Арестантка: Тюрьма Рая (СИ) - Вайшен Нина Страница 67

— Да, — я повернул в голове карту этажа, которую мне предоставила нейросеть. — Через технические ниши.

Я указал на дыру, в которой сидела Алисия и лежала Принс.

— Если поспешим, выйдем через люки, прямо перед или позади них, — продолжил я.

— Понял.

Матео быстро подскочил к Алисии, ухватил за подбородок, заставляя подняться.

— Знаю, ты может, хочешь, чтобы Принс сдохла, — сказал он, глядя Алисии в глаза. — Но мне и Трою она очень важна… Приглядишь за ней? Если очнётся, следи, чтобы резких движений не делала. Она как проснётся, сразу в атаку ринется. Пусть полежит?

Алисия кивнула. Матео вложил ей в руки бластер одного из погибших охранников станции.

— Если что, кричи, — сказал он.

Алисия посмотрела на него виновато и как-то умоляюще. Будто хотела о чём-то попросить. Хотела, чтобы он ещё секунду побыл с ней. На меня она никогда так не смотрела.

Только Матео сделал шаг назад, она выдохнула так шумно, что он замер.

— Всё будет хорошо, Лис, — тепло сказал он, невесомо тронув её по руке.

Она ухватилась за неё, потянулась к Матео и что-то шепнула на ухо.

— Понравилось? — усмехнулся он, а потом нежно поцеловал Алисию в губы.

Неужели между ними что-то есть? Присев, я бегло коснулся губами щеки Принс. Она что-то промычала сквозь сон. Жива. Скоро придет в себя.

Я еле вырвал свой рассудок у желания поцеловать её ещё. Времени нет. Матео уже поднимался по узкой пожарной лестнице для техников. Я поспешил за ним.

Взглянул на Принс напоследок, и стало больно. А что, если не увидимся больше? Что, если меня убьют сейчас? Не убьют. Я вернусь любой ценой. Или пока мы ходим, враги придут к ней? Алисия точно не защитница, сдаст Принс с потрохами, если встанет такой вопрос.

«Конь, останься с Принс», — сказал я, когда услышал скрежет его ножек о стену. Мой друг шел за мной.

«Ты должен охранять моё сокровище, как настоящий сороконогий дракон», — добавил я мысленно.

«Я же не дракон, я — конь, и если по всей этой ерунде судить, ты должен на мне ездить».

«Ты слишком мелкий», — усмехнулся я, слыша, как Конь остановился, развернулся и уполз в противоположном направлении. К Принс.

Глава 22. Горящий песок

Винсент

Добраться до командного пункта удалось без потерь. И фактически незамеченными. Потому что помогал опыт Кали, ну и нейросети.

Но опыт Кали казался мне более важным подспорьем. Несколько раз нас выручало именно то, что она чётко помнила, как устроена система безопасности станции и быстро распределяла людей под ситуацию. Каждый раз, когда я думал, что сейчас нас засекут, и будет стычка, наш отряд уходил от неё.

Словно на миг забыв, где мы, я мазнул по Кали восхищенным взглядом. В этой части станции освещение работало хорошо, и я чётко её видел.

Мне было страшно, но страх не парализовал, а двигал вперёд. Думалось, что это потому, что я сумел преодолеть его в клетке со львицей. Осталось её приручить. Кали нахмурила брови сквозь голубоватое марево силового шлема, которым её снабдили участники группы.

Переведя взгляд на люк, ведущий в командный пункт, она повела плечом. Но как-то скованно. Волновалась всё-таки? Или снова болела спина? Пока мы шли до командного пункта, она несколько раз пользовалась своим протезом, ломая роботов-защитников, использованных против нас.

Теперь осталось проникнуть в сам командный пункт. Включить связь. Свет. Разблокировать двери.

— В прошлый раз я смогла обесточить двери, уничтожив блок питания слева по коридору. Теперь его здесь нет, — спокойно произнесла Кали, в голосе не читались ни волнение, ни боль.

— У нейросети нет данных по этому вопросу, — отозвался один из офицеров, который стал Кали чём-то вроде связующим звеном между ней и ВАД.

Несмотря на общую миссию, я ощущал неприязнь солдат. Им приказали слушать террористку. Ту самую, с которой они долгие годы сражались. Конечно, после того, как Кали успешно и без потерь всех довела до командного пункта, неприязнь внешне утихла, просто ушла на глубину.

