Александр Шапочкин - Первая заповедь Империи Страница 35

Цесаревне было одновременно и страшно, и очень скучно. Это в сказках и красивых романах разномастные принцессы, а также прочие юные особы благородных кровей дамского полу, в случае опасности играют первую скрипку. Либо идут на генеральный капитанский мостик супера и лично руководят сражением, показывая всё своё тактическое мастерство и смекалку, недоступную маститым генералам. Либо лезут в камеру псиусилителя, дабы стращать врага и вдохновлять бойцов своего флота на подвиги и свершения.

В реальности же никому они там не нужны. На капитанском мостике так уж точно! А в усилителе слишком опасно, с одной стороны, а с другой, даже такого могучего эспера, как Ксения, вполне может заменить какая-нибудь девочка-середнячок, и никто не заметит никакой разницы.

Словно в сказочном средневековье, всё, что могла позволить себе молодая девушка царственных кровей, – ждать и надеяться. Это было, с одной стороны, обидно и унизительно, но вместе с тем неизбежно. Особенно если учитывать, что, несмотря на то, что она, являясь на данный момент самым защищённым человеком в этом кубе космоса, отчаянно трусила. За что сильно злилась на себя, но ничего не могла с этим поделать.

За те шесть часов, что прошли с момента, когда её выдернули из игры, девушка успела вдоволь насмотреться на картинки мерзких созданий, вторгшихся на человеческую территорию. С содроганием сердца понаблюдать за гибелью российских кораблей и просмотреть все проекционные построения дальнейшей тактики флота, в которой она ничего не понимала, но которой костюм «Золотого кода» усиленно пичкал носителя.

Когда Ксюше наскучила пальба и далёкие взрывы, она сподобилась посмотреть документы, касающиеся своего возможного супруга, сына Верховного Канцлера. Биография и характеристика молодого человека были настолько приторными и вылизанными, что у девушки незамедлительно свело челюсти от разлитой между строк патоки.

Этот Антон вырисовывался ну прямо-таки идеальным мужчиной. Настоящий мачо, герой нескольких приграничных войн, командир отдельного специального отряда, патриот, дипломат, учёный, философ, спортсмен, художник, гениальный музыкант и вообще выдающаяся личность. И это в неполных двадцать четыре года.

Ксюша, несмотря на ситуацию, не удержалась и прыснула со смеху, читая, как этот защитник отечества, презрев все выгоды, которые несло ему положение отца, в нежном возрасте сбежал из дома. И юнгой, на каком-то частном каботажнике, отправился на далёкую провинциальную планету, где и вырос при военном гарнизоне. Он всего добился сам, никто ему не помогал, и вообще отец лишь наблюдал издалека и только согласно кивал каждому очередному достижению отпрыска.

Весь текст так и сквозил завуалированными намёками на то, что Ксении несказанно повезло, что такой выдающийся человек современности – да практически святой, обратил на неё, никчёмную, своё внимание. Его прямо-таки вынудили дать императору своё согласие. Это было особенно забавно, потому как Великого Канцлера – его отца девушка знала с самого своего рождения. Она никогда бы не поверила, что этот властолюбивый человек может выпустить кого-нибудь из своих «птенцов» из-под своей опеки в свободное плавание. Тем более потерять контроль над его судьбой таким глупым способом.

– Катенька, что это за агитка? – выдавила из себя Цесаревна, закрывая файл последнего документа. – Дорогая, ты вообще смотрела, что мне подсунула?

– Это официальные данные по сыну Великого Канцлера, – немного недовольным тоном ответил планетарный искин, – тебя что-то в них не устраивает? По-моему, очень достойный юноша, как и его отец…

– Милая моя, это же липа! – Ксюша с трудом приподняла руку и с грохотом шлёпнула ей по подлокотнику. – Я ни на секунду не сомневаюсь, что всё, что я только что прочитала, – вполне официальные данные. Вот только я не верю ни единому слову.

– Ах, дорогая моя, какой же ты, в сущности, ещё ребёнок, – тяжело вздохнула Екатерина, – ты переносишь своё негативное отношение к Канцлеру на его сына. Но ты же знаешь, что нехорошо столь огульно обвинять людей…

– Катюш! Давай без демагогии и дешёвой философии, – попросила девушка, слегка сползая в фиксирующем костюм кресле. – Скажи лучше, что ты сама думаешь о правдоподобности существования этого бескрылого ангела?

