Охотник за нечистью и Похититель душ - Анастасия Видана Страница 44

– Я не столь немощен, как это кажется со стороны, Хафис, – улыбнулся эймир. Улыбка исказила его лицо.

– Да, мой господин, – поспешно согласился старик и отвел глаза.

– Ты давно не бывал в столице, не гостил во дворце – иначе знал бы, что мне случалось переносить и не такое. Сантаррему не часто доводится воевать, но я всегда сам веду свои войска в бой. Шрамы на моем теле могли бы поведать тебе об этом, – эймир усмехнулся, и Хафис понял, что Заитдан шутит, – но сейчас у нас есть дела поважнее.

Не отводя от эймира обеспокоенных глаз, Рун бесшумно поднялась на ноги и подала ему кубок с каким-то отваром. Заитданн сделал несколько глотков и отрицательно качнул головой – хватит.

– Нам удалось пленить ифринна, – сразу же перешел к делу Хафис, решив не терять времени зря, – но это лишь пол беды. Это могущественный, злобный и весьма мстительный дух. Он раб кольца, это верно, и человек, владеющий перстнем, может повелевать ифринном, однако тот вполне способен обратить все желания своего господина ему во вред. Нам следует быть крайне осторожными!

– Продумаем все возможные варианты. Пока ты охотился за Аблис-Марром, мы с Рун пересмотрели множество древних свитков и постарались собрать все, что известно о Темных Жнецах, Древе Смерти, Магии Тайного Имени – и ифриннах, – эймир кивнул девушке. – Расскажи.

– Темные Жнецы – приспешники Зла. Они подчиняются Богу Смерти и собирают кровавую жатву по слову Его, – с готовностью начала Рун. – Он посылает их за особыми грешниками, нарушающими человеческие и божьи законы: ведьмами и колдунами, владеющими запрещенной магией на крови, детоубийцами… Бывает, что кто-то из Жнецов начинает служить человеку – не простому смертному, но обладающему даром.

– Как такое возможно? – поднял седые брови Хафис.

– Они заключают сделку: Темный Жнец помогает одаренному достигать поставленных целей здесь, на земле, но взамен тот не просто теряет душу – после смерти он становится одним из них.

– Кто на такое пойдет?

– Многие, – ответил вместо нее Заитдан. – Истории известно немало подобных случаев. Армия Жнецов растет: Бог Смерти никогда не останется без приспешников – до тех пор, пока люди не научатся думать о душе и ставить ее превыше земных соблазнов. Что есть богатство, власть, даже любовь женщины по сравнению с посмертными муками?

– Вот именно, однако, так рассуждают не все, – подхватила Рун. – Некоторые наивно полагают, что то, что случится за Гранью, не имеет значения – и продают свою душу.

– Я слыхал, будто бы нашему колдуну служит не один Темный Жнец…

Девушка кивнула:

– Да, это так. Прежде никому не удавалось подобное…

– Ты что-нибудь знаешь об этом?

– Все началось с Магии Тайного Имени. Испокон веков человеку нарекали два имени. Первое нельзя было открывать никому, ибо оно являлось единственным настоящим и связывалось с душой новорожденного. Случайно узнавший его дурной человек мог навредить ребенку – да и взрослому тоже. Сейчас полагают, будто оно призвано защищать от сглаза, а некоторые и вовсе считают обряд нарекания тайного имени данью красивой традиции, но это не так. Кто ведает имя, тот заберет твою душу – вот какова его сила!

– Боги!..

Девушка кивнула:

– Бодрейв – так называет себя колдун – очень долго к этому шел. Выведывал имена одно за другим. Узнаешь тайное имя кого-нибудь из родителей – знаешь и имена детей. Те вырастают, создают собственные семьи – и выведывают имена мужей и жен, открывают колдуну, как нарекли своих детей.

– Он просто бросил в озеро камень, – прошептал пораженный Хафис, – и по воде побежали круги…

– Да. Порабощая людей, Бодрейв постоянно совершенствовал свою магию. Он изучал древние манускрипты, расшифровывал тайные свитки, которые добывали для него порабощенные. Он научился создавать им сопровождающих – вдыхал жизнь в бездушные деревяшки, и окружающие видели в них тех, кого он хотел… Он управлял ими через разум порабощенных, а потому, когда они засыпали, сопровождающие принимали свой истинный облик, но об этом никто не знал: Бодрейв повелевал тщательно прятать их, отходя ко сну. Жнецы ему тогда еще не служили – он мечтал о земном господстве. Но однажды на него вышел охотник за нечистью…

Заитдан повернул голову и взглянул на девушку – эта часть истории была ему неизвестна. Рун отвела глаза.

– Это случилось четыре года назад. Моей малышке был всего годик, и мы знать не знали про Бодрейва. На беду, охотник оказался тот самый…

– Венельд? – уточнил эймир, впервые произнеся это имя. Рун кивнула. Воцарилось молчание.

– Боюсь, мне понадобятся некоторые… разъяснения, – произнес, наконец, Хафис. – Я знаю, кто такие охотники, но что означает «тот самый»?

– Он отец дочери Рун, – ответил за нее Заитдан. – Некогда он решил, что она недостойна его любви, однако оставил ее в живых. Более они не встречались, и о ребенке ему неизвестно.

Старик поднялся с подушки, на которой сидел, и в волнении зашагал из угла в угол, бормоча себе что-то под нос. Заитдан и Рун не спускали с него глаз.

– Но как такое возможно? – воскликнул он, остановившись, и вдруг дернул себя за бороду. – Ответьте же мне! Природе Охотника противна сама мысль о существовании нечисти – прости меня, девочка! Они не в силах не то что любить кого-то из одаренных, но даже щадить их. А вы говорите – ребенок!

– Я не знаю, как это вышло, – прошептала Рун. – Он спас меня от костра, впустив в городок демона. Я тогда и сама не ведала своей силы…

– Ты – нет, но он-то должен был чувствовать!

– Мне кажется, он понял, только когда увидел мои крылья – и тени, – голосок Рун угас, и эймир, дотянувшись, сжал ее руку. Хафис моргнул, не веря своим глазам и ушам. Кто же она такая, эта девушка, надеющаяся излечить эймира и победить могущественного колдуна?

– Рассказывай дальше, – негромко сказал Заитдан, не выпуская ее руки. Рун кивнула и продолжила:

– Его зовут Венельд, и, говорят, до него охотников с таким мощным даром еще не рождалось… А Бодрейв уже настолько развил свои магические способности, что было бы странно, если бы на него не вышел кто-то, подобный Венельду. Если бы он победил тогда, ничего этого не было бы…

– Но победил колдун?

– Нет. Венельд почти уничтожил его. Я слышала об этом с чужих слов, так что не знаю точно, что там произошло, но, когда охотник уходил, он был уверен, что колдун мертв. Так оно и было по сути. Бог Смерти отправил Темного Жнеца за его проклятой душой… Но Бодрейв сумел заключить с ним сделку.

– Это возможно только при жизни! – воскликнул старик, с неудовольствием отмечая, что он сегодня слишком несдержан – особенно для мудреца-отшельника, каковым он являлся.

– Да, – ответила Рун. – И потому Жнец не стал ни о чем договариваться с умершим – он доставил его к своему господину.

– Бог Смерти вернул