Уходя Гасите Всех I, или Инженер против VI - Яр Красногоров Страница 20

Мы одновременно с ним расплылись в улыбке и, не сдержавшись, стали ржать во все горло на глазах у удивленных людей, что уже успели набиться в это помещение, дабы посмотреть на мою экзекуцию.

— Наконец-то хоть один человек это заметил! — сдавленно выдавил я, поднимаясь с колен.

— От меня ничего не ускользает, даже то, что формат Ватмана — это А1, а не А3, но ватманом обычно называют практически любую плотную бумагу для черчения, так что… от меня ничего не ускользает, — повторялся он и щелкнув пальцами, махнул воину из третьего.

Мужчина, не церемонясь, толкнул нас в сторону поставленных офисных кресел. Приземлив уже самостоятельно свою пятую точку, я увидел, как высокая блондинка с ледяным взглядом уселась в кресло напротив и, закинув ногу на ногу, достала планшет и стала что-то там бегло искать глазами.

— Проблема в том, Ватман, — продолжил Рэм, — что ты не в Готеме, ты в Цитадели. И у нас есть правила, которым должны подчиняться все, — он перевел свой тяжелый взгляд на побитого Кофемана. — И вот какая ситуация: кроме тебя, — он указал в мою сторону, — эти правила не нарушил никто, но! Осадочек, как кофейная гуща, от ситуации имеется! Этим нарушением дисциплины вы отвлекли меня от важного дела, которое касается всей Цитадели, но я с этим разберусь, так что сперва надо быстро разобраться с этим конфликтом.

Кофеман дернулся, чтобы что-то сказать…

— Молчать! — криком оборвала его блондинка. — Никто вам не говорил, что нам нужны ваши слова! — её голос тут же вернул меня с небес на землю, дав понять, что, несмотря на юмор Рэма, сейчас нас будут наказывать и возможно даже ногами…

— Спасибо, Эльвира, — спокойно произнес председатель. — Так и о чем это я, ах да! Наша дорогая глава второго рубежа права, ваши слова не нужны, тем более, что мы их уже слышали! — он махнул пальцами, и блондинка развернула экран, на котором было видео с камер центральной площади.

Присмотревшись, я увидел с разных ракурсов сперва наш спор с Кофеманом, затем, как Аня что-то прошептала у меня над ухом, а затем и момент, где у меня падает планка и я точным ударом кулака в челюсть тушу свет в его кабине и отправляю мужика на землю, после чего накидываюсь сверху и начинаю его мутузить секунды две или три, после чего мощный пинок стальной ноги, усиленной приводами, отправляет меня в свободный полет. От одного взгляда на то, как я, подобно мячику залетаю под скамейку и бьюсь спиной, у меня больно заныла поясница.

— Что мы по итогу имеем, — сложив руки вместе, произнес парень.

— Товарищ председатель!!! — раздался крик из распахнутой двери. — Товарищ председатель!!! — обернулись все, в том числе и я.

Мои глаза широко распахнулись от удивления, когда я увидел ввалившегося в помещение Александра Степановича!!!

*сноска от автора. После того, как мне подсказали, что Ватман, читается как Бэтмен, только русскими буквами, у меня стало двоится в глазах от имени персонажа. А учитывая Визарду с Ватт Мэном у меня получилась трехходовочка с именем. Действительно А3! Благодарность за подсказку с чехардой Павлу Кабаргову, а за ник персонажа Никите Гурову.

Глава 8

— Товарищ председатель!!! — прокричал старик. — Атри хороший парень! Не выгоняйте его!

— Это ещё кто⁈ — удивившись не меньше моего, произнес Рэм.

— Александр Степанович! — представился старик. — Сосед этого бедолажного, — он кивнул в мою сторону. — Пришел поддержать побратима и сказать, что он хороший парень.

— Ах, поддержка! Что ж вы сразу не сказали⁈ «Мы с Тамарой ходим парой»! Прикольно! Минус трудчас тогда и группе поддержки! Родион, — обратился Рэм к воину из третьего, — покажи этому шпиону, где он может отработать то время, на которое меня задержал. Пусть будет знать, что руководство может и без его подсказок разобраться, кто прав, а кто виноват.

Страж порядка ударил кулаком в грудь и, шелестя приводами, направился к моему соседу, продолжавшему твердить, что я хороший парень. Меж тем Родион проявил уважение к старости и лишь указал Степанычу на выход, а не вышвырнул того, как умеет.

— Он хороший, нормальный парень! — крикнул старик напоследок в закрываемую за ним дверь. — Нормальный! — донеслось из коридора.

— Родион, — кивнул Рэм вернувшемуся воину, — пока мы заняты, выясни, как этот шпион сюда проник, и сделай доклад!

— Да, председатель, — ударив кулаком в грудь, он вышел из помещения.

— Итак, что там у нас, — Рэм повернул к себе точно такой же наруч, как и у блондинки с косой. — Ого, Эля, ты видела⁈

— Да вот же, смотрю! — она едва заметно махнула планшетом. — Прикольно, что люди так отреагировали.

— Ага, значит так, — он посмотрел на нас, — опишу ситуацию вкратце. Наш темный рыцарь помял физиономию Павла. Помял не просто так, а за слова. Неприятные для меня слова, если честно, — былая легкость в интонации Рэма пропала, и голос зазвучал с уже знакомым мне металлом. — Слова, которые недостойны поведения гражданина, — кофеман хотел было что-то возразить, но председатель взглядом приковал его к месту и продолжил, — при этом «НЕ» гражданин Атри, прямо перед тобой цитировал наш устав, который ты поклялся чтить, соблюдать и совершенствовать!

— Товарищ… — пропищал Павел.

— Молчать!!! — гаркнул Рэм так, что от его голоса дрогнула даже хладнокровная Эльвира. — Значит, как кричать на баристу: «Ты че, ахуел, что ли⁈» — голосок у нас не дрожит, а как отвечать за слова, так сразу «товарищ»… — он покачал головой. — Самое, знаешь, что прикольное, Паша? Мнение Атри разделяют семьдесят два процента граждан, — он кивнул головой блондинке, и та в подтверждение его слов повернула планшет и продемонстрировала нам пост из местной соцсети. — Триста пятьдесят два лайка, восемьдесят комментариев, и что самое интересное! Семьдесят процентов вовлеченности! И знаешь, что мне подсказывают цифры⁈ — Рэм повернул свой наруч к себе. — На дежурствах сейчас, следовательно, и тех, кто не может пока зайти в наш чат и посмотреть ролик, находится… угадаешь, сколько людей⁈ Верно! По заплывшим глазам вижу, что правильно посчитал! Но это ещё не всё! Анкета Атри за этот поступок набрала уже двадцать три очка понта! А он ещё не стал гражданином Цитадели! Короче, к чему я это всё веду: как видишь, Павел, поступок некрасивый ты сделал. Наши граждане оценили его соответствующе. Следовательно, такой поступок должен быть наказуем,