Счастье — это теплый звездолет - Джеймс Типтри-младший Страница 104

Джо открывает сауну-бокс, словно большую раковину моллюска, поставленную на попа. Внутри всякая техника. Наша девушка сбрасывает халат и шлепанцы, входит внутрь голая, без всякого смущения. С радостью. Она устраивается лицом вперед, подключает штекеры. Джо аккуратно закрывает дверь за ее горбатой спиной. Щелк! В боксе девушка ничего не слышит и не видит. Эта минута — самая неприятная. Но зато какая сладкая следующая!

Джо за пультом, по другую сторону стеклянной стены зажигается свет. Там комната, внутри все миленькое и розовенькое: девичья спальня. На кровати — шелковый холмик, с которого свисает золотистая коса.

Шелковое одеяло откидывается.

На кровати сидит самая хорошенькая девочка-подросток, какую только можно вообразить. Она ежится — порнография для ангелов. Поднимает обе тоненькие ручки, поправляет косу, оглядывается, полная дремотного очарования. Потом, не удержавшись, гладит свои маленькие грудки и живот. Потому что, понимаешь, это омерзительная Ф. Бёрк сидит на постели и гладит свое идеальное девичье тело, смотрит на тебя из сияющих голубых глаз.

Тут лапочка спрыгивает с кровати и бухается носом об пол.

Из бокса в полутемном помещении доносится сдавленный крик. Ф. Бёрк, пытаясь почесать подключенный локоть, запуталась в двух телах, связанных через электроды. Джо щелкает переключателями, говорит в микрофон. Заминка позади; все снова хорошо.

В освещенной комнате маленькая фея встает и, бросив чарующий взгляд на стеклянную стену, идет за прозрачную перегородку. В уборную, куда же еще. Она ведь живая девочка; а живым девочкам после сна надо в уборную, даже если их мозг — в боксе в соседнем помещении. А Ф. Бёрк не в боксе, она в уборной. Исключительно просто, когда освоишь учебный канал обратной связи, который позволяет дистанционно управлять нервной системой.

Попробуй сразу уяснить одно. Ф. Бёрк не чувствует, что ее мозг в боксе, она ощущает себя в прелестном девичьем теле. Когда ты моешь руки, ты же не чувствуешь, что вода льется на твой мозг? Конечно нет. Ты чувствуешь, что она льется на руки, хотя на самом деле «чувство» — скачки потенциалов в электрохимическом студне у тебя в черепушке. Импульс идет по цепи от твоих рук. Ровно так же мозг Ф. Бёрк в боксе ощущает воду на ее руках в уборной. Факт, что сигнал преодолел расстояние по воздуху, ничего не меняет. Если хочешь научным языком, это называется периферическая сенсорная проекция, и в тебе это происходит всю твою жизнь. Ясно?

Оставим кисулю обучаться самообслуживанию. Она заехала себе зубной щеткой в нос, потому что Ф. Бёрк никак не привыкнет к тому, что видит в зеркале.

Но постой, скажешь ты. Откуда взялась та девочка?

Ф. Бёрк задает тот же вопрос.

— Их выращивают, — объясняет Джо. Ему глубоко фиолетово, что происходит в биоотделе. — ПП. Плацентарные приемники. Видоизмененные эмбрионы, понимаешь? Потом вживляют импланты. Без дистанционного оператора это просто овощ. Посмотри на пятки — ни намека на мозоли.

(Он знает, потому что ему говорили.)

— А… ой, она невероятная.

— Да, хорошо сделана. Хочешь сегодня попробовать в режиме движения-говорения? У тебя большой прогресс.

И это правда. Отчеты Джо, а также доктора, медсестры, инструктора отправляются наверх к мужчине с густой шевелюрой — он медицинский кибертехнолог, но по большей части занят администрированием проекта. Его отчеты тоже отправляются наверх — в совет директоров ГВК? Ну конечно нет, ты что думаешь, это настолько большое дело? Просто его отчеты отправляются наверх. Суть в том, что они оптимистичны, очень оптимистичны. У Ф. Бёрк отличный потенциал.

