Кир Булычев - Технология рассказа Страница 5

В публике раздался смех, потому что декабрь уже подходил к концу. О чем и сообщили краеведу.

– Не может быть! – закричал тот и пошатнулся.

Пока медики отпаивали старика валерьянкой, на трибуну поднялся профессор Минц.

– Их было трое, – сказал он, переждав бурю аплодисментов. – Это был человек… – При этих словах Минц оглянулся на Сидякина. – Это был… – Профессор сделал паузу, и все увидели, как кот Трифон, словно поняв, что от него требуется, стал потягиваться. – Кот!

– Не позорь животное! – кричал из «Скорой помощи» краевед. – Оно наше, родное!

– Кто третий? – спросили из толпы.

Минц вытащил из кармана спичечный коробок, открыл – черная точка выскочила из нее и пропала в снегу.

– Я не был бы настоящим ученым, – сказал Минц, – если бы не охватил своими опытами всех живых существ, близких как человеку, так и котам. Эта блоха жила на Трифоне. Вот она, биологическая триада пришельцев!

– Тришка, предатель, задушу! – бесновался краевед.

Но никто его не слышал. Великий Гусляр ликовал. Наконец-то в нем было совершено великое открытие.

Тут я спохватился и понял, что увлекся. Убийцу тянет на место преступления, писателя – на проторенную дорожку. Столько сил я потратил на то, чтобы написать настоящий научно-фантастический рассказ, а закончил еще одной гуслярской историей. И какой! Опыт, поставленный профессором Минцем, антинаучен, за его пределами остались многие возможные пришельцы. Краевед Сидякин в рассказе необязателен. Гораздо интереснее было бы описать жизнь в пещере, повседневный труд исследователей…

Перед тем как нести рассказ редактору, я понял, чего в нем не хватает, – благополучного конца. Поэтому я дописал следующее.

– Что может город сделать для вас? – спросил товарищ Белосельский, подходя к профессору, чтобы пожать ему руку.

– У меня есть просьба, – ответил Минц, улыбнувшись. – Нельзя ли присвоить звание почетного гражданина Великого Гусляра краеведу Сидякину?

– Положительное решение уже принято, – ответил Белосельский и тоже улыбнулся.

Так завершился этот великий день.

По-моему, лучше не скажешь.

В заключение у меня есть вопрос к читателям, имеющим отношение к астрономии. Не знаете ли вы какую-нибудь планету, которая обращается вокруг своей оси за 48 часов? Каждому писателю в глубине души хочется стать провидцем.