Трилогия: Небо Титана, Небо Земли, Небо над моим домом - Макс Максимов Страница 86

— А что он такого спрашивал?

— Про измену. Что делать, если жена решит ему изменить.

— В смысле? Он просто так, ни с того ни с сего, подошел к тебе и спросил это?

— Да! Это было спонтанно, на улице. Подошел и спросил. При чем тут вообще я? Мы не являемся близкими друзьями, чтоб обсуждать такие вещи. И зачем… да вообще… вся эта ситуация… это был какой-то бред.

— А ты что ответил?

— Я немного растерялся… потом подумал, что это какая-то шутка, но он смотрел на меня так пристально, серьезным взглядом, знаешь, будто я любовник его жены. Я сказал: если изменит, то разводись, и хотел идти дальше, но он пошел за мной и продолжил разговор. Спросил: что бы я сделал? Я сказал, что не знаю, я уже десять лет как не женат, ну и, наверное, разошелся бы. Он спросил: а если бы не разошелся? Тут я понял точно, что он не в себе. Я остановился, говорю: Лео, у тебя все в порядке? А он, будто не заметив моего вопроса, снова спрашивает: что делать, если жена ему изменит. Я предложил ему поговорить об этом у меня в кабинете, но он отказался и резко переменился в лице, будто его отпустило от навязчивых мыслей. Он просто развернулся и пошел куда-то.

— Ну и дела, — Жорж налил воды в керамическую кружку, — психические болезни нам тут лечить пока нечем. До строительства фармацевтических фабрик еще далеко.

— Я об этом даже и не мечтаю.

— У тебя есть какие-то соображения на счет Данте и Лео?

— Да какие тут соображения? У них проявляются симптомы психического расстройства, но дело не только в Данте и Лео. Беда — в целом. — Стив с тоской вздохнул. — Мне тяжело, Жорж. Ко мне приходят люди… Многим я могу поставить точный диагноз, еще большую часть надо отправлять на диагностику. И я знаю, как лечить ту или иную болезнь. Но в наших условиях средства лечения будут созданы еще очень не скоро, возможно даже не на нашем с тобой веку. А я смотрю на этих людей и развожу руками. В глаза им смотрю и говорю, что мне нечем вам помочь. Для врача это просто катастрофа. Это ощущение собственной бесполезности одолевает меня. И вот на днях прибавилась еще категория, которую я не в силах лечить, — психические заболевания.

— В этом нет твоей вины.

— Я понимаю, но знаешь…

Крик с улицы прервал диалог.

— Вызовите полицию! Кто-нибудь! — кричала женщина. — Там убили! Убили Бриджит!

Без лишних слов Стив и Жорж выскочили на улицу. Стив, как только услышал имя жены Леонардо, сразу все понял. Женщина, которая звала на помощь, остановилась возле врача. Из соседних домов вышли люди.

— Скорее, за мной… о господи… — женщина плакала и тараторила. Вопли ее проскакивали сквозь одышку. — Она на столе! Там воняло так, что мы думали — испортилось чего…

Женщина направилась в сторону дома Лео. Но уже не бегом, а быстрым шагом. Стив и Жорж шли следом.

— Что вы видели? — спросил Стив.

Жорж выловил взглядом случайного человека и крикнул:

— Полицию! Полицию зовите! Чего вы стоите-то?!

За женщиной, Стивом и Жоржем увязалась вереница жителей.

— Я пошла к Бриджит, — запыхавшись, говорила женщина, — стучу ей. Не открывает. Я дом обошла, а там в окне она на столе лежит! О господи боже мой…

— Вы видели Леонардо? — спросил Стив.

— Он в доме, вы сейчас сами увидите. Он там сидит… Боже всемогущий… за что все это нам… Бедная Бри…

Свернули с главной улицы в переулок. Дом Леонардо и Бриджит был по правую руку.

— Сюда, сюда, — женщина зашла за угол их дома.

В окне Стив увидел лежащую на столе Бриджит. Тело ее раздуло из-за аутолиза, иначе говоря, из-за самопереваривания: бактерии уничтожали ткани, и тело вздувалось от внутренних газов. Даже на улице стояла невероятная трупная вонь.

Двое подоспевших полицейских выломали дверь. Они были вооружены ножами. Стив и Жорж смотрели на полицейских сквозь окно, оставаясь на улице и не решались зайти в дом из-за удушливого трупного газа. Одного из полицейских начало рвать. Он выскочил из дома. Стоял возле двери, тяжело дыша, сморщив лицо и ссутулившись, приглядывал за своим коллегой. Коллега крикнул Леонардо, чтоб тот лег на пол и убрал руки за спину, но Лео сидел как восковая фигура. Перед Лео стояла тарелка с какой-то жидкостью. Бриджит лежала на спине на столе таким образом, что голова ее была запрокинута и лицо ее было направлено на мужа. Казалось, они смотрели друг другу в глаза, а вокруг раздавалось мерзкое жужжание сотен мух, похожих на земных.

Леонардо арестовали и заперли в полицейском участке. Здание это было деревянным, но сами камеры для задержанных были сделаны из камней, а окна и двери закрывались металлическими решетками. В городе пока еще не построили морг с холодильными останкохранилищами, поэтому умерших старались хоронить как можно быстрее. Кладбище находилось за поселком возле леса. Бриджит похоронили практически сразу, разве что Стив успел осмотреть труп, чтоб выяснить причину смерти. А причиной стало несколько ножевых колотых ран в области груди.

Томас Шварц был назначен Мингли главным полицейским поселения. Жители в шутку его звали шерифом. Шварцу было пятьдесят семь лет, и должность свою он получил неспроста. Томас всю жизнь на Земле проработал полицейским и дослужился до начальника одного из отделов полиции в Берлине. Конечно же, речь идет о земном оригинале Томаса, но суть от этого не меняется.

На допрос Леонардо Томас пригласил Стива и Мингли. За дверями полицейского участка толпились любопытные граждане. Лео сидел на кровати и безразлично смотрел сквозь прутья решетки на Стива.

Глава 4. Космический гигант

— Какие еще могут быть варианты, — рассуждал вслух Юра, — бежать отсюда только потому, что их послания кажутся мне странными? А куда бежать? Лететь нам больше некуда. Мы же не можем выбрать произвольную звезду и полететь туда в надежде, что к тому времени, как мы прилетим, там будет разумная цивилизация и нас встретят, вылечат и оставят жить, а их планета по чудесному стечению обстоятельств будет такая же, как Земля. Глупости.

Элли продолжала перехватывать сообщения одинакового содержания — «Где вы?», «Мы вас не видим», «Покажите себя». Юра попросил не озвучивать их.

— У нас есть два варианта, — продолжал размышлять Гречкин, — или лететь к ним, или…