Так что мужчина с густой шевелюрой — доктор Тесла — запускает несколько процедур. Например, у кисули должно появиться досье в Центральной базе данных. Обыкновенная текучка. И поэтапный план выведения ее на сцену. Это просто: маленькая роль в несетевой голографической передаче.

Следующий этап — финансирование и таргетирование. Сметы, согласование, координация. Проект «Бёрк» растет, штат увеличивается. И как обычно, возникает морока с именем — всегдашняя головная боль для доктора Теслы.

Решение находится нестандартным путем: внезапно всплывает, что инициал «Ф» у Бёрк — сокращение от «Филадельфия». Филадельфия? Астролог тщательно изучает каждую букву. Джо убежден, что имя интересное, узнаваемое. Девушка-семантик подкидывает ассоциации: братская любовь, колокол свободы, железная дорога, низкий тератогенез, бла-бла-бла. Уменьшительное— Филли? Пала? Пути? Дельфи? Это хорошо, плохо? Наконец имя Дельфи осторожно объявляют годным. («Бёрк» сменили на что-то незапоминающееся.)

Идем дальше. Мы на контрольной проверке в подземном комплексе — на пределе дальности учебного канала. Здесь густоволосый доктор Тесла, с ним два коммерческих персонажа и тихий благообразный пожилой господин, с которым доктор Тесла обращается как с горячей плазмой.

Джо распахивает двери, она робко вступает в помещение.

Их маленькая Дельфи, пятнадцатилетняя и безупречная.

Тесла представляет ее. Она по-детски серьезна: маленькая женщина, с которой вот-вот случится нечто замечательное; мы ощущаем ее трепет. Она не улыбается, но… она светится. Эта сияющая радость — все, что осталось от Ф. Бёрк, забытой плотской оболочки в боксе за дверью. Однако Ф. Бёрк не знает, что она жива, — живет Дельфи, живет каждым дюймом своего теплого тела.

Один из коммерческих персонажей похотливо ведет носом и замирает. Благообразный пожилой господин, которого зовут мистер Кантл, откашливается:

— Итак, юная леди, вы готовы приступить к работе?

— Да, сэр, — серьезно отвечает ангелочек.

— Посмотрим. Кто-нибудь тебе объяснил, что ты будешь для нас делать?

— Нет, сэр.

Джо и Тесла неслышно выдыхают.

— Хорошо. — Он буравит ее глазами, силясь проникнуть в слепой мозг за стеной.

— Ты знаешь, что такое реклама?

Он нарочно произносит грязное слово. Глаза Дельфи расширяются, она оскорбленно вскидывает подбородок. Джо на седьмом небе. Какие сложные выражения удаются Ф. Бёрк! Мистер Кантл ждет.

— Раньше людям говорили, что покупать. — Она сглатывает. — Это запрещено.

— Верно. — Мистер Кантл откидывается на стуле. — Реклама в своем классическом виде противозаконна. «Демонстрация продукта иначе как в его легитимной функции, нацеленная на увеличение продаж». В прежние времена каждый производитель мог нахваливать свой товар как, когда и где ему по средствам. Все СМИ и значительную часть пейзажа заполняли конкурирующие средства воздействия на потребителя; Затраты на них выросли настолько, что стали неэкономичными. Люди возмущались. После так называемого Закона о недобросовестном впаривании торговле осталась лишь, цитирую, демонстрация самого продукта в процессе использования либо приобретения. — Мистер Кантл подался вперед. — А теперь скажи, Дельфи, почему люди покупают один продукт, а не другой?

— Ну… — Прелестная озадаченность на детском личике. — Они… мм… видели, им понравилось. А может, слышали от кого-нибудь?

(Здесь проскользнуло влияние Ф. Бёрк: она не сказала «от друзей».)

— Отчасти. Почему именно ты купила свой конкретный бодилифтер?

— Я никогда не покупала бодилифтеров, сэр.

Мистер Кантл хмурится: на какой