Ник Перумов - Адамант Хенны Страница 103

Разом протрезвев, со всех сторон бежали новые и новые стражники. Трое эльфов метнули им навстречу стрелы, но толпу это не остановило. У отважных спасителей оставались считаные секунды, чтобы самим не стать добычей… и они использовали их. Свалив своего противника, Форве занёс меч над головой, замер, словно окаменев, – и внезапно с силой рубанул по деревянной решётке. Отливающий серым меч пронёсся сквозь толстые деревянные брусья, как сквозь пустое пространство; обломки решётки рухнули вниз, откуда тотчас же донёсся недовольный голос Малыша:

– Эй, вы, там, поосторожнее! Щепки мне за шиворот сыплются!

Следом за разрубленными брусьями в яму полетели верёвки с петлями на конце, и Фолко, схватившись с очередным тарегом, что было мочи крикнул товарищам:

– Давайте все вверх! Лезьте сами, тут у нас драка!

Над краем ямы появилась голова Санделло. И Фолко, увидав физиономию горбуна, невольно вздрогнул – казалось, к лицу приросла маска самой Смерти. Не говоря ни слова, старый мечник подхватил валявшийся под ногами клинок – и первый же его выпад стоил жизни одному из нападавших.

«И всё же это западня», – с внезапной безнадёжностью подумал Фолко, в очередной раз с трудом уклоняясь от свистнувшего рядом лезвия. Здешние мечи едва ли смогли разрубить или проткнуть его броню, но сила ударов была такова, что запросто снесла бы хоббита с ног, несмотря на всю его ловкость. Со всех сторон к яме бежали и бежали воины Хенны. Ясно было, что против такой армады долго не продержаться.

«И Хенне был вовсе не нужен никакой Адамант…» – мельком подумал хоббит.

Следом за Санделло показался Торин, за ним – Малыш, потом разом – Тубала и Рагнур. Фарнак с Вингетором вылезли последними.

– На прорыв! – взмахнул рукой Форве. Высокая ограда давала кое-какие преимущества Фолко и его спутникам. Но вокруг уже сбилась плотная масса врагов; с разных сторон подходили всё новые и новые отряды, в причудливых шлемах и панцирях, с большими луками… Ловушка захлопнулась: горстка бойцов едва ли смогла бы прорваться сквозь вражьи ряды – тут уже собралось не меньше тысячи тарегов и воинов иных племён. Правда, из-за скученности они мешали друг другу, и лучники не могли как следует прицелиться – хотя несколько стрел всё же мелькнуло над головой хоббита.

– На прорыв! – повторил Форве. И тут, опередив всех, вперёд ринулась Тубала. Казалось, из мрачных преисподен Моргота на волю вырвалось неведомое чудовище, достойная подруга Кархарота. В каждой руке у Тубалы было по кривому мечу; воздух вокруг неё стонал – с такой безумной быстротой крутились клинки. Глаз не мог различить их движение; враги невольно раздались в стороны. А девушка шла вперёд, оставляя за собой настоящую кровавую просеку. Её мечи рубили железо панцирей и сталь клинков, отшибали нацеленные в неё стрелы, сносили головы и надвое разваливали тела попавшихся ей на пути.

Следом за Тубалой бросился Санделло, за ним – Фолко; наспех выстроив клин, они ударили – и мир исчез в сплошной круговерти кровавой сечи.

Однако Тубале не хватило сил. Она почти проложила себе дорогу на волю – но вот ноги её внезапно подогнулись, и Санделло едва успел прикрыть девушку. Кто-то из эльфов – Фолко не разглядел, кто именно, – держа меч в правой руке, левой подхватил обессилевшую воительницу.

Сообразив наконец, что к чему, тареги, чернокожие, перьерукие спешили расступиться перед страшными бойцами. Из задних рядов полетели копья и дротики, свистнули стрелы. Одна зацепила Фарнака; заскрежетал зубами Рагнур, ломая впившееся в плечо древко…

Кажется, Смерть приняла друзей в ледяные объятия. Сейчас, сейчас, ещё немного – и лучники сделают своё дело. Фолко, конечно, облачён в мифрил – но едва ли это поможет. Всё пропало?..

«Нет! Пока я ещё не расстался с жизнью!»

Длинный выпад, и острый клинок вонзается очередному врагу в горло чуть повыше кованой кирасы…

Бой продолжался. Безнадёжный бой.

Серый не прятался. Выпрямившись, гордо подняв голову, он шёл прямо на часового. Тот предостерегающе крикнул и вскинул копьё, направляя остриё в грудь нежданного пришлеца. Серый остановился. Жмурясь, точно от яркого, бьющего в глаза света, поднял левую руку ко лбу, как будто хотел что-то вспомнить… и внезапно заговорил по-харадски. Заговорил медленно, с запинкой, словно с трудом извлекая из памяти слова.

Часовой вздрогнул и замахнулся копьём. От соседних шатров к ним уже бежали несколько воинов. Серый вновь что-то сказал, обращаясь к дозорному, – и внезапно тот, словно лунатик, поднял копьё и встал рядом с Серым. Трое стражников, что торопились к ним, разинули рты. Серый обернулся к оторопевшим бойцам. Даже в слабом, едва-едва пробивающемся из-за туч лунном свете Эовин видела, что лицо её спутника всё блестит от пота. Прежним негромким голосом Серый обратился к нелепо застывшей троице. Но на сей раз что-то пошло не так, и один из стражников, потеряв голову от страха, просто метнул копьё. Но ещё быстрее оказался тот воин, что уже стоял, замерев, точно деревянный, подле Серого. С небывалой для человека быстротой он развернулся, собой закрывая своего нового хозяина, и тоже пустил копьё. Миг спустя двое тарегов упали замертво; а Серый, скривившись, словно от сильной зубной боли, одним стремительным движением выбросил вперёд меч. Тарег упал с пронзённой грудью; последний бросился наутёк. Серый не стал гнаться за ним. Вместо этого он неожиданно склонился над закрывшим его человеком. С губ сорвался скорбный вздох. Ладонь осторожно опустила веки погибшего.

– Этого я не хотел… – услыхала девушка смятенное бормотание. – Эовин! Пошли дальше. Эта штука ещё страшнее, чем я думал… – вдруг добавил Серый.

Они вступили в лагерь. Сбежавшего часового то ли парализовал ужас, то ли ещё почему – но никто не торопился бить тревогу. Вернее, тревожные сигналы прозвучали – но на противоположном конце лагеря. Эовин заметила удивлённо поднятые брови Серого.

– Кто бы это мог быть? Ладно, идём дальше…

В лагере тем временем нарастала неразбериха. От шатров и костров к северной окраине, бряцая оружием, бежали воины. На Серого и Эовин никто не обращал внимания, словно чья-то воля гнала бойцов туда, где они были нужны, и озираться по сторонам на этом пути им не полагалось…

– Нам сюда! – Серый резко свернул к золотому шатру.

Здесь, словно в пику творящемуся в лагере хаосу, царил идеальный порядок. Всё так же горели два костра перед входом в шатёр Хенны, всё так же стояло тройное оцепление лучников и копейщиков вокруг обиталища Божественного. На площадке перед шатром не было ни души, спешащие по зову труб и барабанов воины старательно огибали шатёр повелителя стороной.