Кирилл Мошков - Победа ускользает Страница 77

- Это имперский фрегат.

- Он уже пятьдесят пять лет назад выведен из состава имперского флота.

Ответа не было около минуты. Потом на экранах в рубке фрегата появилось изображение пожилого, очень массивного и грозного с виду смуглого бородатого человека, чья голова по обычаям Станции была покрыта капюшоном форменного бурнуса. Таук, Гонта и Лорд, много знавшие о Толимане, переглянулись: это был, судя по золотой кайме на капюшоне, сам Начальник Станции, старейшина ее древнего экипажа-семьи.

- Приветствую посланцев Империи, Конфедерации и Телема, -- мрачно сказал старейшина. -- Я получил сообщение о ваших полномочиях от Его Галактического Величества, от господина Президента Галактического Совета и от господина временного Президента Телема. Сожалею, что не могу дать вам стыковку.

Реостат тоже хорошо знал, кого видит на экране.

- Обращаю внимание Вашего Превосходительства господина Начальника, -- произнес он с отменной вежливостью, которая вряд ли кого-то смогла бы обмануть, -- что наши полномочия --особогоуровня, и выобязаныдать нам стыковку. Вы, господин Начальник, -- тут в голосе Рыцаря убавилось вежливости, зато прорезался уничтожающий сарказм, -- должны меня хорошо помнить. Я -- Реостат-Рыжий. Надеюсь, вам не надо напоминать, как я в двадцать третьем брал приступом ваш кабинет? Нужны ли вам другие доказательства того, что, если нам будет отказано в стыковке, мы точно так же возьмем штурмом весь ваш гадючник, причем не менее эффективно, чем это сделал тогда я один?

Ким за спиной капитана ухмыльнулся: он вспомнил, как Реостат вернулся тогда на борт своей ракеты -- встрепанный, ободранный, в синяках, но очень довольный.

- Все понимаю, -- мрачно ответил Начальник Станции, -- но...

Легин поднялся и принялся застегивать скафандр.

- Ёсио, пора опять проделать тот трюк, -- сказал он буднично. -- Сможешь вывести нас впятером в один из залов ожидания Станции?

Сакамото кивнул и тоже встал.

- Слышите, господин Начальник? -- вкрадчиво спросил Реостат. -- Через несколько минут у вас на борту будет наша спецгруппа. Они выйдут к вам по секретному гиперпространственному туннелю. В один из залов ожидания. Их, насколько я помню, на Станции девяносто?

Изображение на экране пропало. В эфире воцарилась напряженная тишина. Пилот фрегата несколько раз окликнул диспетчерскую Станции Толиман. Ответа не было.

Тридцатикилометровый волчок Станции Толиман, светящийся во тьме сотнями красных и желтых габаритных огней, медленно поворачивался перед ними за прозрачной броней главной рубки фрегата. В плоскости диска Станции в поле зрения одновременно находилось не менее полудюжины кораблей разного размера и класса, стыкующихся с пересадочными узлами или отходящих от них. На концах верхнего и нижнего конусов, образовывавших ось вращения этого огромного волчка, ослепительно сияли знаменитые зеленые маяки, которые в хороший телескоп можно было различить даже из Космопорта ни расстоянии двух световых лет.

Легин медлил, глядя на Станцию. Остальные четверо уже ждали его в задней части просторной рубки, за спинами полетной группы, где, как обычно на кораблях такого класса, было свободное пространство.

- Пора, Таук, -- сказал сзади Лех Гонта.

Легин поднял руку в останавливающем жесте.

- Уже все. Уже не надо. Смотрите.

На нижнем конусе Станции Толиман погас зеленый маяк, горевший восемьсот лет -- с тех пор, как к Станции для размещения растущего экипажа пристыковали два списанных имперских дредноута, образовавших нижний и верхний конусы гигантского волчка. От основания конуса, упиравшегося в центр нижней поверхности диска, в Пространство хлынули слабо светящиеся потоки замерзающих газов.

Сначала никто не понял, что именно они видят. Потом кто-то в полетной группе вполголоса предположил:

- Катастрофа? Разрыв корпуса?

- Так вот где они гнездились все это время, -- задумчиво произнес Гонта, выходя вперед, к капитанскому посту, и останавливаясь плечом к плечу с Легином.

- Да, вот и ответ, -- отозвался Йон, приближаясь. -- И что же, ни вы, ни УБ не предполагали этого?

Гонта и Таук переглянулись и сказали:

- Нет.

- А я почему-то именно так и думал, -- сказал, подходя, Ким. -- То есть не почему-то. Я, в общем-то, знал. В двадцать третьем у меня был хрустальный шар -- мощный детектор биоэнергетики. Так вот в нижних ярусах Станции Толиман он у меня непрерывно горел зеленым -- чуть ли не ярче, чем в Цитадели Хозяина.

