожидать нападения, удара в спину. Ребра заныли. Сразу же некстати вспомнились легкое, нежное прикосновение Лусы и ее полный тревоги взгляд. Этого было достаточно, чтобы Чень почувствовал себя дурно. Он был виноват во всем, что произошло с Лусы, и в том, что еще могло случиться.

– Это ты, мальчик? – послышался из дыма звучный, властный голос. – Подойди.

Старуха предпочла сделать вид, будто ничего не произошло.

– Я здесь, чтобы заключить сделку.

– Не думаю, мальчик, что ты в том положении, чтобы заключать сделки, – ответила старуха сухо и недовольно. – Ты просто должен повиноваться. После всего, что ты устроил этой ночью.

Чень подошел, развеивая перед собой густой дым.

– Всегда есть что обсудить… бабушка.

Лицо старейшины странным образом дрогнуло. И не понять, понравилось ей это обращение или же, наоборот, разозлило.

– Я приму то, чего ты от меня хочешь. Но у меня есть условия.

Старуха медленно его оглядела – точно на части разъяла, – а затем медленно, величественно кивнула:

– Я подумаю над твоим условием.

– Условиями, бабушка, – покачал головой Чень. – Их два. Во-первых, ты оставишь в покое мою сестру. Она не имеет никакого отношения к семье Цин и к Цинтай. Она родилась и выросла в Сиане. Пусть там и остается. Во-вторых, ты отпустишь Бай Лусы… и эту Джэнис тоже. И остальных. Они не представляют для тебя никакой угрозы, и для деревни тоже. Что бы они ни рассказали, им никто не поверит.

– А что они могут рассказать? – очень неприятным тоном спросила старейшина.

Это был тон убийцы, безжалостного убийцы, и от него Чень похолодел.

– Ничего. Они ничего не могут рассказать.

– Тогда и беспокоиться не о чем, – кивнула старейшина и поднялась со своего вычурного кресла. – Идем. В Святилище уже должны были навести порядок. Сперва ты попросишь у Нее прощения.

* * *

– Почему ты ему поверила? – обвиняющий палец ткнулся в нос Лусы. Та отвела в сторону руку Джэнис и пожала плечами:

– Есть разница, поверила я ему или нет?

– Ты идиотка, – вздохнула Джэнис, отступая. – Он нас сдал с потрохами, а ты тут непонятно что устроила. «Ах, ты бедненький-несчастненький, дай я тебя поцелую, и бо-бо пройдет»!

Лусы, не выдержав, рассмеялась:

– Извини, но вот тут ты передергиваешь. Я помогла ему потому, что, очевидно, парня крепко побили и ты еще ему добавила. Это во-первых. А во-вторых, зачем ему нас кому-то «сдавать»? Он мог просто не предлагать пути к бегству, и все. Поддержать местную историю с затоплением тоннеля.

Джэнис сморщила лоб. Ей явно не приходили в голову эти, в общем-то, простые вопросы и соображения. Затем лицо ее прояснилось от неожиданной идеи.

– Может, оно его забавляет?

Лусы хмыкнула:

– Он психопат, по-твоему?

Джэнис пожала плечами:

– Почему бы и нет?

– Я знакома с настоящими психами, – покачала головой Лусы. – Поверь мне, Чень вполне адекватен.

Сейчас она и сама не могла сказать, относит ли к «психам» своих родных со всеми их видениями и себя заодно или же Хо Яна. Хо Яна, пусть о покойных и не говорят плохо, сложно было назвать нормальным.

Лусы приготовила чай и с ногами забралась на лавку. Невнятный травянистый вкус раздражал ее. Сегодня, впрочем, все раздражало. И неудачный побег, и Джэнис с ее идеями, и начавший накрапывать дождик – не по-августовски холодный, – и тревожная тишина за окном. С того места, где она сидела, видно было только лес, серо-зеленый от дождя и тусклого света. Нельзя было точно сказать, караулят ли их по-прежнему или разошлись.

– Деревенские все еще здесь, – сообщила Джэнис. – Сторожат, как бы мы не сбежали. И то, что сказал твой парень, – не совет, а банальная угроза. Когда нас придут убивать, сама все поймешь.

– Зачем им нас убивать? – вздохнула Лусы. – Мы ничего не знаем и никуда не совали свой нос в отличие от, я убеждена, Хо Яна. Так что если они до сих пор этого не сделали…

– Значит, у них на нас другие, более зловещие планы, – пожала плечами Джэнис.

Лусы тут не смогла удержаться от смеха:

– Где ты прежде работала? В издании, рассказывающем о похищениях инопланетянами? Что за зловещий