Повелители Владений - Дейл Лукас Страница 52

Ферендир хорошо разбирался в тончайших проявлениях эмоций у люминетов, поэтому заметил, как альвов при этих словах прошибла почти видимая глазу дрожь.

— Значит, говорите, слаанешиты? — спросил Сераф.

— Да, — прохрипел Ялгрим. — Не очень большой отряд, всего несколько десятков. Однако их хватило, чтобы застать нас врасплох и разбить в пух и прах. Неизвестно, чего им тут было надо. Конечно, наши изделия и оружие отличаются высоким качеством, но вряд ли они их интересовали… Бегством сумели спастись только мы шестеро. Остальных же…

— Очевидно, — сказала Фальцея, — вы давно отвыкли защищаться, чувствовали себя в сравнительной безопасности и расслабились. Это вас и погубило!

— Такой враг оказался вам не по зубам. Удивительно, что вы вообще умудрились так долго продержаться в чужом краю, который вам не принадлежит, — безапелляционно заявил Сераф.

Ферендир взглянул на дуардинов. Их командиры — Гералла и Ялгрим — гневно сверкали глазами и с трудом сдерживались, чтобы чего-нибудь не наговорить и не лишиться даже той незначительной помощи, которой они заручились. Остальных же дуардинов грубость альвов не тронула: они просто уставились в землю и молчали, во всем полагаясь на командиров.

— Нас застали врасплох, — наконец проговорила Гералла так медленно, словно объясняла тупому ребенку.

— Бдительных застать врасплох нельзя, — ледяным тоном заявил Сераф. — Они ежеминутно просчитывают все возможные ситуации и запасают план действий на случай любой неожиданности.

Ферендир покосился на Дезриэля, а потом на Лувериона, но никто из них не мог уделить должного внимания разгоравшемуся спору: один сосредоточенно зашивал длинный кровавый порез на ноге у Гераллы, другой исцелял магическую рану молодого дуардина. Неужели они позволят Серафу и остальным разговаривать с несчастными подавленными дуардинами в таком тоне?

— Может быть, если бы ваше оружие было получше, — сказал Таурвалон, — или ваши воины более мужественны…

— Как бы то ни было, — добавил Сераф, — потери и унижение — хороший урок вам на будущее. А если повезет, он не станет последним.

— Интересно, какой урок преподали нам? — не выдержал Ферендир.

Не успели эти дерзкие слова сорваться с его губ, как Сераф встал на ноги и произнес:

— Что ты сказал?

Ферендир бесстрашно выпрямился перед бывшим наставником, теперь их разделял только пылающий костер.

— Я спросил, какой урок усвоили мы сами, — спокойным тоном, без горечи, гнева и упрека в голосе, пояснил Ферендир, потому что понял: надменные слова Серафа о злополучных дуардинах с тем же успехом могли быть сказаны о погибших аларитах, которые допустили разорение своего храма. — Разве наших собратьев не застали врасплох? Разве они были готовы отразить нападение? Все они перебиты и уцелели только мы трое!

— Ты сам не знаешь, о чем толкуешь, послушник, — ледяным тоном заявил Сераф и направил палец на Ферендира.

— Он как раз прекрасно знает, о чем толкует. — Дезриэль поднялся с места. — И имеет полное право высказаться, потому что он больше не послушник, а наш товарищ.

Теперь ледяной взгляд упал на Дезриэля. Хотя ярость Серафа и была очевидна всем, кто умел ее распознать, внешне Каменный Страж был совершенно спокоен и говорил не повышая тона.

— Значит, ты решил сейчас занять его сторону? — спросил Сераф.

— Я не выбираю сторон, — ответил Дезриэль. — Речь вообще не об этом. Несколько дней назад, когда наш храм стоял цел и невредим, когда все были еще живы, я, может быть, тоже читал бы этим несчастным дуардинам нотации, как ты, Сераф. Вел бы себя надменно и самоуверенно, не сомневаясь в том, что люминет неизмеримо выше их и со мной такая беда произойти не может… А теперь я вижу, что Ферендир во всем прав. Когда враги напали на храм, там никто не был к этому готов — все погибли. Алариты не были слабы, или неразумны, или даже недостаточно бдительны. Враг просто оказался более коварным и жестоким, чем ожидалось. Он ни перед чем не остановился и не стал накладывать на себя никаких ограничений, на которых зиждется смысл жизни нашего народа. Сдается мне, эти несчастные дуардины пострадали не меньше нашего, и поэтому у нас с ними сейчас гораздо больше общего, чем мы думали раньше.

Сераф молча и угрюмо смотрел на своего старого товарища, потом неодобрительно взглянул на Ферендира и наконец смерил взглядом сбившихся в кучу дуардинов, словно они были нищими попрошайками. Дуардинам он, конечно, показался просто жестоким и равнодушным, но Ферендир хорошо знал своего наставника и мог прочесть у него на лице никому больше не заметную досаду.

Как ни странно, это вдохнуло в молодого аларита решительность и энергию.

В конце концов Сераф снова уселся на место, оперся на рукоять каменного топора, уставился на огонь костра и пробормотал:

— Возможно, я несколько поспешил с оценкой ваших действий и выводами…

Потом он вздохнул, раздраженно взглянул на предводителей дуардинов и добавил:

— Хорошо! Мы поможем вам, чем сможем.

— Ладно, — вставила Меторра, — допустим, эти дуардины все-таки достойны нашей помощи. Да только чем же мы можем им помочь?

— Мы уже помогаем, — сказал Луверион, по-прежнему колдуя над рукой дуардинского юноши.

— Этого недостаточно! — заявил Дезриэль. Он завязал на узел жгут, которым зашил рану на ноге у Гераллы, и посмотрел на удивленную дуардинку. — Отведите нас назад, туда, где произошло нападение.

— Назад?! — поперхнулся Ялгрим. — Вы что, с ума сошли, альвы?!

— Вот тут соглашусь с карликами, — сказала Фальцея. — Мы и так без проблем идем по следу Эзархада — благодаря нашей магии и разрушениям, которые он оставляет за собой. Зачем же нам сейчас помощь этих дуардинов?

— Затем, что с их помощью мы сможем застать Эзархада врасплох, — объяснил Дезриэль.

Он старался говорить убедительно и дружелюбно, но по едва заметной дрожи в его голосе Ферендир понимал, что наставник не до конца уверен в правильности своих решений.

— Скорее всего, слаанешиты задержались у дуардинов, чтобы все разгромить и пополнить запасы провизии. В этом случае они вряд ли ожидают нападения, — добавил Дезриэль.

— А может, они уже ушли! — вставил Таурвалон.

— И это возможно, — сказал Дезриэль. — И все же у нас хороший шанс.

— И вы хотите, чтобы мы вас туда отвели? — мрачно спросил Ялгрим.

— Мы будем вам за это безгранично признательны, — ответил ему Дезриэль.

Поморщившись, дуардин сплюнул на землю.

— Пойми меня правильно, альв, — пробормотал он, — но уж лучше расплавленного золота хлебнуть. Мы вшестером оттуда едва ноги унесли, а ты просишь нас туда вернуться. Нам что, жить надоело?!

— Мы