Демон, который ошибался - Лайон Спрэг Де Камп Страница 44

– Они влюблены друг в друга, – сказал Шнорри.

– А! Я читал об этом чувстве, когда учился, но сам никогда не был свидетелем подобного феномена, так что не могу его распознать. Это означает, что они теперь поженятся?

Он пожал плечами:

– Откуда мне знать? Мне неизвестно, есть ли у Диодиса жена, а если есть, то позволяют ли законы Цолона иметь вторую. Но осмелюсь предположить, что этот старый морской волк и твоя изящная хозяйка найдут способы согреть одну постель… А теперь нам пора в путь. Если когда-нибудь окажешься в Оттомани, скажи доктору Килусу: я жалею, что не принял его предложения и не занял должность в Академии. Я знаю, что слишком толст, ленив и добродушен, для того чтобы быть вождем кочевников, но боги выбрали для меня эту судьбу.

– Но что же останавливает вас от того, чтобы отправиться в Оттомань и занять предложенный пост?

– Долг перед племенем и верность, будь они прокляты. Ну прощай!

С помощью двух варваров он взобрался в седло, затем махнул рукой войску и поскакал вперед. Наездникихрунтинги чередой устремились за ним, потом мамонты и замыкающая охрана. Шнорри был славным парнем, но мы с радостью смотрели, как удаляется его процессия.

Когда улеглась пыль, поднятая копытами лошадей, адмирал предъявил счет за экспедицию Альгарта и помощь в борьбе с паалуанцами. Джиммон и другие синдики казались ошеломленными, но, будучи испуганными, не осмелились пойти на риск снова и заплатили. Когда они считали деньги под внимательным взглядом адмирала, Роска сказала:

– Все получили свою долю за участие в этом деле, кроме одного человека… я хочу сказать, существа… которому мы обязаны больше всего. Я говорю о своем верном слуге Здиме.

– Клянусь рогами Тио! – воскликнул Джиммон. – Мы и так близки к разорению. Если ты склонна награждать демона, пусть тебя ничего не останавливает.

Она поджала губы с тем выражением, которое у людей означает упрямство:

– Если все делят добычу, то должны так же честно делить и издержки. Разве я не права, Диодис?

– Разрази меня гром! – сказал адмирал. – Это не мое дело, но если ты настаиваешь, дорогая Роска, должен признать, что ты, как всегда, права. Но, возможно, нам следует спросить у мастера Здима, чего хочет он. Не думаю, чтобы он, подобно большинству человеческих существ, жаждет золота и серебра.

– Каков будет твой ответ, Здим? – сказал Джиммон.

– Господа, – произнес я, – я ищу возможности как следует исполнить свои обязанности. Но поскольку вы спрашиваете, чего бы я более всего хотел, то скажу вам, что, подобно большинству других рабов и слуг, желал бы быть свободным. Также я хочу быть отосланным в родную реальность, чтобы иметь возможность отправиться к своей жене и нашим дорогим яйцам. О, кроме того, я был бы очень признателен, если бы вместе со мной были отправлены несколько брусков железа.

Облегчение на лицах синдиков могло бы заставить меня рассмеяться, если бы я умел воспроизводить этот свойственный только людям звук и если бы владел тем, что люди называют чувством юмора.

Ритуал был произведен в пещере доктора Мальдивиуса, под руинами храма Псаана, недалеко от Чемниса. Избежав с помощью магического искусства кавалерии каннибалов, когда они охотились за человеческой плотью, Мальдивиус вернулся в свое прежнее убежище. Когда я прибыл туда, то с удивлением увидел другого человека – согбенного, с седыми волосами.

– Йурог, – воскликнул я, – что вы здесь делаете? Я думал, что вы вернулись в Эллорну с хрунтингами.

– Моя ученик доктора Мальдивиуса. Моя учиться быть великим колдуном.

Мальдивиусу я сказал:

– Разве это не необычно для колдуна преклонных лет – поступать в ученики к другому колдуну, почти не отличающемуся от него возрастом?

– Это не мое дело, демон, – отрезал Мальдивиус. – Йурог делает то, что я ему велю, чего я не мог сказать о тех молодых дурнях, которых пытался учить.

А теперь садись на те бруски в пятиугольник.

Мадам Роска отпустила руку адмирала, чтобы подойти ко мне и поцеловать.

– Прощай, дорогой Здим! – сказала она. – Я вернула Мальдивиусу сапфир в награду за его деяния. Передай мою любовь своей жене и вашим яйцам.

– Благодарю вас, мадам. Я сделаю все, чтобы удовлетворить вашу просьбу.

Диодис добавил:

– Не нужен ли вам, демонам, адмирал для организации флота? Думаю, что однажды мне захочется отправиться на годик в другую реальность.

– Мы не практикуем военное искусство, и у нас нет военного флота. Но корабли у нас есть, – ответил я. – Если возникнет необходимость, сэр, я передам о вашем желании заинтересованным лицам.

Я сел на два двухсотфунтовых[12] слитка железа. Мальдивиус и Йурог начали читать заклинания. Когда окружающее стало тускнеть, я махнул рукой обитателям Первого уровня, которые пришли проводить меня. Я был счастлив, что мог увидеться с ними в конце пребывания здесь. Многие другие, с кем мне пришлось иметь дело, такие как Багардо Великий, Айзор из лесов, Гавиндос, боксер-архон, исчезли из поля зрения, их дальнейшая судьба осталась неизвестной.

Я был рад узнать, что Унгах, человек-обезьяна, пережил войну с каннибалами. Паалуанские часовые увидели его в лагере и ранили в ногу стрелой. Он должен был быть убит, но поднялась буря, вызванная моим появлением в лагере, и Унгах сумел убежать.

Он добрался до границы с Метуро, но его нога начала так болеть, что он не мог больше идти. Он бы, наверное, погиб, если бы не одна местная знахарка, которая взяла его к себе и стала ухаживать за ним. К тому времени, когда он снова обрел способность ходить, вой на была окончена. Тогда он решил остаться у своей спасительницы. Мне сказали, что это на редкость безобразная женщина, но для Унгаха она, без сомнения, выглядела как женская особь его племени, а вообще в подобном деле важно лишь веление сердца.

Настоятель Хвор взглянул на два слитка.

– Почему, черт возьми, люди не прислали с тобой больше? – недовольно фыркнул он.

Я ожидал похвалы и поэтому возмутился.

– Потому что это все, что можно пронести через барьер измерения! – крикнул я. – Если они вам не нравятся, отошлите их обратно.

– Ну-ну, мой дорогой Здим, я не хотел тебя обидеть. Йез будет счастлива тебя увидеть на полгода раньше срока.

– Как поживает наша кладка яиц? – спросил я.

– Как я слышал, большая часть благополучно высижена.

– Тогда я отправляюсь домой!

ПЕТИЦИЯ НАСТОЯТЕЛЮ НИНГА