Рассвет - Константин Верстуков Страница 5

если Ферниц’Гал не придёт? Он же семиолоид, он не дурак, мог просто сделать вид что ничего не было, — оторвавшись от проекции на руке, она подсела к Рершеру, подставила плечо под его клонившуюся голову и пальцами прошлась ему по серым волосам. — Тебя не все поймут. Знаю, ты хочешь как лучше, но не губи себя ради этого. Мы выберемся вместе, и ты мне нужен, рядом, живой.

— Хорошо. Прости меня. Я с этим солдатом сам не свой.

Плавные движения её руки успокаивали его, усыпляли. Рершер медленно забывал о происходящем, о вчерашней катастрофе и будущих планах, о враге, лежавшем у него за спиной. Его веки почти сомкнулись, когда хриплый голос резанул слух семиолоидским языком.

— Он правда жив.

— Переводчик! Активируй его, скорее, — Рершер развернулся, скинув маску усталости. — А где мой… куда я его… вот Пустота.

— Вот, — Звеифель выставила левую руку. — Должен работать. Надеюсь, в нём есть какой-то солдатский диалект сьемарциана.

Маленькое устройство сорвалось с механической окантовки и повисло над плечом Звеифель. Чёрно-голубые сенсоры упёрлись в приподнявшуюся фигуру, злобно смотревшую на хозяев дома.

Под небольшими ноздрями двигались длинные сухие губы, ронявшие обрубки слов. Его кряхтящий говор напоминал речь доктора, но будто отличался, не походил на знакомый общеимперский язык.

— Ты из Сашфириш? — начал Рершер. — Если понимаешь меня — наклони голову.

Дважды согнутая шея извернулась, после чего зашевелилось всё худое тело. Длинные руки попробовали подняться, выпрямились и упали на кушетку. Семиолоид зашипел, выжигая Рершера хищным взглядом. Из приоткрытого рта его выступал редкий пар, минуя ряд острых зубов. Пришелец вздохнул, приподнял тело на локтях и выполнил то, о чём его просили.

— Понимаешь. У тебя есть свой ксено-переводчик?

Вялая рука указала на доспех, лежавший под круглыми полками. К броне тут же подошла Звеифель.

— Стой! Если он лжёт? — Рершер уставился в бронзовые глаза солдата. — Мы же не понимаем, что он говорит. Если это ловушка? Если он хочет, чтобы ты активировала оружие?

— И не подумала, сама ведь тебе говорила… — она скрипнула зубами и вновь уставилась в перчатку. — Похоже, без семиолоида тут правда не разобраться. Ладно, понадеемся, что я ошиблась. Попробую вызвать доктора Орайним… Пустота… да что со связью?

Звеифель ускользнула в небольшой коридор, протянутый вокруг наружной стены. За опустившейся дверью повисла тишина, в которой два незнакомца не выпускали друг друга из виду.

— Ты не сможешь встать или пошевелиться. Тебя сюда закинуло землетрясение. Оно же, видать, тебе ноги перемололо.

Семиолоид странно покосился на услышанное. Скривился, даже усмехнулся. Длинная пасть его раскрылась для потока новых слов, больше походивших на треск огня среди зубов.

— Не понимаю, что ты говоришь. А вот ты меня явно понимаешь. Так что слушай: скоро придёт тот, кто спас твою жизнь. Он же оставил на твоей шее накидку, это доктор, тебе он не враг. Наверное, — Рершер расположился на выдвижной сидушке, сложил руки на груди и продолжил, окончательно забыв про наступавший сон. — Твоя жизнь зависит от него. С такими ранами уйти всё равно не выйдет. И тебе, думаю, некуда идти. Сейчас ты на планете Архницоль, в колонии Империи Ниривин.

В узких глазах семиолоида мелькнула чернота. Нескончаемый поток инопланетной ругани сменился тишиной, уступавшей лишь стуку в груди да тяжелому дыханию, покидавшему приоткрытый рот.

