Дарина – разрушительница заклятий. Призраки мрачного ущелья - Евгений Фронтикович Гаглоев Страница 5

Она уже достигла выхода, когда башня вдруг содрогнулась от сильного удара. Ступеньки дрогнули под ногами, со стен посыпались мелкие камешки и куски штукатурки. Марта выбежала на улицу и задрала голову. В темном небе над крышами замка, прямо над башней миледи Лионеллы, висел небольшой черный дирижабль без опознавательных знаков. На нем не было ни флагов, ни эмблем воздушной флотилии, ничего.

– Что это, госпожа Марта? – забеспокоились рабочие.

– Кто посмел залететь на территорию дворца?

– Они точно не из наших, иначе не стали бы взрывать крышу башни.

К башне Лионеллы по тревоге бежали со всех сторон вооруженные гвардейцы. Марта, недолго думая, извлекла из складок плаща рунный посох и со щелчком раздвинула его. Вскочив верхом, женщина взмыла к верхнему ярусу темной башни.

Увиденное поразило ее. В крыше зияла огромная дыра с обугленными краями. Из кабины черного дирижабля тянулся в пролом тонкий трос. Марта направила посох к открытому окну и спрыгнула на мозаичный пол зала.

Она увидела две одинаковые фигуры в одежде из черной кожи. На головы незнакомцев были наброшены широкие капюшоны, лица скрыты за черными масками. Оба злоумышленника были вооружены рунными посохами.

– Эсселиты! – потрясенно выдохнула Марта. – Назовите себя! Я приказываю!

Один из них стремительно обернулся и бросился к ней, замахиваясь посохом.

Второй закончил обматывать конец троса вокруг бронзового цилиндра с гомункулусами и закрепил на нем абордажный крюк. Затем он вскинул посох и выпустил в небо красную молнию, дав сигнал сообщникам на дирижабле. Трос туго натянулся, и цилиндр тяжело закачался над мозаичным полом.

Марта отбила выпад Эсселита посохом и сразу ударила сама. Ее удар едва не сшиб злодея на пол. Его напарник ринулся на выручку, также вскидывая искрящийся посох.

В Марту полетела извивающаяся желтая молния. Женщина проворно выстрелила в ответ, и две молнии столкнулись в полете. Гулкий взрыв сотряс верхний ярус башни, с крыши на пол зала посыпались куски обугленной черепицы. Тем временем цилиндр с гомункулусами уже миновал пролом и теперь быстро поднимался к зависшему над дворцом дирижаблю.

Один из воров нанес очередной удар, и Марта едва успела его отбить. Второй злодей напал сбоку – ей пришлось отпрыгнуть назад. Наконец она взмахнула посохом, и тот выстрелил молнией. Незнакомцы резко отшатнулись.

На лестнице загрохотали шаги, дверь покоев распахнулась, и в зал ворвались королевские гвардейцы.

– Не двигаться! – закричал начальник стражи, выхватив саблю из ножен.

Но злоумышленники не собирались подчиняться. Один выстрелил в начальника стражи молнией и сбил его с ног. Извивающийся красный хлыст обвился вокруг упавшего и, протащив по полу, вышвырнул его в распахнутое окно.

Начальник стражи с воплем полетел вниз. Громко чертыхнувшись, Марта вскочила на посох и рванулась вслед за ним.

Злодей же метнулся к сундучку Амалии и сунул его под мышку. Грабители молча переглянулись, запрыгнули на свои посохи и выпорхнули сквозь дыру в потолке, унося сундучок с черным шаром.

Марта же вскоре поравнялась с вопящим начальником стражи.

– Давай руку! – крикнула она.

Перепуганный вояка, камнем падающий вниз, мгновенно протянул женщине руку, и она крепко схватила его за запястье. Падение тут же замедлилось, и вскоре оба плавно приземлились на площадь неподалеку от груды переломанной мебели.

– С-спасибо, госпожа п-первый м-министр, – сильно заикаясь, выдохнул начальник стражи. – Я этого не забуду!

Марта молча кивнула и взглянула в темное небо. Бронзовый цилиндр с гомункулусами уже исчез внутри дирижабля. Злодеев в черных костюмах тоже не было видно. Дирижабль, быстро набирая высоту, уносился прочь.

– Д-догоните их? – спросил начальник стражи. – Вы ведь с-сможете…

– Теперь это слишком опасно, – покачала головой Марта. – Бандиты уже внутри дирижабля, мне их не достать. Но если начнут стрелять они, мне самой не поздоровится.

– Что они украли? Это очень ц-ценные вещи?

– Хотела бы я и сама это знать, – расстроенно вздохнула Эсселитка.

Глава третья, в которой Акаций дает урок этикета и друзья возвращаются в Чугунную Голову

Солнечные лучи приятно ласкали кожу и припекали голову, над зеленой равниной дул теплый ветерок. Дарина и кот Акаций, щурясь от яркого солнышка, разглядывали проплывающие мимо живописные окрестности и тихо переговаривались, сидя за рулем самоходной паровой машины из блестящей латуни, больше напоминающей гигантский самовар. Колеса, которые конструктор машины Пигмалион снял когда-то с боевого броневика комендантши Коптильды Гранже, тихо поскрипывали, нисколько не мешая разговору.

С одной стороны дороги раскинулись бескрайние зеленые луга, за которыми едва маячили заснеженные вершины далеких гор. Изредка на глаза путешественникам попадались небольшие фермы с пасущимися за оградой козами и коровами.

По другую сторону дороги блестела зеркальная гладь озера, того самого, на берегу которого Дарина когда-то столкнулась с медведем. В воде отражались кудрявые белоснежные облака, медленно проплывающие высоко над землей.

– Красота какая. – Дарина встряхнула густыми темными волосами. – Все-таки у нас очень живописная природа. Раньше я как-то не обращала на это внимания.

– Немудрено, – согласился кот. – Мы только и делали, что удирали от врагов, чокнутых Эсселитов и их подручных. Дух перевести было некогда! Только вспомни обо всем, что случилось за последние пару месяцев!

– Лучше не вспоминать. А то и рехнуться можно.

– Рехнуться? Что за лексикон! – Возмущенный Акаций упер лапы в толстые черные бока.

– А что не так с моим лексиконом? – не поняла девочка. – Раньше тебя это не слишком беспокоило.

– Так то было раньше. Как там тебя зовут на самом деле? Полианна, дочь бывшего первого королевского министра. Раз уж ты теперь у нас великосветская придворная дама, значит, и разговоривать нужно соответственно, – важно заявил кот. – Слыхала, как во дворце разговаривают все эти напыщенные фрейлины и богатые господа? Вот как надо говорить! А ты? «Рехнуться можно»! Деревенщина.

– Слыхала я, как они разговаривают, но мне ни за что так не научиться. Их-то учили говорить такие же напыщенные мадамы из всяких институтов благородных девиц. А нас – злобная комендантша Коптильда, которая чуть что принималась палить по детям из своих револьверов! Как вспомню, так вздрогну.

– А я на что? – подбоченился Акаций. – Уж что-что, а изысканно выражаться я умею.

Дарина от смеха едва не свалилась с сиденья.

– Изысканности у тебя – как у портового грузчика, – заявила она. – А иногда даже они куда вежливее.

– Да ничего подобного! Вот как надо говорить. – Кот громко откашлялся. – Какая милая погодка, не правда ли, высокоуважаемая госпожа Дарина? – произнес он елейным голоском, подставив щекастую морду солнечным лучам.

– Вы правы, достопочтенный брат Акаций, – давясь от смеха, кивнула девочка. – Путешествовать в такую погоду