Александр Мазин - Фаргал. Трон императора Страница 59

— Не торопись! — остановил его Фаргал. — Не искушай Судьбу!

— Ладно! — усмехнулся вождь соктов. — Тогда ставлю десять золотых твоей собственной чеканки, что колдун ничего не сможет!

— Принято! — ответствовал царь. И они хлопнули по рукам.

Глава третья

Люг проиграл. За час до захода явился Мескес и подал царю перстень с прозрачным камнем, выточенным в форме шестигранной пирамиды.

— Надень его на средний палец левой руки! — сказал маг.

Царь с сомнением оглядел перстень.

— Вряд ли он подходит даже для мизинца. Но попробовать можно!

— Мой повелитель! — воскликнул Мескес. — Я сказал: на средний палец!

— Да ты посмотри на мой палец! — воскликнул Фаргал. — Разве это колечко на него налезет?

— Налезет! Надевай! — уверенно сказал маг.

Царь покачал головой, но попытку сделал. И едва черный металл коснулся пальца, колечко растянулось, словно сделанное из упругого шелка, и само скользнуло на палец, удобно облегая третью фалангу.

— Поверни его камнем внутрь и сожми кулак, мой повелитель! — произнес маг.

Фаргал выполнил сказанное, и, когда он разжал руку, внутри камня затеплился красный огонек.

— Сделай так! — Маг, держа перед собой ладонь левой руки, совершил полный оборот.

Царь повторил его действие, и, когда рука оказалась напротив уже зашитого ткачом разреза в стене шатра, камень запылал, как уголь, который овеял порыв ветра.

— Твой враг — там! — не без самодовольства заявил Верховный маг. — И где бы ты ни был, камень укажет путь! А когда ты окажешься рядом с колдуном, камень загорится зеленым!

— Я вознагражу тебя, Мескес! — пообещал Фаргал.

— Благодарю, мой повелитель! Я это заслужил. Но прошу тебя: будь начеку, иначе кто вручит мне награду?

Что ж, он заслужил и право на шутку.

— Государь позволит мне удалиться?

Царь кивнул, и маг поспешно вышел. Фаргал не отрывал глаз от камня, неизменно вспыхивавшего, когда рука оказывалась в нужном направлении.

— Интересно, мне он тоже придется впору? — поинтересовался Люг.

Фаргал удивленно взглянул на сокта.

— Это было бы кстати, — продолжил вождь. — Потому что именно я возглавлю отряд, который приведет тебе колдуна!

— Ты?

Глаза царя, сузившись, уперлись в темные глаза Люга.

— Перстень-то — на мне!

— Так сними его! — предложил сокт. — Ты полагаешь, что я хуже тебя разбираюсь в колдовстве?

Или что мой меч выпотрошил меньше нечисти? Может быть, твоя армия станет повиноваться мне, если тебя превратят в паука?

— Меня не так просто превратить в паука! — возразил Фаргал.

Но взялся за перстень: вождь был прав.

Однако волшебное кольцо решило по-своему. Оно словно вросло в палец царя.

— Проклятый чародей! — возмутился Люг. То-то он так поспешно удрал! Я пошлю за ним!

— Постой! — Фаргал схватил его за руку. — Не думаю, что он дал его мне по собственной прихоти! Но скажу тебе в утешение: ты пойдешь со мной! Ты и я! Неплохая компания, верно?

— Отвратительная!

Сокт, упрямо наклонив голову, исподлобья уставился на своего друга.

«Настоящий бык!» — подумал Фаргал с удовольствием, глядя на этот мощный выпуклый лоб и широченные плечи.

— Две сотни Алых! — заявил Люг. — Вот что я считаю хорошей компанией для подобного дела! И прихватим твоего Верховного ловкача! А то и всех троих: пусть отрабатывают жалованье!

— Мескес и так хорошо потрудился! — возразил Фаргал. — И будь у него чувство, что может пригодиться, он сказал бы!

— Хрен! Когда доходит до драки, твои маги всегда норовят пристроиться за чужими спинами!

— Мы пойдем вдвоем! — твердо сказал Фаргал.

— Ашшур! — воскликнул возмущенный сокт. — Как только где-то впереди распахнется особенно омерзительная пасть, так царь Фаргал непременно должен первым запихнуть туда коронованную голову!

— Успокойся, вождь! — рассмеялся Фаргал. — Ты ведь знаешь: в этом деле надо двигаться очень тихо, а рубить очень быстро!

— Ну чем не хороши твои Алые? — просительным тоном произнес сокт. — Чем плох отряд Шотара?

— Хорош, — согласился Фаргал. — Хорош, но — недостаточно! Кроме, разве что, самого Шотара! Ладно! Ради тебя! Возьмем капитана третьим!

— Разорви тебя тысячу демонов, царь! — прорычал сокт. — Ты просто хочешь подраться!

— Не без того! — согласился тот. — Я получаю особенное удовольствие, когда мой собственный меч проливает кровь во имя славной Карнагрии! Не забудь, тварь искала именно меня!

— И ты решил облегчить задачу тому, кто ее послал! — проворчал Люг, смирившись.

Хорошо хоть согласился взять его и Шотара!

В розовой глубине Камня Великой Диадемы Аша вспыхнул зеленый треугольник. Носитель Диадемы покрепче сжал руками выточенные из черного агата подлокотники трона. Свет Камня пожелтел, а зеленый треугольник, уменьшившись, отступил вглубь и медленно повернулся. Теперь смотревшему извне (если б нашелся такой) увиделось бы, что не треугольник это, а пирамида с квадратом в основании. Сейчас пирамида опускалась вершиной наружу, одновременно оборачиваясь вокруг центральной оси. Вращение это постепенно набирало быстроту.

Пальцы мага побелели. Лицо выражало крайнее, экстатическое напряжение. Зеленая пирамида в глубине камня слилась в пульсирующий круг: зрачок магического Глаза.

Длинные светлые волосы сидящего на троне поднялись, вздыбились, окружив его голову потрескивающим ореолом. И тут же сухое лицо мага расслабилось, губы разжались, выпустив воздух… Ослепительный луч ударил в пространство перед ним, раздался громкий хлопок, и зеленый Глаз Аша закрылся, оставив в воздухе пещеры расширяющееся облако желтого тумана.

Увенчанный Диадемой спокойно наблюдал, как пятно в двенадцати локтях от него густеет, наливается плотью и, наконец, обращается в человеческое существо.

Зеленый туман исчез. Человек упал на четвереньки, затряс головой, торопливо проговаривая охранительные слова…

— Во имя пробуждения Мудрого! — отчетливо произнес увенчанный Диадемой.

— Да будет! — привычно отозвался стоящий на четвереньках, поднял глаза, и лицо его исказилось.

Словно не собрата по вере увидел он, а злейшего врага. Собственно, так оно и было.

Сообразив, в какой он позе, перенесенный вскочил на ноги. Был он темен кожей, как табит или сокт, но не принадлежал ни к табитам, ни, разумеется, к соктам.

Горящие глаза с ненавистью и страхом взирали на старшего собрата.

— Ты нужен Мудрому! — объявил сидящий на троне.

— Скажи лучше — тебе! — выкрикнул жрец.