Ник Перумов - Адамант Хенны Страница 135

В молчании миновали они и великий Тирион. Миновали, так и не встретив на пути ни одной живой души. Всё словно вымерло в благословенном Валиноре, но хоббита не покидало ощущение, что за ним неотрывно следит чей-то пристальный взгляд.

«А что бы я сделал, окажись вдруг передо мной Бильбо? Или Фродо? – гадал Фолко. – Если бы они вдруг попросили меня отдать им Адамант?..»

Вопрос остался без ответа.

Проход Калакирии кончился. Чёрные стены гор отступили, взорам путешественников предстали зелёные холмы и равнины Валинора. Но не дано перу смертного описать их красоту и величие. Не дано смертному словами изложить то, что чувствовали друзья, глядя на сверкающую и величественную вершину Таникветила, на горы, что скрывали роскошь Валимара…

Грозный Эзеллохар они миновали в трепете и молчании. А солнце всё никак не могло подняться над горизонтом, и казалось, что всё ещё продолжается день третьего марта, когда «Скопа» покинула Харадский берег…

Обогнув Валимар, они шли всё дальше и дальше, не нуждаясь ни в сне, ни в пище, ни в питье. Шли в молчании – даже неугомонный Малыш притих. Молчал и Дух Познания, и Валары молчали тоже.

И сами Залы Мандоса миновали они – но не остановились. И дворец Ниенны, Матери Скорбей, – тоже. И остановились лишь на Последнем берегу.

Пусто и тоскливо было здесь. Совсем не походила земля этих краев на радостный, счастливый Валинор. Впрочем, счастливый ли?.. Ваниар, Прекрасные эльфы – чему посвящены были тысячелетия их пребывания у престола Манве? Собиранию знаний? Но лежащие под спудом – не обесцениваются ли они, никому не принося пользы?..

Так думал хоббит, стоя возле печальных волн Последнего моря.

– Ну и где же эта ваша Дверь? – нарушил тягостную, невыносимую тишину Малыш.

– Терпение, – раздалось в ответ. Орлангур расправлял крылья. Золотая чешуя грозно сверкала. – Терпение. Нас пропустили до самого края… без драки. Быть может, всё ещё обойдётся. Мне не дано провидеть будущее здесь.

…Никто не заметил, как на вершине недальнего холма, обрывавшегося к берегу крутым откосом, появилась высокая, исполненная величия фигура. Зазвучал голос – и Фолко ощутил, как его охватывает трепет, такие сила и мощь чувствовались в нём.

– Я, Фионве, герольд Великого Манве, говорю вам – именующий себя Духом Познания да проследует к Эзеллохару! Остальные да ожидают здесь.

– Кратко и выразительно. – Саруман храбрился, но от взора хоббита не укрылась его дрожь. Эовин, не стесняясь уже никого и ничего, подошла к Фолко, обняла, прижалась… Глаза её были закрыты. Губы безостановочно шептали… что? Молитву или проклятие?

Золотой Дракон одним движением взмыл в небо.

– Ждите меня! И… надейтесь!

Олмер застонал и пошевелился. Санделло и Оэсси кинулись к нему, однако Злой Стрелок неожиданно оттолкнул их. Лицо его исказилось от боли – однако он поднялся. Чёрный меч грозно сверкал в руке. Нетвёрдыми шагами он направился к хоббиту.

– Мы… мы… в Валиноре? – прохрипел Король-без-Королевства.

– Да, – ответил Фолко, не опуская взгляда.

– Почему… почему же ничего не горит?!

– Мы прошли мирно.

– Мирно?! Это же западня! Используй Адамант, Фолко! Надо открыть Дверь, пока Орлангур удерживает Валаров!

Олмер был поистине страшен. Чёрный меч плясал в его руке, словно отыскивая жертву.

– Но нас пропустили! – воспротивился хоббит. – Мы не можем напасть первыми!

– Тогда они нападут на нас. – Олмер обессиленно закрыл глаза.

