Возрождение феода - Дмитрий Дорничев Страница 51

Вскоре битва закончилась, Таркис Арри упала на колени с серьезной раной в животе.

— Грязные ничтожества. Пусть мы умрём, но на наше место придут другие. Помните мои слова! — Алли прокашлялась кровью и потеряла сознание, однако в этот момент словно из коридора выбежала Железный Маршал с группой солдат, они как будто весь бой стояли в сторонке и ждали кто победит.

— Ты поставил их на место Вершитель. Впечатляюще! Напомни мне перестать недооценивать возможности Вершителя судеб. — Со смехом сказала Маршал.

— Стояли всю битву в сторонке, а теперь пришли делить лавры? Огорчу вас, я с кровью отбил Зал Вознесения. Это место, Шпиль, долина — все они теперь МОИ. Исчезните с глаз долой.

— Вершитель! Я знаю, как могут захлестывать чувства после боя. Но думай же, что говоришь. Легион Опальных держал эту долину в осаде на протяжении двух циклов. И если ты серьезно… то мне придется отдать приказ, который я отдавать не хочу.

— Ты стояла и смотрела как я проливаю кровь, всё же правду говорят хористы, что легион — это сборище трусов.

— Сначала Хор, теперь — Вершитель. Сомкнуть щиты, убить всех! — Маршал отдала приказ роте солдат атаковать и завязался новый бой. Однако в этот раз в бой вступила Атли, маг приливов, хоть рядом не было воды, но она всё равно показала недюжинною силу своих заклинаний.

Сражаться с Опальными было тяжело, у них была великолепная командная работа, прочные доспехи и вездесущая стена щитов. Однако солдаты были уставшими, многие были ранены после боя с хором и гвардией перед крепостью. А еще многие почти не спали ночью…

Барик был шокирован происходящим он не хотел поднимать меч против собратьев, однако это не Вершитель напал на Опальных, а они на него. В итоге после некоторых сомнений Барик также вступил в бой на стороне Вершителя.

Благодаря заклинаниям Лантри и Атли, строй Опальных был разбит, чем сразу же воспользовались Мирослав с Фугой. Он подкинул её в воздух на три-четыре метра и рванул в дыру в их стене щитов, мгновенно убив двоих, в тоже время с неба посыпались стрелы, что разили по незащищенным местам солдат. Габариты Мирослава помогали ему раскидывать врагов и давать ни них массой, что очень пригодилось в прорыве обороны.

Приземлившись на ноги, Фуга также ринулась в ближний бой. Битва была жестокой, но в конечном итоге осталась одна Железный Маршал Эрениос. Маршал храбро сражалась, а удары её двуручного меча даже Барика заставили получить немало боли, но всё же её сразила комбинированная атака Мирослава и Фуги.

Мирослав завязал сражение с Маршалом, а Фуга сделала обманный маневр после которого пнула Маршала по ноге и уронила на бок, Мирослав тут же воспользовался моментом и вонзил свой меч что был в правой руке ей в живот, а топором что был в левой руке рубанул по её руке, мгновенно отрубив. Однако крика не последовало, лишь невнятная речь.

— Не может быть… Это должно было стать мигом нашей славы! Предатель… всё так испортить… — Сказав последние слова Маршал скончалась, у всех присутствующих сразу появилось чувство легкости и свободы. То неприятное ощущение неминуемой гибели, что было у каждого живого существа в долине, с момента произношения эдикта, наконец-то исчезло.

— Я заявляю свои права на Зал Вознесения, пора покончить с этим эдиктом… — Мирослав внезапно ощутил толчок в грудь, вокруг него начал формироваться кокон тёплой энергии и тело начало подниматься в воздух, потом потоки магической энергии стали собираться с невероятной скоростью, создав маленькое солнце и в один момент вся эта энергия взорвалась, расходясь во все стороны сбив всех с ног и раскидав мертвые тела во все стороны.

Раздался грохот и часть каменной плитки развалилась, обнажив под собой магические символы, которые светились нежно синим светом. Сияние начало быстро разрастаться и охватило всех живых из находящихся в зале, а в следующее мгновенье все они оказались в другом месте.

Открыв глаза Мирослав увидел перед собой широкое пространство, открытое во всех направлениях, за исключением древних камней под ногами.

— Это ведь… — Лантри смотрит на горизонт, широко раскрыв глаза от возбуждения.

— Да, это точно Шпиль! Когда же в последний раз… — Лантри опускает взгляд за край. Ошарашенный высотой, он отходит назад.

— Кажется, меня сейчас стошнит…

— Как думаешь, у меня получится приземлиться на ноги, если я спрыгну? Конечно, долго я бы после этого все равно не прожила. — Сказала Фуга с интересом глядя вниз.

— Кайрос милостивый — что теперь? — Барик крутился по сторонам пытаясь увидеть, как можно больше через щели своего шлема.

Со всех сторон куда бы ни посмотрел Мирослав, виднелся далекий горизонт, с очертаниями гор. Реки и лес внизу вызывают в памяти карту Колодца Вендриенов, он быстро находит Матани, Иренев и все многочисленные водоемы региона.

— Действительно вершина шпиля! — Сказал Мирослав.

— Хахаха, я плюнула на облако!

— Кайрос милостивый… что происходит… Это трюк Голоса Нерата? — Сзади раздался голос Маршал.

— Воистину сила исцеления Аше невероятна. — Прокомментировал Мирослав, увидев, что Маршал еще жива несмотря на смертельную рану.

— Эдикта больше нет, мы все почувствовали, как его не стало — уверен солдаты внизу тоже это чувствуют. И Архонты тоже.

— Так и есть. И я заявляю своё право на этот Шпиль.

— Нахальнее Гвардии Вендриенов. Высокомернее Голосов Нерата… Ты меня удивил сегодня, Вершитель судеб. Интересно, как Тунон отреагирует на твою дерзость.

— Можешь не хвалиться своим вероломством — я лично сообщу Аше… — Маршал осмотрелась вокруг.

— Когда пойму, как отсюда уйти…

— Спуститься — это самое простое ведь. — Хитро улыбнулся Мирослав, глядя на Маршал.

— Мы приложим к тебе записку и скинем вниз. — После этих слов, бледное от недостатка крови лицо Маршал, побледнело еще сильнее.

— Так эту суку! — Крикнула Фуга.

— Вершитель… — Неуверенно пробормотал Барик.

— Ладно, ладно. Шучу же, я не враг Опальным, заметьте это они на нас напали, а не мы на них. Потому мы будем смотреть не на то как Тунон отреагирует на мою дерзость, а на ваше нападение на его служителя, хех.

— Пройди в портал и передай мой сообщение.

— Когда я скажу, что ты меня отпустил, они решат, что я перед тобой в долгу. Но ты же