Синтопия. Код спасения - Юрий Чегодаев Страница 29

— Так какой план? — подключившись к диалогу

спросил отец.

— Я думаю, его костюм позволяет ему перемещаться вне ваших комнат управления. Правда я не закладывал в него функции перемещения… Вероятно, это доработки человека, использующего его, — проинформировал нас Арло.

— Получается, что план один. Мы жмем на кнопку, ждем, когда явится Алексей, пытаемся стянуть костюм с него любыми способами, а после импровизируем! — сказал я.

— Ты правда считаешь разумным ставить жизни на кон импровизации? — возмущенно спросил отец.

— Отец. Оглянись вокруг… Разве это жизнь? Ты и дальше хочешь питаться этими отходами и прогуливаться, глядя на бетонные стены? Нас трое, он один. Мы справимся. Заманим его в ловушку. Я могу спрятаться за столом, а вы отвлечете его в тот момент, когда я прыгну на него сзади и попробую стянуть костюм. Хороший план?

— Максимально дерьмовый, я тебе скажу. Но ты прав, тянуть больше не стоит.

Мы зашли в пустую приемную и, покопавшись в бумагах на столе Ворга, наконец нашли маленькую круглую красную кнопку. Заняв свои позиции и нажав на нее, я услышал не слишком громкий звонкий звук. Словно капля воды, упавшая в лужу подвала.

— Выходи Артем, это глупо, — сказал Алексей, глядя на меня через стол. — Здравствуй, Миша… Так чем обязан?

Позади него вновь стояла напарница. Она не снимала верхнюю часть костюма, в отличие от Алексея, и словно его телохранитель, настороженно наблюдала за всеми нашими движениями.

— Поговорим? — с улыбкой спросил я.

— Если бы я этого не хотел, вы бы меня не увидели, — ответил он.

— Я предлагаю сделку. Отдаю тебе Викторию, ты даруешь нам свободу на земле. Устроит?

— Очень интересно. И как же ты хочешь достать ее из себя? Ха-ха, вам что это Ворг рассказал? — довольно искренне и громко рассмеялся Алексей. — Уууух, насмешили, аж прослезился. Я сказал ему это, Артем, лишь для того, чтобы твое присутствие здесь не было райским. Ну то, что этот дебил поверил, еще ладно. Но вы… Умора, конечно…

Я понимал, что фактор неожиданности не оправдал себя. Выходит, нам осталось только импровизировать.

— Виктория? Что предложишь? — начал я в своей голове.

— Его костюм довольно прочен, предполагаю, что в закрытом состоянии он представляет собой кольчугу, когда-то столь популярную среди рыцарей. Ты можешь попробовать стянуть ее за край возле задних шейных позвонков, пока он открыт, разумеется. Но как только он закроется, я не вижу доступных вариантов.

Подозрительно посмотрев на меня, Алексей продолжил говорить, обращаясь к отцу, но сам перевел взгляд на замершего возле стены Арло и с отвращением отвернулся от него.

— Ну что, Миш? Как дела? Как живется? Я слышал, ты добился неких высот здесь. Человеком уважаемым стал. Не думал, что стать уважаемым человеком на Земле было бы лучше? Всего лишь сидел бы да молчал. Вселенная в своем роде становилась бы чище. Нет же. Праваааа… Свобоооодыыы… Дурак!

— По крайней мере моя совесть чиста, и я не отправляю людей гнить только из за того, что они лучше тебя, — ответил ему отец.

— Ты знаешь, — молниеносно подскочив и взяв его рукой за шею, начал Алексей, — после таких заявлений ты жив только потому, что моя дочь сейчас рядом, — сказал он ему шепотом. К слову, ребята, вы нас утомили. Пойдем мы. И так на вас целый месяц убили, — посмотрев на руку, дополнил он.

В этот момент я понимал, что наш единственный шанс ускользает, и нужно что-то решать.

— Нервные волокна так же извлекаемы! — почти крича, сказал я ему в спину.

— А знаешь, ты прав. Ты хочешь, чтобы я их из тебя достал? Да пожалуйста, начинай, — приняв вызов, мой дуэлянт встал на изготовку с вытянутыми кулаками.

— Виктория! Нам нужен план! — начал я в своей голове.

— План все тот же, попробуй стянуть с него костюм. Как и говорил Арло, это похоже на единственное решение проблемы. И о том, что у него открыта голова, я также говорила. Он такой же человек, который при сильных ударах может потерять сознание. Я попробую помочь тебе, если появится возможность.

Ринувшись вперед с сжатым кулаком, я замахнулся, что есть сил и уже было достал до его лица, как Алексей растворился. По инерции я влетел в бетонную стену комнаты напротив.

— Мне кажется, ты чуть-чуть промахнулся, — раздался голос позади меня. — Попробуй бить в лицо, а не в стену, — сказал он.

Алексей уже стоял возле стола и злорадно улыбался. Я вновь набрал скорость и, имитируя удар кулаком по лицу, со всей силы замахнулся ногой ему в живот. Но и это оказалось безрезультатным, он даже не шелохнулся, а моя нога сложилась пополам, вследствие чего я упал на одно колено.

— Артем, у тебя перелом, — прозвучал голос Виктории. — Я понимаю абсурдность моих рекомендаций, но для восстановления тебе нужен минимум шестичасовой покой.

— Не сейчас, — сказал я ей.

Дичайшая злость одолевала меня. Я понимал, что мне не победить его, пока он в этом костюме, но снять его было невозможно. Он читал мой каждый шаг и каждый удар. И даже насмехался над моими действиями.

— Ну что? — с улыбкой на лице спросил он. — Теперь моя очередь?

Этот удар по моему лицу словно выбил из меня душу, которая на секунду покинула мое тело и после небольшой паузы вернулась обратно. Второй удар был еще сильнее, будто человек, сидящий в скоростном поезде, бросил кувалду в окно, а я лишь любезно подставил щеку. Отсутствие боли помогало мне, но от головокружений и осознания ситуации, которая близилась к самому печальному исходу, это избавить не могло. Я чувствовал, как моя челюсть разлетелась на маленькие кусочки, а глаза наливались кровью.

Все это продолжалось около минуты, после чего Алексей приподнял меня одной рукой и со словом «Ничтожество» отпустил на пол, после чего расплывшись по нему, словно опрокинутый стакан молока, я не мог больше пошевелиться. Я не чувствовал свое тело и сделать ничего не мог. Чего уж там, даже дышать мне было сложно.

Я увидел панику в глазах отца, который, словно бешеный кот, бежал в последнюю схватку с медведем. А вслед за отцом от отчаяния ринулся в атаку Арло. Алексей лишь оттолкнул их двоих одним резким движением руки. Отец упал на пол, а Арло, ударившись головой о стену, судя по всему потерял сознание.

— А вы куда? — с улыбкой спросил Алексей. — Ладно этот, с Викторией. А тут что? Ученый и… ученый, надо полагать? Фиолетовый,