Вычисляя звезды - Мэри Робинетт Коваль Страница 37

Инженеры вздрогнули и как один вскинули руки, поспешно затыкая себе уши, я же непроизвольно дернулась, да так, что едва не слетела с кресла.

Грохот стих, оставив только отдаленное потрескивание огня, и к нему вскоре присоединился вой сирен.

Пакетт, будто пытаясь помочь, потянулся ко мне, да только его мясистая лапа «каким-то образом» прямиком угодила мне на грудь.

Встав немедля с кресла, я оправила юбку и отступила от него. Мой пульс неистовствовал, и причинами тому послужили и взрыв, и гнев на Пакетта.

– Займись уж своим «хозяйством», – в сердцах предложила ему я. – Или тебе прикинуть размер фиаско?

* * *

Я смотрела на дорожку перед собой, а руку мне оттягивал шар для боулинга. Выдохнув, я двинулась вперед. На мгновение замерла. Слегка качнулась назад, а затем – снова вперед и плавно отпустила шар. Поначалу он катился идеально ровно, но затем траектория его движения слегка изогнулась, и в ладный строй кеглей он ударил не совсем по центру, да еще и под углом.

Сплит[12]. Чтоб тебе! Снова сплит!

– Ты сделала сплит, Элма! – Позади меня Миртл захлопала в ладоши. – Ты, вычислительница, снова его сделала.

Я развернулась, да так поспешно, что вокруг меня развилась юбка. В запале я произнесла:

– Можно подумать, что, будь на моем месте физик, у него бы получилось лучше.

Обняв жену одной рукой, Юджин покачал головой:

– Теория и практика – две абсолютно разные ипостаси. Физики хоть и знают законы полета, но знания эти летать им отнюдь не позволяют.

– Я летать умею, большое вам спасибо.

Мой шар для боулинга ударился о край возвратного желоба, и я, наклонившись, подняла его. Выпрямившись, помахала левой рукой в знак благодарности мальчугану-пинспоттеру[13]. Про себя отметила, что надо бы не позабыть при выходе о хороших чаевых для него.

– Кстати, о полетах… – начал было Юджин.

Миртл немедленно толкнула его ногой.

– Пусть она уж поскорее отыграет свой фрейм. Тогда, глядишь, успеем еще и фейерверком полюбоваться.

– Будь уверена, мы вытащим тебя наружу как раз вовремя, чтобы ты сполна насладилась Четвертым июля. – Юджин покачал головой и указал своей пивной кружкой на дорожку для шаров. Продолжил, по-прежнему обращаясь к своей супруге: – А я подожду. Пусть Элма сделает свой бросок, и затем, несомненно, придет и твой черед, и уж я с ней без помех и обсужу текущие вопросы.

Я вновь посмотрела на дорожку. Парнишка-пинспоттер очистил площадку от последней сбитой мною кегли и благополучно взгромоздился на свой высоченный табурет сбоку. В руках у него немедленно появился комикс, и даже отсюда я узнала на его обложке характерный красно-синий костюм Супермена.

Чтобы сбить обе кегли, мне предстояло ударить по одной из них в определенное место и под строго определенным углом, и тогда бы шар, слегка оттолкнувшись от падающей кегли, изменил бы направление своего движения и сбил бы и другую. Я мысленно видела траекторию движения шара от начала до самого победного конца. Дайте мне лист бумаги, и я опишу ее для вас с математической точностью. Но одно дело представлять, и совершенно другое – претворять.

Перед полосой я сделала телом маятник и, целясь в кеглю справа, швырнула шар. Тот, описав в воздухе короткую дугу, с гулким стуком ударился о гладкий пол и загрохотал по дорожке дальше, а я застыла, вытянув руку, будто все еще должным образом направляя его.

Шар, как и предполагалось, задел кеглю справа. Та закачалась, а затем накренилась и, вращаясь, все же упала. Шар от удара о кеглю ушел влево, но под недостаточным углом, и другая, левая кегля, оставалась совершенно недвижимой.

Из нашей маленькой группы вырвался сочувственный стон. Смеясь, я повернулась и сделала реверанс.

– В следующий раз тебе непременно повезет! – Натаниэль, занимая свое место перед дорожкой, ободряюще похлопал меня по плечу.

Миртл рассмеялась:

– В следующий раз… В следующий раз, глядишь, нас отсюда и выпрут.

– И выпрем, – тут же согласилась я. – Уж в следующий раз я себя покажу, будьте уверены! Мои навыки в боулинге и в самом деле вполне себе.

Юджин и Миртл, обменявшись взглядами, заулыбались, будто я только что сказала что-то совершенно восхитительное.

Хоть и с опозданием, признаюсь, но мой мозг все же догнал мой язык. Разумеется, Миртл подразумевала вовсе не результат нашего сегодняшнего состязания меж семейными парами, а их, Юджина и ее, присутствие тут. До Метеорита их вообще бы в зал не пустили, и место это было бы заполнено только белыми, теперь же ситуация радикально изменилась, и на них никто даже и не пялился.

Скрывая смущение от собственного тугодумия, я записала свой результат на листе и опустилась на скамейку рядом с Юджином.

Он протянул мне кружку с пивом. Спросил:

– Итак, что там с вашим авиашоу?

– Даже не уверена пока, случится ли оно. – Пиво было холодным и обладало приятно яркой горчинкой. – Идея шоу состоит в том, чтобы доказать, что женщины-пилоты способны быть астронавтами.

– Но?..

Шар Натаниэля покатился по дорожке и, врезавшись в центральную кеглю, разом разбросал по сторонам все остальные.

Страйк!

– Есть! – Я подняла бокал с пивом, празднуя успех своего мужа. – Но у нас есть только гражданские самолеты-маломерки. Чем больше я об этом думаю, тем для меня все более очевидным становится, что, каким бы хорошим ни было наше шоу, выглядеть таким же ярким, как шоу с военными самолетами, оно не будет.

– Понимаю. Пилоты-профессионалы сразу сообразят, что творимое вами там – подвиг, но широкой публике лишь зрелищность подавай. – Юджин покачал головой и, ожидая своей очереди, похлопал Натаниэля по спине. – Отменно у тебя получилось, братец Йорк.

Натаниэль взял свое пиво и откинулся на спинку скамейки.

– Авиашоу обсуждаете?

– Именно его.

Миртл посмотрела на него поверх очков.

– Заставляешь свою жену заниматься тем, чем заниматься надлежит тебе самому. Что ж, несомненно, твой такой подход прекрасен.

Натаниэль, рассмеявшись, возразил:

– У тебя, Миртл, совершенно превратное представление о нашем с Элмой браке. Я никогда свою жену ничего делать не заставляю. К тому же четко понимаю, что, попытавшись, вряд ли в том преуспею.

От брошенного Юджином шара кегли разлетелись по сторонам, но одна все же осталась на месте.

– Я ума не приложу, с чего это моя супруга полагает, что любой муж при желании заставит свою вторую половину делать то, что заблагорассудится ему. Ведь в нашей семье это ее предположение