Ник Перумов - Адамант Хенны Страница 80

Они бежали со всех сторон – кто-то даже вломился в кусты, с яростью рубя их саблей, точно злейших врагов. Человек семь одновременно оказались возле Серого и Эовин.

Девушку учили сражаться. И потому первый нацеленный в неё выпад Эовин отвела, ловко отскочив в сторону. Кольчужная рубаха промахнувшегося воина спускалась до колен, но поножей он не носил. Эовин изо всей силы рубанула по ногам. Рубанула и повела клинок на себя, как учили… Враг истошно заорал от боли, падая навзничь.

А Серый уже вовсю крутил свой длинный меч. Клинок ломал тонкие сабли, точно бревно – тростинки. Но даже оставшись с бесполезными обрубками, воины Хенны не отступали, и тогда меч разил – безжалостно, беспощадно, насмерть, вспарывая кольчуги и снося головы… Пятеро нападавших погибли прежде, чем успели понять, что происходит.

Любого другого врага подобное бы заставило остановиться, отступить, взяться за луки и спокойно прикончить чересчур умелого мечника. Но не этих несчастных. Они нападали, пытаясь свалить Серого голыми руками.

Человечек в коричневом вновь встал в стременах. Теперь он вопил безостановочно, вернее, визжал, точно свинья под ножом. Лицо Серого, и без того залитое потом, исказилось от боли – но рубить он не перестал.

Эовин оказалась оттёртой в сторону. О ней все забыли – только бился и грыз землю раненный девушкой враг. А смертоносное оружие Серого всё разило и разило, прорубая шлемы, отсекая руки… Вся земля вокруг была залита кровью. Последнего из нападавших Серый развалил надвое страшным ударом сверху.

Уцелевший человечек в коричневом тотчас повернул коня и, хлестнув его, поскакал прочь.

– Уф-ф-ф… – Серый устало опустился на землю. – Ты цела?

– Цела…

– Испугалась?

– Ага… Ужасно… – Эовин покраснела от стыда.

– Разве ж правда постыдной бывает? – негромко заметил Серый, медленными движениями стирая кровь с клинка. – Вставай, пошли. Коней хорошо б поймать… да кольчуг целых поискать. Я там, кажется, кой-кому просто головы снёс…

Некоторое время спустя двое облачённых в кольчужные рубахи странников отправились дальше. У Эовин полы кольчуги доходили мало что не до пят – но Серый настоял.

– От случайной стрелы защитит. Если же в упор – то и кованые латы не уберегут… Ладно, поедем Судьбе навстречу. Чувствую, недолго нам осталось странствовать… Едем!

– А что это за странные люди? И кто этот в коричневом?

– Кто здесь живёт, я не знаю, – покачал головой Серый. – И клич «Хенна!» слышу впервые. Но… видать, в нём сильные чары! Меня едва надвое не разорвало, как его услыхал… И свет… по глазам… яркий-яркий, ослепительный… Ух! Насилу выдержал…

Эовин направила коня ближе.

– С-серый… скажи мне… скажи правду… Ты – колдун, я знаю… но… может… ты не нашего рода? Не людского?

– Не людского? Чушь! – вдруг рассердился Серый, глаза его полыхнули яростью. – А какого же ещё? Эльфийского, что ли?

– Перворождённые владеют могучей магией, говорили в Рохане…

– Разве я на эльфа похож?

– Колдовством можно сменить облик…

– Ерунда! – Серый злился всё сильнее и сильнее. – Нашла с кем сравнить! Я человек! Понятно?

– Но ты владеешь Силой…

– Вот это я и хочу узнать – что это за такая Сила! – прорычал Серый. – Откуда взялась и чего хочет!.. А теперь хватит пустых разговоров! Надо убираться отсюда, и поживей!

Это была славная погоня. Почти десять дней не менее трёх сотен всадников преследовали Тубалу и Санделло по пятам. Здесь, во владениях загадочного Хенны, приказы выполнялись четко и без промедлений. Стражники с пограничного рубежа, верно, быстро доложили куда следует, и с юга подтянулись подкрепления. К конным отрядам присоединились пешие; кольцо неумолимо сжималось.

Местность тут была дика и необитаема. Горбуну и воительнице приходилось всё туже и туже подтягивать пояса – преследователи висели на плечах. Тут не до охоты! Санделло лишь изредка удавалось подстрелить какую-нибудь съедобную тварь.

Первой не выдержала Тубала:

– Сколько можно бегать, как зайцы?! Устроим засаду. Покажем этим мерзавцам, как гоняться за нами! Если ты против – я сделаю это одна! Сила моя возросла…

Санделло внезапно прищурился.

– Так что теперь я могу куда больше, чем раньше! Я уложу их целую сотню!

– А сто первый уложит тебя, – невозмутимо заметил Санделло.

– Это вряд ли!

– Не беспокойся, уложит. И быстрее, чем ты думаешь. Ты ловко крутишь меч, не спорю, – но уложить сотню никому не под силу. Ты не справишься даже с тремя десятками. Разве я не видел, что к концу боя у тебя совсем не осталось сил? Ещё немного, и ты бы не выдержала…

Покраснев до корней волос, Тубала прошипела что-то неопределённо-яростное.

– Поэтому слушай меня. – Санделло говорил спокойно и уверенно, словно за плечами его следовал целый конный отряд в добрую тысячу сабель. – И не спорь, если не хочешь раньше времени отправиться за Двери Ночи!

Солнце уже клонилось к закату. Путь Тубале и Санделло преградила очередная глубокая долина, пролёгшая меж отрогами хребта. Предстояло спуститься по склону, поросшему редким кустарником. Горбун внезапно поднял руку.

– Стой! – еле слышно приказал он. – Они там.

– С чего ты взял? – тут же заспорила воительница.

– Говорю тебе, они там!

– Тебе это подсказывает Талисман, который ты носишь невесть по какому праву?

– Наверное, прав у меня побольше, чем у тебя! – отрезал горбун. – А если будешь спорить – он точно достанется тем, кто гонится за нами!

– Что ж ты предлагаешь? – подбоченилась Тубала.

– Сворачивать, – коротко бросил старый мечник.

– Куда?

– На юг. Другого выхода нет. Ты полезешь на ту сторону под стрелы?

– Отобью! – самоуверенно бросила Тубала.

– И коню предназначенные – тоже? – Санделло был очень терпелив.

Тубала промолчала.

– Тебя не остужать – давно бы голову потеряла, – наставительно заметил Санделло.

Горбун постоял, прищурившись, высматривая что-то в зарослях на противоположной стороне долины. Потом спокойно снял с плеча лук, наложил тяжёлую стрелу с узким гранёным наконечником, каким пробивают доспехи, вскинул оружие и, почти не целясь, отпустил тетиву.

То ли солнце блеснуло на броне кого-то из поимщиков, то ли шевельнулась некстати ветка, выдав неосторожное движение, – так или иначе, с треском ломая ветви, по склону покатилось пробитое навылет тело. С такого расстояния хазгский лук разил наповал.

– Теперь поняла? – Санделло резко повернул коня.

– Хен-на! Хен-на! Хен-на-а! – истошно завопил кто-то невидимый, и вниз по склону тотчас бросились десятки людей – и в том числе перьерукие. Тубала, зловеще оскалив зубы, вырвала из чехла своё двуручное чудовище.