Паяцы - Максим Бодров Страница 24

Произносит с юмором, но глаза не смеются.

Вопреки моим и явно высказанным, и немым возражениям хозяин помещения разливает кипяток по двум небольшим изящным чашкам. Чашки самые обычные, белые, с розовым цветком на боку.

— Вы извините за спартанскую обстановку,– как ни в чем не бывало, продолжает новый знакомый,– сами понимаете, форс-мажор, кабинетов на всех не хватает, для опроса и анкетирования задействованы все сотрудники. Работать приходится едва ли не круглосуточно, старую гвардию из числа заслуженных пенсионеров даже привлекли.

— Ах, вот как это называется,– стараясь не допускать сарказма в тоне, тяну я, переосмысливая в уме поговорку «бывших чекистов не бывает».

— Да,– собеседник достает пару конфеток, располагает их на блюдце аккуратно, будто сапер мины.

Запах заварки специфичный и насыщенный, словно я оказался на кавказской кухне в разгар готовки.

— Может быть, перейдем сразу к делу?– все же не выдерживаю я. Что ни говори, не каждый день попадаю на допрос к сотруднику госбезопасности.

— К делу, так к делу,– Иван Алексеевич открывает небольшой ноутбук, пальцы выбивают дробь на клавиатуре.

Вопросы простые. Фамилия, имя, место работы, количество полных лет. Как в поликлинике.

Состав семьи, кто из родственников, близких друзей или просто знакомых оказался в числе «избранных»? С последним у меня не густо. Пожалуй, что и нет никого.

Интервьюер простреливает меня проницательным взглядом, оценивая правдивость ответа. Удовлетворенно кивает.

— Отлично! А теперь расскажите вкратце о вашем личном опыте посещения стартовой локации или гекса!

И вот тут начинается непонятное. Нет, я и не думал запираться. Но стоило мне попытаться открыть рот, как челюсти и язык свело судорогой. Я пытаюсь начать рассказ еще раз. И еще. Результат один и тот же.

Странно, но подобное поведение, похоже, вовсе не удивило оперативника.

Меня же реакция организма на простое действие ввергает в тихую панику. Сердцебиение ускоряется, кожа покрывается липким потом. Нахожу взглядом зеркало и пытаюсь натужно улыбнуться отражению. Говорят, если у человека случается инсульт, то улыбка выходит ассиметричной, кривой. Вдруг посещение иной реальности не прошло даром для моего не слишком-то юного мозга? Тогда что? Но вроде бы тревога ложная. Улыбка как улыбка. Только не дюже приветливая.

— Постарайтесь не волноваться, Владислав Егорович,– собеседник пододвигает ко мне блокнот, кох-и-норовский, остро заточенный желтый карандаш.– Изобразите, пожалуйста, что вы видели. Как умеете, нарисуйте.

Я принимаюсь, было, воспроизводить по памяти мост, валун, мордочку фенька.

Но всякий раз, стоит грифелю прикоснуться к бумаге, запястье скручивает, и на разграфленном листе появляется сразу несколько хаотичных штрихов. Заканчивается предприятие тем, что я доблестно обламываю грифель, не рассчитав усилия.

Иван Алексеевич, невозмутимо подобрав отброшенный карандаш, вставляет его в точилку, исполненную в виде рубинового полупрозрачного самолетика.

— Теперь, надеюсь, не откажетесь от чашечки ароматного?

Я легко подхватываю чашку за тоненькую дужку. Рот послушно открывается, язык, губы, гортань разом приходят в норму, превратившись из сплошного гранитного монолита в привычные части тела.

— Наши общие друзья весьма трепетно относятся к своим маленьким секретам,– в голосе офицера ни намека на раздражение или недовольство.

— Не ожидал от них,– немного севшим от волнения голоса откликаюсь я.

— А мы постараемся их немножечко,– оперативник вкручивает указательный палец по сложной спирали в воздух,– перехитрить.

— Это как?

Чай отдает ментолом, чабрецом и чем-то незнакомым, но терпким.

— Знаете такую компанейскую забаву, когда один товарищ показывает что-то в режиме пантомимы, а остальные пытаются отгадать?

— Предлагаете начать?

— Попробуем. Ваш уровень в игре?

Я добросовестно растопыриваю обе пятерни. Поджимаю оба больших пальца. Спрашивающий удовлетворенно кивает, забивая данные в ноутбук.

— Количество предложенных к освоению навыков. На нужном варианте ответа кивните. Больше десяти, но менее двадцати? От двадцати до тридцати? От тридцати и выше? Сейчас я буду перечислять, а вы кивните один раз, если навык предлагался к освоению и два раза, если навык до сих пор у вас в библиотеке.

«А умно»,–подумал я,– собрать базу потенциально одаренных'.

Слушать внушительный список оказалось очень скучно. Чтобы хоть как-то развлечься, я, допив чай с конфетой, принимаюсь изощряться в различных способах складывания плотного фантика.

— Сколько профессий вы приобрели?

Указательный палец вверх. Одну.

— Авгур? Агроном? Акробат? Арбалетчик? Артиллерист?

Я жестом останавливаю служивого, и, как могу, изображаю пантомимой человека, забрасывающего удочку.

— Рыбак что ли?– недоверчиво переспрашивает он.

— Угу.

После ответа интерес офицера ко мне заметно подувял. Понятно почему. Его конторе, прежде всего, нужны люди целеустремленные, амбициозные. В дальнем прицеле имеющие виды если не на мировое господство, то хотя бы на командование ротой. А тут я. Грибник и рыболов.

Иван Алексеевич добросовестно завершает процедуру опроса, взяв традиционную для его ведомства подписку о неразглашении, и, для виду поинтересовавшись текущим состоянием здоровья, отпускает меня с Богом.

Выхожу из здания слегка взмокший. И тут же меня подхватывают под локоть.

— Здравствуй, милый!

У Гали глаза блестят, одновременно от слез и радости встречи. Переживала, конечно, переживала. Кирилл, Антон,– оба сына здесь! Хорошо!

— А как вы узнали, когда я…

— Так ведь, как площадь оцепили, всех вернувшихся сюда везут!– вступает Кирилл,– ну а мы, значит, дежурим. По очереди, со вчерашнего вечера. Сейчас Антошкина смена, он, как тебя увидел, маме позвонил. Она– мне, и пока ты… опрос социологический… проходил, мы на такси и приехали. Пошли, водитель ждет!

— Пошли!– весело соглашаюсь я.

Но уже у дверцы авто меня окликнули.

— Уважаемый!

Патлатый парень, навскидку лет двадцати, в кожаной проклепанной размахайке, с тоннелем в ухе, стоит у багажника.

— Не хочешь к нам присоединиться… в следующем гексе?

— К кому это «к вам»?– вырывается само собой, необдуманно.

— Шакил, я, Лярва,– из-за спины лидера показывается долговязый смуглый юноша и девушка-кнопка с волосами