И тут из-за скрывавших Валимар высоких гор внезапно докатился первый громовой раскат. За ним второй, третий, четвёртый… А потом к девственно-чистым небесам рванулся жирный, чёрный столб дыма. Вздрогнула земля, недальний холм рассекла трещина.

– Началось, – прошептал Саруман. – Ну что ж, мы ещё посмотрим, способен ли я на что-нибудь, кроме как задирать лапу у забора! – И он принялся засучивать рукава, словно деревенский драчун.

– Открывай Дверь, Фолко! – прорычал Олмер. – Остальные, в круг! Надо дать ему время! Быстрее! Ломай её, Фолко!

Громовые раскаты гремели всё чаще и чаще. Столб дыма стал едва ли не шире самого кольца гор. И над их вершинами поднялась бледная аура странного пламени.

– В круг! – хрипел Олмер, чуть ли не силой расталкивая опешивших соратников по местам. И – успел в последнюю минуту.

Кто знает, как задумывали Валары это сражение. Наверное, полагали они, Золотой Дракон станет лёгкой добычей, а со всеми его спутниками играючи справится любой Майа!

Но всё случилось не так. Фолко не видел Битвы Сил, но по тому, как дрожала земля и оползали холмы, раскалываясь на глыбы, по тому, как тьма заволакивала солнце, он понял – у Валаров не получилось лёгкой прогулки. И вместо Майаров взорам хоббита и его спутников предстали блистающие шеренги эльфов.

Прославленные воители надвигались молча. В серебряных доспехах, с гордыми гербами и девизами на щитах – щитах, что видели, наверное, конец ратей самого Моргота в дни Войны Гнева…

Хоббиту казалось, что он узнаёт их – по описаниям в книге Бильбо. Все великие герои минувших Эпох, герои сражений с Морготом и Сауроном явились сюда потребовать от дерзких пришельцев сокровище.

Саруман громко, издевательски засмеялся.

– А, и ты тоже здесь, мастер Кэрдан! Что привело тебя сюда? Разве в твои годы участвуют в баталиях?

Ответом было молчание. Фолко заметил, что, хотя землетрясение немилосердно крошило и рушило всё, вокруг отряда сохранялся островок спокойствия. В этом-то островке и стояли сейчас прижавшие спутников хоббита к морю эльфы.

Олмер вышел вперёд.

– Ба! – глумливо усмехнулся он. – Сколько знакомых лиц!.. Ну что ж, мои почтенные, начинайте! Начинайте, и мы посмотрим, на сколько вас хватит!

Ему никто не ответил. Из эльфийских рядов свистнула меткая стрела, но, не долетев нескольких шагов до Короля-без-Королевства, бессильно упала наземь. Олмер вновь усмехнулся:

– А вот это у вас едва ли получится.

Однако Фолко видел – по затылку Злого Стрелка струилась кровь. Он без остатка использовал все силы, отпущенные ему, выигрывая время…

Хоббит сорвал покрывавшие Адамант тряпицы, до рези в глазах вглядываясь в неистовое сияние. Он попытался представить себе Дверь Ночи. Представить, как раскалывается купол серых небес и чёрные волны Таящегося за Пределом устремляются к нему, подхватывают – и несут… всё дальше и дальше, к краю Великой Ночи…

Жар обжигал лицо. Адамант светился всё ярче и ярче; хоббит уже ничего не видел, кроме яростного сияния, он тонул в его жёстоких, обжигающих лучах…

А вокруг грохотало всё сильнее и сильнее. Рассвет сменялся глубокой ночью. Там, у Эзеллохара, шёл великий, невиданный ещё в Арде бой, и схлестнувшиеся между собой Силы терзали плоть Мира, обращая его в Ничто своей мощью. Столбы пламени поднялись уже много выше гор, да и сами горы заметно оплывали, оползали, словно неистовый огонь пожирал их корни. Смутные гигантские тени угадывались в дыму, белые молнии пронзали мрак, а в самом сердце тучи мелькала стремительная золотая искра, горящая словно настоящее маленькое солнце, и даже ещё ярче.