Орсон Кард - Игра Эндера Страница 76

Книга, написанная Эндером, не была длинной, но в ней было все: добро и зло — то, что знала королева пчел. Он подписал ее не собственным именем, а замысловатой фразой:

ГОВОРЯЩИЙ ОТ ИМЕНИ МЕРТВЫХ

На Земле книга была опубликована спокойно, без помпы, и также спокойно разошлась по рукам. Экземпляры книги передавались от одного к другому, и вскоре трудно было найти такого, кто бы ее не читал. Многие, кто прочел ее, нашли книгу интересной, многим она не понравилась, и они забыли о ней. Но многие начали строить свою жизнь по этой книге и проживали ее как могли, и когда кто-то из близких умирал, рядом с могилой вставал самый верующий, он становился Говорящим от Имени Мертвых и рассказывал о том, что хотел бы сказать умерший. Он говорил со всей искренностью, но избегая упоминать о нормах и проступках. Часть Говорящих стала специализироваться на подобной службе. Ряд людей находил подобную деятельность ненужной и приносящей боль. Но большинство считало, что их жизнь вполне достопочтенна, и, несмотря на все свои ошибки, после смерти Говорящему будет что сказать от их имени.

На Земле подобная деятельность прочно закрепилась в жизни, превратившись в своеобразную религию. А для тех, кто бороздил космические просторы и жил собственной жизнью в туннелях королевы пчел, собирал урожай с ее полей, она превратилась в единственную религию. Ни одна колония не существовала без Говорящего от Имени Мертвых.

Никто не знал и не хотел знать, кто был первым настоящим Говорящим. А Эндер и не стремился афишировать себя.

Когда Валентине исполнилось двадцать пять лет, она закончила последний том истории войны с баггерами. В конец своей книги она включила полное изложение маленькой повести Эндера, но не указала, кем она была написана.

Вскоре по ансиблу ей пришел ответ от древнего Гегемона, Питера Виггина. Ему было семьдесят семь лет, и сердце его явно сдавало.

— Я знаю, кто написал ее, — сказал он, — если он сумел сказать от имени баггеров, то я уверен, что он сможет сказать и от моего.

Много часов по ансиблу шел разговор Питера и Эндера. Питер рассказывал историю своей жизни, своих преступлений и благих дел. После его смерти Эндер написал вторую книгу и снова подписал ее Говорящий от Имени Мертвых. Эти книги объединили в одном издании и выпустили под единым названием «Королева пчел и Гегемон».

— Пошли, сказал он однажды Валентине. — Давай улетим отсюда и будем жить вечно.

— Но это невозможно, — возразила она, — чудеса не могут превратиться в реальность, Эндер.

— Мы должны идти. Я здесь почти счастлив.

— Так оставайся.

— Не могу. Я хочу долго нести свою боль, я не знаю, смогу ли прожить без нее.

Они купили корабль и стали путешествовать от мира к миру. Где бы они не останавливались, он для всех представлялся Эндрю Виггиным, странствующим Говорящим от Имени Мертвых, она — Валентиной, Странствующим Историком. Она писала истории о живых в то время, как Эндер говорил за мертвых. И везде, и всюду Эндер возил с собой сухой белый кокон, тщательно подыскивая место, где бы королева могла проснуться и начать новую жизнь.

Он искал долгое время.