Андрей Коннов - Прибытие Страница 24

– Этих сюда, в госпитализацию, – командует майор. Следующего вынесли на носилках. Это тоже мужчина, и у него скорее душевная травма, нежели физическая. Его глаза выпучены до невозможности, свои руки он крутит и сгибает, словно резиновый. А ноги… Как ему это удалось? Он ноги закрутил в узел (!), и врачи чуть в обморок не попадали, когда к ним привезли такого больного.

– Ск- к- кальпель? – спросил через дрожжь врач, – Сейчас посмотрим! – надевая перчатки сказал хирург, с явной крепкой психикой. Еще четверых вели за голову. Они, по словам очевидцев, попали под обстрел шинковалками. Каннибалам захотелось поохотиться… Ну а головы, это все, что от этих бедолаг осталось. И неизвестно, как они еще живы.

– М…м…м, пожалуй, в лабораторию, – почесав в затылке, скомандовал майор, посмотрев на этих четверых. Затем вышел Жмуриков, с оторванными руками, и выдернутым языком.

– Боже мой! – вздохнул Иван, увидев Жмурикова. Как сказали очевидцы, Жмуриков сделал это с собой сам, так как старался познать тайну безболия, и в итоге пришел к выводу, что все на земле чувствует физическую боль. А за ним вынесли тех, кого сожгли. Но удивительно-они остались живы!

– Где он?! – закричала женщина преклонных лет, бежавшая к автобусу, – Где мой внук?

– Он здесь, – тоскующим голосом сказал солдат, вынося младенца, которому месяц от роду. У него из головы торчала какая- то деревяшка, а сам он громко плакал, и старался своими ручками стряхнуть с себя кровь, покрывающая почти все его тело.

Конец ознакомительного фрагмента.