Джек Макдевит - Омега Страница 67

Судя по звуку, гумпы продолжали нарезать «луковицу». Затем:

– Вот, этого должно хватить.

– Где положим?

– На пороге. Перекроем дверной проем.

– Хорошо. На окна тоже, верно?

– И в камин. Просто на всякий случай.

Билл вмешался:

– Я нашел значение слова кессел.

– Послушаем, – сказала Келли.

– Это обычное растение, которое в Интиго можно найти повсюду. Иногда его перемалывают и используют в качестве приправы. Также считается, что оно создает преграду для демонов и прочих ночных духов.

– Преграду? – удивилась Келли.

– Вот почему они кладут его на все входы. Чтобы не пустить демона.

– Что толку от нарезанного овоща?

Диггер вдруг смертельно устал. Ему захотелось улететь обратно на «Дженкинс» и просто сидеть там смирно, пока не придет помощь. Пусть кто-нибудь другой разбирается с этими полоумными.

– Вспомни чеснок, – произнес он.

– Что нам сейчас делать? – Диггер готов был все бросить. – Единственное, что приходит мне в голову, кроме заключения, что эти придурки нас не поймут, это отправиться прямиком к главному. Должен же быть в этом городе кто-то, кто не боится гоблинов.

– Я уверена, что такие есть. Но вряд ли это глубик.

– Буглик, – поправил он. – И тогда?..

– Не знаю. Может, капитан кругосветной экспедиции. Как его зовут?

– Кролли.

– Может, нам удалось бы договориться с ним. Ему не занимать здравомыслия.

– Надо, чтобы он захотел повернуть назад.

– А по-твоему, он не захочет?

– Я не знаю его. Но подозреваю, что мы добьемся большего с кем-то из местных.

Келли выглядела обескураженной. Диггер начал осознавать, что ей тоже казалось, будто они склонили Макао на свою сторону.

– Даже если бы нам повезло с Макао, ей все равно было бы сложно убедить власти. Макао не считала, что может сделать это. И, несмотря на то, как все повернулось, я не верю, что она притворялась. – Келли закрыла глаза. – По-моему, нужно изменить подход.

– Как считаешь, что с ней будет?

Келии задумалась и печально улыбнулась.

– Когда облако приблизится, она, наверное, сделает себе бутербродов, прихватит палатку и уйдет в горы.

– Не рискуя.

– Точно. Может, возьмет с собой друзей.

Диггер не видел выхода. Только пойти прямо к буглику и попытаться убедить его.

– Нам нужно несколько костюмов Коллингдэйла. Если бы одеться как местные, у нас появился бы шанс.

У Келли был унылый вид.

– Посмотри правде в глаза. Что нам нужно, так это божественное вмешательство.

Они вернулись на «Дженкинс» и теперь были над ночной стороной Лукаута. Из-за плотных облаков внизу Диггер не мог понять, летели они над сушей или над морем. Он начал привыкать к созвездиям и даже постарался выучить их названия на языке гумпов. Тау Бокол Кар, Строитель колесниц, плыл над самой кромкой планеты. А еще там был Т’Клеппа, Кувшин. А прямо рядом с ним – Т’Монга, птица, которая, по-видимому, никогда не существовала. Ее ближайшей родственницей в земной мифологии была, наверное, птица Рух. Говорили, что она утаскивает гумпов.

– А что если, – сказала Келли, пытаясь развеять плохое настроение, – во время разговора с ними остаться в светоотклонителе?

– Думаешь, это испугает их меньше, чем жока?

– Может ли это напугать их больше?

Диггер покачал головой. Не получится. Бесплотные голоса никогда ни на кого не действуют. Это правило.

– Пожалуй, есть еще одна возможность, – заявила Келли.

– Я слушаю.

– Почему бы нам снова не использовать аватар?

Он покачал головой.

– Невозможно синхронизировать их губы при диалоге. Это не страшно, если аватар приходит с заготовленной речью, произносит ее и смывается. Но при первом же вопросе вроде: «Откуда, говоришь, ты приехал?» – мы пропали.

– Это ты так думаешь, – настаивала Келли.

– Ничего не выйдет. – Диггер представил себе, как он в доме буглика проигрывает запись, пытаясь совпасть с предварительно заготовленными движениями губ аватара гумпы. А буглик перебивает: «Эй, погоди-ка минутку». При этом аватар либо болтает без умолку, либо замирает истуканом и потом продолжает с того места, на котором остановился, какой бы вопрос ему ни задали.

«Дженкинс» догонял солнце. Край планеты осветился.

Биоритмы Диггера нарушились. Замена коротких дней и ночей Интиго на стандартные двадцатичетырехчасовые сутки корабля вывела из строя его биологические часы. Хотя приближался рассвет, Диггер хотел есть.

– Поужинаем? – предложила Келли.