– Я не знаю, что тебе сказать, Ксюшенька, – ответил искин после почти минутного молчания, – возможно, его жизнеописание и достоинства немного приукрашены… но это вполне нормально, учитывая, кем является его отец. Сравнительные же данные этих документов с другими записями позволяют с девяностодевятипроцентной вероятностью утверждать об их достоверности. Двенадцать стандартных лет тому назад на планету Рокот в созвездии Дельта Рыцаря частным каботажником прибыл маленький мальчик-юнга, отзывающийся на имя Антон Старцев. В связи с исчезновением сына Великого Канцлера за ним было установлено постоянное наблюдение, и все описанные в биографии события по датам внесения совпадают с данными агентов… Никакого подлога я лично не обнаружила, как и редактирования информации.

– Кать, я сама, шепнув кому нужно, могу наплодить целую армию таких мальчиков, а уж в талантах Канцлера я ни секунды не сомневаюсь… – фыркнула девушка, – ты вот скажи мне лучше, почему к характеристике не приложена даже самая захудалая древняя двухмерная фотка? Если он этакий вундеркинд и вообще личность планетарного масштаба, местная пресса пестрила бы его рожей…

– Ксюша, не ёрничай! – оборвала разошедшуюся девушку искин. – Я не знаю ответа на твой вопрос. Его имя действительно постоянно мелькает в местной прессе, но я нигде не могу найти его изображения. Хочешь почитать?

– Не очень… – Ксения закрыла глаза и минут десять лежала, молча сканируя своими псионическими способностями «Волгу» и её окрестности, – а открой-ка мне те файлы… Которые я взяла в игре.

– Ты уверена, что сейчас для этого подходящее место и, главное, время?

– А что мне ещё делать? – отстранённо спросила Цесаревна и поморщилась, когда её вынесенного за пределы корабля псидвойника коснулась очередная волна негативной энергии, рождённая в момент гибели в ядерном пламени ещё одного человеческого корабля.

– Ладно…

На забрале шлема отобразилось окошко, уменьшенная копия экрана древнего компьютера доктора Бейна. Ксюша уже хотела было приступить к чтению, когда перед глазами вдруг всё поплыло, завертелось, закружилось. Девушка почувствовала, что падает в глубокий омут. К горлу подступила тошнота, а сердце как будто сжали холодные пальцы. Пару секунд она ещё боролась, находясь на самой грани сознания, а затем звенящая, мигающая белыми огнями тьма накрыла её с головой.

Глава 12

Местоположение не идентифицировано. Борт замкового лайнера-носителя флота, корабля суперкласса «Волга»

Открыв глаза, я с кряхтением оторвал голову от холодного пола и, морщась от яркого света, сел, потирая ушибленный висок. Пальцы размазывали по лбу что-то влажное. Сильно саднило бровь, а мысли, словно раскалённые ежи, ворочались внутри черепной коробки, царапая её своими иглами.

– Что со мной? – прохрипел я, бессмысленным взглядом рассматривая капающую с пальцев красную жидкость.

– Ты внезапно упал… – полный тревоги, голос искина доносился откуда-то с потолка. – Максим, ты как?

– Живой, – ответил я и, наконец проморгавшись, огляделся.

Стандартный медицинский бокс карантинного типа. Девять квадратных метров личного пространства, отделённые от всего остального мира двойной прозрачной стенкой из сверхбронированного стекла, способного выдержать ядерный взрыв или соприкосновение с антиматерией. Трёхсекционный круговой шлюз вёл в длинный коридор, облицованный белыми пластиковыми плитами с повторяющимся серым геометрическим рисунком, периодически освещаемым всполохами тревожных ламп.

Всё правильно. Я на двухнедельном карантине. Обязательная процедура для любого человека, вошедшего в непосредственный контакт с представителем неизученной инопланетной формы жизни. Никто не знает, какую заразу можно было подцепить от неизвестных пришельцев, и неважно, был человек в скафандре или встретил чужака в ночной рубашке и мягких тапочках.

Любая ксеноорганика агрессивна и опасна для любых биологических существ с других планет. Ровно до тех пор, пока учёные не докажут обратное и не введут в состав стандартного биоблокатора нужные изменения. И дело не только в вирусах и бактериях. Например, безобидный микрогрибок с Забасты, переносимый на когтях каэли, попав на слизистую невакцинированного человека, почти мгновенно прорастает в ней, убивая хозяина за пару часов. А через несколько дней труп раздувается и превращается в губкообразную массу – трубчатую колонию этих ксеноорганизмов, которая начинает медленно перемещать тело погибшего в поисках тепла и влаги.