— Судя по новой схеме электропитания, — произнёс я, держа перед глазами схему от нейросети. — Узел должен быть в правой стороне, сразу за углом.

— Уверены, мистер Лякриян? — удивлённо спросила Кали.

Было так забавно, что она меня так называла. Не хотела солдатам показать, что между нами что-то есть?

— Да, я специалист по поиску в базах данных, — улыбнулся я ей, как мне казалось едва заметно и тепло, но она отчего-то сделалась холодней. — Ну а ещё я немного разбираюсь в инженерии сооружений… пару лет учился строить модульные… города.

Эту часть моего ответа она уже не слушала, кивнула одному из вадовцев, чтобы проверил.

— Там, — подтвердил он через несколько секунд.

Кали прищурилась и её губы изогнулись. В улыбку. Она как бы негласно сказала мне «Молодец». Потом показала на языке жестов вадовцу «готовность минута» и строго, как маленькому ребёнку, сказала мне:

— Вы остаëтесь здесь. Мы пойдём на штурм, а гражданским там не место…

Я хотел было возразить, но натолкнулся на ледяной взгляд Кали.

— Вы и Кашими, — она дёрнула головой, указывая на вадовца. — Будете на стреме. Если к врагам придёт подкрепление, сигнальте.

Она осторожно коснулась моей ладони. Почти не заметно. Никто не видел, да и я бы не понял, если б не обожгло жаром по всему телу. Тревожным, пекучим. Было такое ощущение, что она прощается. Правда, взгляд у Кали всё ещё был непроницаемо сосредоточенным. А я с трудом подавил желание взять её за руку, остановить, поцеловать. Ведь там за дверью будет бойня? И выживут не все.

Она должна выжить. Я верил в это. Она же просто самая сильная женщина из всех, что я знал. Такая сильная. Решительная. Собранная. Мне именно такая и нужна.

Пока я думал, Кали отдалилась, как в замедленной съёмке отдала приказ уничтожить генератор. Раздался хлопок и первая двойка вадовцев юркнула в щель раскрывающейся двери командного пункта. Согласно плану, Кали была в тройке, которая должна пойти следом.

Моё сердце забилось так гулко, что я слышал в ушах лишь шум. Даже звуки перестрелки заглушило.

Ещё пару дней назад я злился на Троя, из-за него я влез в это. Втянул отца. Заставил его перейти на другую сторону. А мог бы жевать себе круассаны на веранде парижского кафе. Писать стихи о своей печальной любви и восторгаться собственным талантам. Мог бы работать над проектом города на Марсе. Другу отца там дали большую землю, и он дал мне авансом возможность придумать свой макет.

А сейчас я ощущал насколько всё это пустое. Ничто перед лицом этого мига. Мига, в который я отпускаю любимую женщину на смерть. А сам стою, как истукан. Ничтожный и слабый мирный житель. Метро-чмо-сексуал, merde.

Но я понимал, что это правильно. Лучшее, что я могу сейчас сделать, не мешать. Я никогда не участвовал в штурме. Ворваться и начать стрелять, могу. Я проходил первичную подготовку, отец очень настаивал. Но я стал много прогуливать. Ещё и мать угодила в психушку. Отец ослабил хватку. Было не до меня. Ну какого чёрта, я прогуливал!?

Я старался собраться. Кали — львица, Кали — воин, и она точно справится. А я постою на стреме вместе с Кашими. Когда Кали скрылась за окончательно разъехавшейся дверью, меня всего будто заморозило. Но теперь я очень остро слышал стрельбу.

С помощью нейросети следил за перемещениями зелёных фигур. Наших. Пока все они двигались. Живые. Я почему-то ясно понимал, какая из них Кали, и когда она упала на пол, во мне будто что-то оборвалось.

Самообладание полетело к чёрту. Я двинулся к двери.

Трой

— Думаешь, зря я дал Алисии бластер? — спросил Матео, когда я догнал его, наверху лестницы.

Дальше пришлось протискиваться, тоннель был узким. Он использовался для ремонта кабелей, и роботами, и людьми. Я лёг грудью на платформу, которая ехала по монорельсу. От каждого движения она неприятно вибрировала, отдавалась лёгким зудом в животе, будто резонируя с моим напряжением.