- Помню-помню, -- ехидно подал голос из своего кресла Реостат и довольно похоже передразнил слегка гнусавый выговор Кима: -- "Мне тут не нравится! Тут гоблины кругом! Надо валить отсюда, пока нас не взяли за жабры!".

Ким засмеялся.

Тем временем нижний корпус Станции Толиман, конус километровой высоты, уже полностью отделился от основания главного диска, и стремительно рассасывающиеся потоки газов стравления, ионизируемые каким-то мощным энергетическим процессом, красиво светились между ним и Станцией розовой и зеленоватой вуалью.

Подошедший к стоящим Ёсио, полузакрыв глаза, покачался несколько секунд взад-вперед, мысленно ощупывая что-то невидимое, и сказал:

- Если нам нужно попасть на эту отделяющуюся часть, я не смогу. Я не вижу там точки выхода. Там толщина брони не менее трех метров, а вся внутренняя структура чем-то очень хорошо заэкранирована.

- Точно не сможешь? -- вполголоса спросил его Ким.

Ёсио с сожалением кивнул.

Включились экраны связи. На них снова был Начальник Станции -- неузнаваемо изменившийся. Его толстые щеки, встопорщив усы и бороду, расплывались в медовой, масляной улыбке так, что почти закрывались глаза.

- Любезнейший капитан Кригер, -- сладким голосом начал Начальник. -- Добро пожаловать на борт Станции Толиман. Мы ждем и Вас, и Ваш драгоценный экипаж, облеченный столь доблестными полномочиями. Предлагаем вам на выбор следующие стыковочные узлы...

- Начальник, -- перебил его Реостат, -- ты помнишь, что я тебе сказал на прощание в двадцать третьем?

- Не помню, -- сахарным голосом проблеял Начальник.

- Так я тебе напомню, -- мрачно каркнул рыжий капитан. -- Я тебе сказал: "Fuck ya!".

И он отключил связь со Станцией.

- Мы так и будем смотреть, как эти уроды уходят? -- сказал Йон в пространство.

- А что мы можем сделать? -- пожал плечами Реостат. -- Тут не то что нашей огневой мощи, тут всей флагманской эскадры Пантократора не хватит. Смотри сам, это же чистый экстрано-титан, Ёсио говорит -- метра три толщиной. А размеры этой штуки? Длина около километра, диаметр у основания конуса -- почти триста метров...Это, брат, настоящий дредноут, таких теперь уже не делают. Видишь газовую вуаль? Она светится. Знаешь, что это означает?

- Разгоняют прямоточный инерционник?

- Точно. Сейчас они часок будут раскочегариваться. За это время ни мы, ни кто-либо другой в этой части Галактики им ничего не сможет сделать, а они силой первоначального толчка отдрейфуют километров на сто-двести вниз к Югу, потом запустят машину, наберут подгиперную, и ищи-свищи.

Легин пожал плечами и расстегнул горловину скафандра.

- Да, похоже, что так. Придется их пока отпустить. Лех, что сердишься? Не на кого сердиться. Мы тут не справимся. Давай, вызывай своих. Надо, чтобы и ваши, и наши успели договориться с Объединенной Службой Слежения. Ничего, отследят, найдут, с того края мира достанут...

Не договорив, гренадер отошел в сторонку, проделывая какие-то манипуляции со своим браслетом-регистром, вытянул из-под воротника веббер, прижал к уху и углубился в мысленный разговор. Подполковник Гонта точно таким же жестом вынул из-под ворота сенсор цефалопада и отвернулся, устанавливая связь.

Ким Волошин подошел к просторному капитанскому креслу и присел на верхнюю, мягкую часть подлокотника, стараясь не задеть управляющие поля на его конце.

- Уходят, -- сказал он, обращаясь к Реостату. -- Опять они ускользнули, дружище. Это какой у тебя раз?

- Третий.

- И у меня.

- А что у тебя было вторым?

- Тролль Хо.

- А-а... ты и там побывал...

Ким кивнул и взглянул на Йона и Ёсио. Эти двое стояли почти у самой брони и уже не смотрели на медленно удаляющийся исполинский конус штаб-квартиры "Движения", отстыковавшийся от Станции Толиман. Ёсио показывал рукой куда-то далеко, вверх и вправо в сторону Галактического Запада.

Ким подошел к ним.

- Ищете Пеллинор и Акаи?

Они обернулись к нему.

- Только направление, -- ответил Йон. -- И то приблизительно. Отсюда не увидеть. Слишком далеко.

- Надо домой, -- объяснил Ёсио. -- С тех пор, как мы позавчера ночью побывали на Акаи, мне нет покоя. Как видно, мои земные и небесные пути слишком тесно связаны с этим миром, хоть он и находится так далеко отсюда.