Главная проблема космического босса - Ксения Хоши Страница 3

Переводит на меня цепкий взгляд.

— Слушаю? — чеканит в динамик.

Слегка хмурится, слушая собеседника. Молчит. Смотрит всё так же на меня. Пригвождает к креслу взглядом, как энтомолог бабочку иглою. От этого взгляда дрожь только усиливается.

— Понял, — бросает в трубку. — Проследите маршрут. Ксинту Орвену я сообщу сам.

Прячет наладонник. Мне кажется, или взгляд босса становится мягче?

— Ты свободна, — выговаривает он и отпускает мою ладонь. — Твоя непричастность к атаке подтвердилась.

Моя непричастность к атаке? Так тот шаттл?.. По телу пробегает холодок. Значит, вот в чем дело! Арден подозревал, что это я навела нападающих…

— Я могу идти? — спрашиваю, пытаясь успокоить скачущее сердце.

— Раз ты ни при чем, ты мне больше не нужна, Кейлана, — отвечает Арден, снова произнося мое имя как-то по-особенному, словно смакуя его.

— А увольнение?

Вместо ответа, босс достает планшет, его пальцы быстро бегают по поверхности гаджета. Затем он снова переводит на меня взгляд.

— Готово. Не знаю, зачем система направила тебя ко мне, — бросает словно между делом. — Обычно низшему звену не нужны такие сложности. В любом случае я подписал приказ о твоем увольнении. Оплата придет автоматически сразу на твой счет.

— Спасибо, — я поднимаюсь и зачем-то добавляю: — Спасибо, что отпускаете меня.

— Ты ворвалась в переговорную, едва не сорвала сделку, — холодно произносит Арден. — Нарушила протоколы и субординацию. Ты превзошла в непрофессионализме даже самых неподготовленных представителей своей расы. В моем банке это недопустимо.

Слова бьют в самое сердце, опаляют щеки. Я отвожу взгляд и направляюсь к выходу из палаты.

Что я могу сказать в свое оправдание? Наверное, что даже вексы нарушают протоколы, если это спасет их жизнь. Но Ардену я об этом говорить не буду. У меня нет времени.

— Кейлана, — вдруг раздается за спиной.

Оборачиваюсь: Арден стоит в шаге от меня и протягивает мне сверток.

— Ты, конечно, можешь идти через всю станцию в больничной пижаме. Теперь мне до этого не должно быть дела. Но все же рекомендую переодеться.

Он вручает мне в руки плотный пакет, проходит мимо, вторгаясь в личное пространство и заставляя каждую клеточку в моем теле трепетать. Мажет по мне взглядом и покидает палату.

Мне кажется, я сейчас провалюсь сквозь ксерлитовый пол, через все перегородки, этажи и уровни исполинской станции и окажусь в открытом космосе.

Беру себя в руки, нащупываю на упаковке язычок, тяну его. Вакуумная упаковка тут же расходится. Ее наполняет воздух, и она быстро увеличивается в размерах.

Достаю из нее тонкий комбинезон персикового цвета, кажется, из нанотрокса. Там же поместились балетки в цвет и комплект белоснежного бесшовного нижнего белья.

Меня снова накрывает стыдом, но я успокаиваю себя, что Арден наверняка не сам выбирал одежду, а поручил это дело кому-то.

В спешке одеваюсь и вылетаю из палаты. За дверью стерильный светлый коридор с белыми стенами, по которому ходит медперсонал и пациенты. Несусь к выходу.

Покидаю медицинский блок и попадаю в один из безликих ксерлитовых лабиринтов станции. За окнами чернеет космическая бездна. Интуиция гонит меня по коридорам, и вскоре я попадаю в знакомую мне часть Астронекса.

На станции тысячи обитателей из разных концов галактики. В основном, конечно, вексы. Но есть и вейны, ксорианцы, земляне.

Последним хуже всех. Мы физически слабые, нелогичные, не обладаем ментальным или псионическим даром. Нас не уважают и терпят, лишь пока мы полезны и соблюдаем иерархию.

На Астронексе есть все необходимое для самой взыскательной публики. Рестораны, магазины, развлечения… Астрономически дорогие апартаменты для богачей. Но земляне в большинстве своем прозябают на нижних уровнях. На самых нижних уровнях.

Прощаться мне не с кем. Я успела завести знакомства только на работе, но ни с кем близко не сошлась. Я не хотела привлекать ничьего внимания. И все же привлекала. Мужчины делали мне комплименты, но я не отвечала на флирт. Так что завтра обо мне никто и не вспомнит.

Я добираюсь до лифта и спускаюсь на самое дно, в темные влажные коридоры, где нет окон, душно и витает запах затхлости и нищеты. На стенах потеки и ржавчина, местами космическая плесень, которая разъедает даже самые прочные материалы. Лампы горят одна через три.

Наконец я добираюсь до своего крошечного блока. Первым делом проверяю на панели баланс. Ардэн не обманул, зарплата уже поступила. В спешке заказываю билет на ближайший шаттл, даже не посмотрев, куда он направляется. Вылет через пару часов.

Следующий час я готовлюсь навсегда покинуть станцию, где чувствовала себя в безопасности. Быстро ополаскиваюсь едва теплой водой, смывая больничный запах. Накидываю тонкий халат. Пакую нехитрый скарб.

Когда всё собрано и остается лишь одеться, желудок напоминает, что в нем ничего не было со вчерашнего дня. В холодильной камере лишь синтетическое филе. Но перекусить мне не дают.

Кто-то стучит в дверь. Я вздрагиваю, затем на цыпочках и затаив дыхание подкрадываюсь к видеофону.

Когда вижу на мониторе, кто ко мне пожаловал, закрываю рот рукой, чтобы подавить удивленный вскрик.

Что он тут делает?

2. Вэйд

Два часа назад

Кейлану Элмери как ветром сдувает. И, кажется, она сама не поверила, что так легко ушла. Но её не за что задерживать. Хочет уволиться — пусть увольняется.

Слуха касается мягкий звук, с которым закрывается дверь в медотсек.

Выдыхаю.

В воздухе все ещё пахнет этой землянкой. Нежный аромат, которому самому по себе на нашей планете взяться неоткуда. Вексианки, если и пахнут чем-то, то это искусственные парфюмы. А у землянок особый аромат. Собственный. Живой.

Пробегаю пальцами по сенсорному пульту и запускаю принудительную фильтрацию воздуха в медицинской комнате. Надо выветрить след Кейланы Элмери из помещений Астронекса.

Я возвращаюсь в кабинет, сажусь за стол и проверяю входящие сообщения по межгалактической связи.

Я жду подтверждения встречи, которая увенчает трехмесячные переговоры с Крегаром-6. А конкретно, с вождем Груулом Зортом. Мы должны совершить сделку, которая принесет Астронексу миллиарды кредитов прибыли.

Пока подтверждения о встрече не поступило. Зорт не из тех, кто передумывает, наверняка дело в его канцелярии. Небось там сидят неповоротливые и бесталанные