Два часа спустя они сидели в полной тишине. Временами Диггеру казалось, что, если надеть инфракрасные очки, он увидит призрак Джека, бродящий по коридорам. Он слышал эхо и шепот в переборках. Когда он упомянул об этом, Келли заметила: теперь он может хоть отчасти понять, что чувствовала Макао.

– Шумы, – добавила она, – производит Билл. Иногда он говорит сам с собой.

– Шутишь.

– Нет. Правда. Разговаривает.

– О чем?

– Не знаю.

– Ты никогда его не спрашивала?

– Спрашивала.

– И что он сказал?

– Выясни у него сам.

Диггер колебался. Ему не хотелось быть навязчивым. Но это глупо. Невозможно обидеть ИИ.

– Билл, – окликнул он. – Есть минутка?

Билл предстал в своей олитературенной версии: пресытившийся жизнью, с высокими скулами и белой бородой. Он сидел в любимом кресле Джека.

– Да, Диггер. Чем могу помочь?

– Билл, иногда я слышу голоса. В системах.

– Да, я тоже их слышу.

– Что это?

– Системы постоянно общаются.

– Они общаются при помощи речи?

– Иногда.

– Но разве ты не контролируешь системы?

– Да. Но они автономны. У них есть свои приоритеты.

– Хорошо. Оставим это.

Билл пропал.

– Доволен? – осведомилась Келли.

– По-моему, он мне так ничего и не ответил.

– Голоса принадлежат ему. – Келли просматривала состояние систем корабля. Или, может быть, играла. Он не мог разобрать.

– У меня к тебе есть вопрос.

– Опять.

– Да. – Диггер выпрямился. – Мы так и не назначили день.

– А. Да, не назначили. – Келли прищурилась, оценивающе взглянула на него. – Мы вернемся домой нескоро.

– Нам не нужно ждать возвращения домой.

– Ты милый, Дигби.

– Я серьезно.

Ее озарял мягкий свет компьютерного экрана.

– Что ты предлагаешь?

– Капитан корабля имеет право совершать обряд бракосочетания.

Она притворилась шокированной.

– Ну уж конечно, не свой собственный.

– Я думал о Джули Карсон. Когда «Хоксбилл» доберется сюда.

Келли подумала.

– Хорошо, – согласилась она наконец. – Коль ты так решительно настроен, разве я могу стать на твоем пути? Нужно запросить разрешение.

– У нас полно времени.

– Отлично, Диггер. – Она усмехнулась. – Хотя, глядя на то, как на тебя реагируют все здешние женщины, возможно, мне стоит подумать получше.

Идея с аватаром была не совсем безнадежной. С условием, что он отбарабанил бы сообщение и смылся. Получите – распишитесь, и никаких вопросов.

– Но как ты этого добьешься?

– Ты предлагала использовать божественное вмешательство.

– А ты можешь это устроить?

– У меня есть идея, Ватсон, – произнес Диггер со своим лучшим оксфордским акцентом. – Однако нам понадобятся проекторы. Много проекторов.

– Что ты задумал?

– Билл, покажи нам каких-нибудь гумпов.

– Каких-то конкретных?

– Да. Женщину. Макао подойдет. Дай нам изображение Макао.

Засветилось изображение. Это была Макао – такая, какой была на слошене в Бракеле. Яркая желтая блуза с пышными рукавами. Зеленые штаны и кожаная обувь. Медальон на пурпурной ленте.

– Отлично. Билл, пусть она что-нибудь скажет.

Макао улыбнулась ему.

– Чалла, Диггер. – Голос превосходно имитировал манеру говорить Келли. – Ты маленький жока, так ведь?

Он усмехнулся.

– Синхронизация губ в порядке. Не идеально, но сойдет.

– Это никого не обманет. Разве что дать ей веер, чтобы она прикрывала им рот. Поймите меня правильно, мне немного заранее нужно знать, что она скажет.

– Не понимаю, – удивилась Келли. – Если мы пришли к выводу, что настоящая Макао, вероятно, ничего не добьется, что может сделать ее аватар?

– Нам нужно внести некоторые изменения. Тогда, возможно, она сможет добиться очень много.

Архив

Творятся странные вещи. Ходят слухи о жоках на дорогах, и о голосах, говорящих в пустынных местах на незнакомом языке. А в нашем небе огромная дыра открылась и растет с каждой ночью. Те из вас, кто знает меня, не дадут соврать: я всегда верил, что всему есть разумное объяснение. Что миром управляют неизменные законы, а не капризы духов и демонов.

Есть такие, кто заявляет, что все это знамения надвигающейся катастрофы. Прежде всего, позвольте сказать, что я не могу объяснить происходящее. Но я еще не дошел до того, чтобы поверить в существование знамений. Возможно, демоны на дорогах – плод чрезмерно живого воображения, а голоса в ночи на самом деле – ветер, и ничего больше. Дыра же в небе, которая стала походить на облако, окажется новым видом урагана. Как и любой другой шторм, он побушует-побушует, выдохнется, и утром снова взойдет солнце.