Алексей Калугин - Там (Город крыс) Страница 27

– Мейла! – воскликнул почти одновременно с ним Блум.

– Судя по вашему тону, мы с вами все же знакомы, – снова посмотрела на Блума женщина.

– Конечно! – радостно воскликнул Блум. – Мы виделись пару дней назад на приеме у Шейлисов! Я Блум!.. Стили Блум!..

Внимательный, изучающий взгляд Мейлы окинул Блума с головы до пят.

– Да, пожалуй, сейчас я замечаю определенное сходство, – признала она. – Однако на приеме вы выглядели совершенно иначе.

– Я тоже не узнал вас, Мейла. И даже Люц, который, наверное, видел вас неоднократно…

– Меня, почему-то, все сразу узнают, – Шейлис сделал вид, что обиделся.

То, что ситуация, к вящей радости обеих сторон, наконец-то прояснилась, вновь вернуло ему бодрость и присутствие духа.

– Заранее извиняюсь, Люц, но, как мне представляется, в этом тоже виноват инфор.

– Блум, это никому не интересно!

– Ну почему же, – возразила Мейла. – Я с удовольствием выслушаю господина Блума, если у него имеется объяснение тому, почему мы, будучи знакомы, не смогли сразу узнать друг друга.

– Называйте меня просто Сти, – предложил хозяйке Блум. – Или Блум, – как вам больше нравится. Только без всяких там «господ».

– Хорошо, – улыбнулась Мейла.

Блум предложил женщине кресло, после чего сам сел на стул неподалеку от нее.

Шейлис остался стоять рядом с книжной полкой. Бросив, как и Блум, рюкзак на пол, он сложил руки за спиной и оперся ими о стену. Благодаря ежедневным, хотя и кратковременным занятиям на домашних тренажерах, усталости после прогулки он почти не чувствовал.

Изложение своей теории Блум начал с легкого наклона головы в сторону Шейлиса.

– Да простит меня Люц, но причина того, что мы не можем узнать друг друга при встрече, кроется, как мне кажется, в инфоре. Насколько я могу судить, вы своим пользуетесь нечасто, – обратился он к Мейле, указав взглядом на выключенные экраны инфора.

– Только когда в этом возникает необходимость, – ответила женщина.

– Люц же свой практически не выключает. Я не хочу сказать, что общение с инфором превратилось для него в некую манию. Инфор необходим ему для приема пациентов, для работы с историями болезней, с различными справочными материалами… Да бог его знает, для чего он ему ещё нужен. Суть не в этом. А в том, что Люц, если пока ещё и не сросся, то уж по крайней мере весьма близко сроднился с инфором. На его экране он чувствует себя легко и свободно так же как и в жизни. Чего не могу сказать о себе.

– Честно признаться, мне тоже бывает несколько не по себе, когда я пользуюсь гостевым экраном инфора, – зябко повела плечами Мейла. – Поэтому я крайне редко принимаю приглашения.

– К тому же, собираясь на прием к Шейлисам и желая выглядеть не хуже других, я нашпиговал свой костюм имитаторами, что, несомненно, исказило мой внешний облик. То же самое, должно быть, произошло и с вами, дорогая Мейла.

– А как же Люц?

– Как я смог убедиться, зайдя в гости к Шейлису без посредства инфора, он цепляет имитаторы даже к своему нижнему белью.

– Серьезно? – Мейла изумленно посмотрела на Шейлиса. Внешний край её левой брови вытянулся в направлении виска.

– Вполне можно было обойтись и без живописания деталей, – глянув на Блума, недовольно буркнул Шейлис.

– Но ведь это правда! – с видом оскорбленной добродетели вытянул в его сторону руку Блум.

– И что с того?

– Мейла узнала тебя, потому что привыкла к твоему образу, искаженному имитаторами и инфором.

– Но сейчас-то на мне нет имитаторов!

– В самом деле, – Блум в растерянности провел кончиками пальцев по щеке. – Тогда в чем же дело?

– Ты у меня спрашиваешь, господин всезнайка? – Шейлис усмехнулся, довольный тем, что посадил приятеля в лужу.

– А ты знаешь ответ?

– Думаю, что да, – с самодовольным видом кивнул Шейлис.

– Ну, так не томи…

– Все дело в том, что я привык пользоваться гостевым экраном инфора. Я не напрягаюсь, принимая гостей или же сам отправляясь в гости. Поэтому у имитаторов и не возникает необходимости корректировать мой внешний облик. Он всегда такой, какой я есть на самом деле.

– Так значит ты все же признаешь, что имитаторы искажают внешность того, кто ими пользуется! – попытался поймать Шейлиса на слове Блум.

– Я сказал «корректируют», а не искажают, – ни на мгновение не смутился тот. – Имитаторы устраняют дефекты внешности. Это примерно то же самое, что сделать грязную скатерть чистой.

– Имитатор не может сделать скатерть чистой! Он всего лишь придает ей видимость чистоты!

– Но ведь для того, кто пользуется ею, главное, чтобы пятна грязи не раздражали взгляд.

– Не знаю, что является главным для тебя, но мне нужна чистая скатерть! Понимаешь, Люц, – по-настоящему чистая скатерть! А вовсе не та, что только кажется чистой!

– Я не призываю тебя пользоваться старыми и грязными вещами. Речь идет только о тех случаях, когда проще скрыть дефекты, нежели заниматься их устранением.

– Одну минуту! – громко произнесла Мейла, прерывая спорщиков, совершенно забывших как о ней самой, так и о том, где они находятся и для чего пришли сюда. – Минуту… Я уже уяснила для себя, в чем причина отличия внешнего облика человека от его образа, транслируемого инфором. Поэтому попрошу вас не зарываться слишком глубоко в тему, которая, как я вижу, чрезвычайно занимает вас обоих.

– Скажите, Мейла, а сейчас на вас имеются имитаторы? – вкрадчиво поинтересовался Блум.

– Что за бестактный вопрос! – возмущенно воскликнул Шейлис.

– Ничего страшного, – успокоила его Мейла. Повернувшись к Блуму, она лукаво улыбнулась: – А что вам больше нравится? То, как я выглядела на приеме, или как выгляжу сейчас?

Чтобы скрыть свое смущение, Блум, прежде чем ответить, старательно откашлялся в кулак.

– По-моему, сегодня вы выглядите несколько лучше, – осторожно произнес Блум, боясь ошибиться. – Хотя, конечно, мое мнение глубоко личное и не может служить объективным критерием…

Не закончив фразу, Блум умолк. Глубину его смущения невозможно было бы измерить. Да и нечем.

– Хотите чаю или кофе? – улыбнувшись спросила Мейла.

– Нет-нет, спасибо, – решительно затряс головой Блум. – Мы совсем недавно выпили кофе в прекрасном кафе неподалеку отсюда.

– Я тоже порой хожу в кафе, когда мне надоедает завтракать дома, – непринужденно, так, словно речь шла о самой что ни на есть обыденной и привычной для каждого вещи, сообщила Мейла. – В то, что прямо за моим домом.

– Ты одна выходишь на улицу? – удивленно вытаращился на женщину Шейлис.

– Да, – коротко кивнула та. – Когда становится совсем уж скучно.

– И как далеко ты отходишь от дома? – поинтересовался Блум.