Долгое время Рершер сидел неподвижно и смотрел на елозившего в перевязках и порой шипевшего раненого. Тот извивался и кряхтел, кашляя в сторону своего спасителя, но сдвинуться толком не сумел. Вероятно, за пару часов он успел не раз послать в Пустоту этот дом, людей, планету, вместе со всей Империей.

Наконец, знакомый звук донёсся из-за двери, после чего та открылась.

— Сеть полностью пропала. Я ездила за доктором Орайним. Он здесь.

— Ферниц’Гал, благо. Солдат очнулся. Ты ведь сможешь понять, что он говорит?

Гигант вытянулся под плоским потолком, замер и начал оглядывать пациента. Тот вжался в стену, отвернулся и что-то пробубнил.

— Подумать только, что он говорит. Мне малопонятна речь его, и всё же…

Длинные пальцы пробежались по летавшему возле шеи доктора устройству. Оно загудело, вытянулось и прильнуло к металлическому нарукавнику Ферниц’Гала.

Едва ксено-переводчик погрузился в сон, как разговор семиолоидов разросся в словесную бурю. Потоки шипящих слов прорывались из-за зубов врача, разбиваясь о картавые звуки солдата. Их неясная речь сливалась воедино: в спор, в ругань, в приказы.

Спустя минуты пререканий, доктор Орайним шагнул к стене и левой нижней рукой ухватился за пояс, вчера снятый с солдата. Одна из плоских напаек поблёскивала знакомым чёрно-синем светом. Четыре пальца скользнули по ней, коснулись возвышения в центре и пробудили маленькое устройство, в тот же миг метнувшееся к своему хозяину.

— Теперь, — переводчик задрожал, вторя голосу раненого. — Слуги Нирвин, понятны вам слова мои?

— Выйди, — Рершер коснулся плеча Звеифель. — Прошу, я расскажу всё после, обещаю. Сейчас же подожди в безопасности. Доверься мне.

— Но… — заговорила она. — Мы всё делаем вместе.

— Не сейчас! — крикнул Рершер. — Пожалуйста. Для твоего же блага.

Сомнение читалось в её движениях, во вздохах, в несказанных словах. Звеифель шевельнула губами, промолчала, вышла.

Едва дверь за ней опустилась, как Ферниц’Гал отошёл в дальний угол комнаты, оглядел своих собеседников и, бросив солдату хищную ухмылку, произнёс:

— Полагаю, гостю следует представиться.

— Не пытайся, — он вытянул громадную шею, почти уперев голову в потолок. — Не жди ответов от меня. Либо сразу убей, либо жди, пока убью вас я.

— Подняться у вас нет возможности. Введённые мною проксиотиты подействовали ещё вчера, так что лежите, лежите.

— Хочешь проверить? Подходи, доктор. Прикончить тебя я смогу, отродье ниривинское.

— Я придержу его…

— Рершер, нет! Даже ослабев, семиолоид сильнее человека.

Солдат скривился в болезненной улыбке. Подобному существу нельзя было доверять, даже оставлять его рядом было опасно. И именно его Рершер привёл в дом.

Доктор подошёл и тенью навис над врагом, вытянул верхнюю руку, замахнулся, сжав между пальцами длинную иглу. С её острия слетел мелкий заряд и впился в плечо солдата. Пришелец вскрикнул, дёрнулся и повалился на спину, к стене.

— Теперь уж вам по силам отдохнуть.

Словно подтверждая слова Ферниц’Гала, незнакомец вытянул бледно-жёлтые руки. Его тело застыло, дыхание замедлилось, и едва шевелившийся рот выпустил короткие слова:

— Ты, — ему вторил переводчик. — Что это?

— Сильное успокоительное. Вам силы нужны, потому сейчас способны вы лишь говорить. И всё же, лучше сберегите себя теперь.

— Зачем тебе это? Что узнать тебе велено?

— Узнать? — Ферниц’Гал оглянулся на хозяина дома и пожал двумя парами плеч. — Я лишь долг свой исполняю, уважаемый.

— Долг перед ложным Императором? Захватчиком? — солдат кашлянул, перевернулся и выгнулся, изрыгнув