Эбби Грин - Брачный контракт с сюрпризом Страница 10

Казалось, что вот-вот разразится буря, но Килин старалась не отступать.

Джанни слегка усмехнулся:

– Ты хочешь, чтобы я отказался от такой ценной сделки, потому что ты слишком боишься перечить дорогому папочке?

Килин стиснула зубы:

– Никакой он не «папочка»! Не называй его так! – Будь он проклят за то, что задел ее за живое.

Джанни прищурился, изучая ее, потом вкрадчиво сказал:

– Может быть, нам стоит обсудить это с твоим отцом этим вечером?

Килин похолодела:

– О чем ты говоришь?

– Я организовал вечеринку в честь нашей помолвки. Она состоится этим вечером в пентхаусе «Харрингтон». Небольшой банкет для самых близких, чтобы познакомить тебя с моими друзьями и единомышленниками.

У нее пересохло во рту.

– Это так неожиданно?

Джанни попытался изобразить непонимание, но ему не удалось:

– О, мне очень жаль, bella, неужели я тебе не говорил?

– Нет, – ответила она, обомлев от страха.

Джанни улыбнулся:

– Пожалуйста, прости меня. Должно быть, я забыл. Твоя красота – как там говорите вы, англичане? – сбивает меня с толку…

Комплимент прозвучал настолько неискренне, что Килин даже поморщилась. Он говорил по-английски лучше ее.

– Зачем ты это делаешь?

Джанни проигнорировал ее вопрос. Вместо этого он сделал шаг вперед, отчего Килин обдало жаром.

– Твои родители – наши почетные гости, они уже летят в Рим. Я забронировал им люкс в «Харрингтон». Твоя мать сказала, что хотела бы посмотреть планы церемонии заключения брака и свадебного банкета.

Килин смотрела в эти бездонные темные глаза, замерев в ужасе. С каких это пор родители интересуются ее планами? И Джанни был в сговоре с ними…

– Как ты посмел это сделать, не посоветовавшись со мной?

– Я посмел, потому что ты намерена сделать из меня посмешище. Постараюсь тебе помешать, – отрезал он.

Неужели он так жаждал власти и денег, что намерен взять ее в жены? Даже зная, что она против? Килин была унижена, оскорблена и разочарована.

Она набросилась на него:

– Ты серьезно не задавался вопросом: почему совершенно незнакомая женщина согласилась выйти за тебя замуж? Ты так высокомерен? Так полон собственной значимости, что тебе это даже не показалось странным? – Не дожидаясь ответа, она продолжила: – Кто в здравом уме согласится выйти замуж за человека, связанного с мафией?

Джанни замер, словно хищник, почуявший свою добычу и готовый к прыжку. Он вынул из карманов руки, которые, как заметила Килин, были сжаты в кулаки. Она не на шутку испугалась.

– Я не связан с мафией.

Килин подавила в себе нерешительность:

– Но твой отец…

Он прервал ее:

– Мой отец умер, так что замолчи сейчас же! Будь ты проклята! – Не успела она и ойкнуть, как он сгреб ее в охапку и решительно поцеловал, словно каким-то образом прочитал ее мысли и узнал, что вчерашний поцелуй не выходил у нее из головы.

Она смогла высвободиться и, оттолкнув его дрожащими руками, прошептала:

– Я не хочу этого, не хочу тебя.

Рот Джанни скривился.

– Может, ты не хочешь быть в этой ситуации, но ты хочешь меня. А я хочу тебя. – Внимательно всмотревшись в ее побледневшее лицо, он прибавил: – Ты играешь в шахматы, Килин? Я ни за что не отменю свадьбу. Мне необходимо слияние наших компаний. Ты не можешь уйти, иначе останешься с носом. В шахматах это называется ничейным исходом.

Килин уже открыла рот, чтобы попросить его остановиться, но он поднял руку и посмотрел на часы на запястье. Когда он вновь взглянул на нее, в его глазах сквозил холод.

– Команда стилистов уже едет сюда, чтобы подготовить тебя к вечеринке. Я вернусь позже, и мы уедем вместе. Мы поженимся, Килин. У нас нет другого выхода. И если ты не начнешь смывать с себя маску, которую носила в течение последних сорока восьми часов, то я буду более чем счастлив отнести тебя в душ и помочь ее соскрести. По-моему, отличный план действий, не правда ли?

Глава 4

Когда Килин вышла из душа с розовой от пара кожей, на нее набросилась целая команда стилистов, которой удалось свести на нет все ее попытки выглядеть как можно вульгарнее.

Как неприятно было признавать, но теперь отражение в зеркале ей нравилось. Именно такой макияж и одежду она предпочитала до того, как перед ней возникла угроза потери личной независимости. Она была одета в темно-зеленое платье без бретелек, подчеркивающее цвет ее глаз. Мягкий шелк ниспадал до самых ступней, облаченных в туфли на высоком каблуке.

Она вернулась к своей привычной бледности и без обильного грима и загара чувствовала себя обнаженной. Вьющиеся от природы волосы блестящей волной падали на одно плечо. Легкий макияж подчеркивал широкие скулы и полные губы. Килин хотелось скривиться, глядя на свое отражение, но на самом деле она чувствовала странное волнение при мысли о том, что Джанни увидит ее такой, какая она есть на самом деле.

– Килин?

Вот и он. Она услышала, как Джанни уверенным шагом направляется к спальне.

– Килин, да поможет мне Бог, если ты еще не готова…

Он появился в дверях и тут же замолчал. Темные глаза оглядели ее с головы до пят. Килин залилась ярким румянцем, сердце гулко застучало в груди.

Сам он ради такого случая надел элегантный смокинг, придававший ему особую неотразимость.

– Я здесь, – отозвалась Килин.

Пройдя в центр комнаты, она сделала глубокий вдох, обрадовавшись тому, что их разделяло несколько метров. Когда она снова повернулась, Джанни последовал за ней и, прислонившись к дверному косяку, засунул руки в карманы и смерил ее взглядом.

Руки Килин сжались на сумочке, которая шла в комплекте вместе с платьем.

– Ну и ну… – протянул он тихо. – Я знал, что под всем этим искусственным напылением скрывается драгоценный камень, но даже не подозревал, насколько он окажется прекрасен…

Не зная, как реагировать, Килин сказала:

– Прибереги комплименты для женщины, которая когда-нибудь станет твоей настоящей невестой. Она их оценит.

Джанни отошел от двери:

– Cara, ты – единственная невеста, которая у меня когда-либо будет, поэтому пора тебе смириться с неизбежным: если только ты не уйдешь прямо сейчас, через две недели мы поженимся.

Ноги Килин горели от усталости и неудобной обуви. Окруженная красивыми и холеными людьми и целой командой официантов, разносящих напитки, она видела завистливые взгляды, которые бросали на нее другие женщины. Ей хотелось закричать: «Забирайте его! Он мне не нужен!» и одновременно выцарапать им глаза.

Он наклонился и сказал ей на ухо своим бархатным голосом:

– Твои родители уже здесь.

Она напряглась всем телом, и его рука на ее талии сжалась. Мать заключила Килин в крепкие объятия. Килин давно знала, что эти редкие проявления чувств были только для виду и без свидетелей не повторялись.