Вернор Виндж - Пламя над бездной Страница 50

Наконец они пролезли в люк и вступили в странную берлогу двуногих. Свет был яркий, голубоватый, воздух теплый, как в Замке… и множество всяких загадочных штуковин. Они прошли на другой конец просторного зала, и Стальной Господин тоже просунул в люк несколько голов. Его мысли громким эхом отдавались от стен.

– Я занавесил стены, Амди, но даже сейчас тут нет места более чем одному из нас.

– А-ага. – Эхо придавало мыслям Стального странную жестокость.

– Позаботься о себе сам и дай мне знать обо всем, что увидишь.

Он отошел от люка, оставив там только одного элемента следить за ними.

– Да-да, обязательно!

Это впервые Амди кому-то, кроме Джефри, был по-настоящему нужен.

Джефри молча бродил по залу меж своих спящих друзей. Он не плакал, и хандра его тоже оставила. Было похоже, что мальчик толком не понимает, где оказался. Он касался ладонями крышек, рассматривал лица внутри. «Так много друзей, – подумал Амди, – и все ждут пробуждения. На кого они похожи?..»

– Стены? Не помню таких… – проронил Джефри, ощупывая тяжелые занавеси, которые нацепил здесь Стальной Господин.

– Это чтобы тут стало тише, – пояснил Амди. Дернул ткань – ему стало интересно, что внутри. Стена была зеленая, словно бы каменная и стальная одновременно… и ее покрывали небольшие бугорки и полоски чего-то серого. – А это что?

Джефри обернулся:

– Брр! Плесень. Расползается. Хорошо, что Стальной Господин ее закрыл.

Мальчик побрел дальше. Амди задержался на секунду, задрал к странной плесени несколько голов. Грибки и плесень создавали в Замке вечные проблемы; их все время вычищали (по мнению Амди, слишком уж тщательно). Он думал, что грибки чистенькие, вроде тех, что растут на самой твердой скале. Но эта штука была особенно странная. Некоторые отростки в длину достигали почти полудюйма, но формой напоминали затвердевшие дымные завитки.

Часть Амди, которой он смотрел в другую сторону, увидела, что Джефри скрылся в соседнем помещении. Амди неохотно побежал за ним.

В первый день они провели на корабле всего час. Во внутренней каюте Джефри распахнул волшебные окошки, из которых можно было смотреть во всех направлениях. Амди сидел, тараща на них глаза. Будто на небо слетал.

Для Джефри они означали что-то иное. Он залез в свой гамак и уставился на панель управления. Лицо его напряглось.

– Мне… мне тут нравится, – осторожно, мягко заметил Амди.

Джефри покачался в подвеске.

– Да… да. – Он вздохнул. – Я так боялся… но тут я ближе к… – Руки его потянулись к панели, что была ближе остальных. – Папа опустил эту штуку, он вот здесь сидел. – Он развернулся в гамаке, глянул на светящуюся панель наверху. – А мама настроила ультраволновик… Они все сделали. А теперь только мы с тобой остались, Амди. Даже Йоханна… Придется все самим…

Классификация Вриними: СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. Не распространять за пределами Первого кольца локальной сети.

Поисковый журнал: Трансивер Маршрутизатора 00

Начало поиска: 19:40:40 по времени Причалов, 17 день 1 месяца 52090 оргода [128,13 дня со времени падения Страумлианского Простора]

Синтаксическая кодировка линк-слоя 14. Закольцованное сообщение на указанном канале поиска. Интенсивность сигнала и отношение С/Ш соответствуют предварительно зафиксированному сигналу маяка

Путь перевода: самношк (диалект СК), устройства Маршрутизатора

От: Джефри Ольсндот иянезнаю гдеето

Тема: Привет. Мои имена Джефри Ольсндот. Наши корабли поломлись имнам нжна пмщь, пПжалкуйста отвечяйте.

Краткое содержание: Простите, если я что-то не так набрал. Эта клаватура ИДИОТСКАЯ!

Ключевые фразы: Незнаю

Рассылка в/на: Маршрутизатор, кому-нибудь

Текст сообщения: [отсутствует]

Глава 15

Парочка наездников нежилась в прибое.

– Ты полагаешь, его жизнь в опасности? – спросило существо с тонкой зеленой стебленожкой.

– Чья жизнь? – переспросило существо более крупное, обладавшее синеватой панцирной раковиной у основания.

– Джефри Ольсндота, человеческого ребенка.

Синепанцирь вздохнул про себя и сверился с тележкой. Приезжаешь на пляж от всего отрешиться, а Зеленожка начинает досаждать. Он просканировал память запросом Джефри опасность.

– Разумеется, он в опасности, кривостволка! Ты глянь, какие сообщения от него поступают.

– Ой, – озадаченно откликнулась Зеленожка. – Извини, что не до конца вспомнила. Только что надо беспокоиться за него, и всё.

Она погрузилась в молчание. Спустя миг он услышал ее милый шелест. Прибой набегал на берег и откатывался, снова и снова, без конца.

Синепанцирь открыл себя воде, попробовал на вкус кишевшую в волнах жизнь. Пляж поистине прекрасен. И вероятно, уникален – а в Запределье это высшая похвала. Когда пена стекала с тел, можно было видеть распростертое от края до края Причалов небо цвета индиго, где посверкивали искорки звездолетов. Когда же накатывал прибой, двое наездников погружались в бурлящую прохладу. Их окружали коралловые рифы и существа приливной зоны, возводящие тут свои крохотные жилища. В пору высокого «прилива» морское дно примерно на час казалось неподвижным. Потом вода отступала, и в свете дня становились различимы фрагменты стеклодна. А сквозь него, тысячью километров ниже, поверхность планеты – Земсторонье.

Синепанцирь пытался очистить ум от повседневных тревог. С каждым часом беззаботного созерцания накапливается немного естественных воспоминаний. Но не получалось. Не могла избавиться от тревог и Зеленожка. Помолчав, он сказал:

– Иногда я мечтаю сделаться меньшетележечным наездником. И простоять всю жизнь на месте, довольствуясь небольшой тележкой.

– Да, – согласилась Зеленожка, – но мы решили тронуться в путь. Это означает отказ от кое-чего. Порою приходится запоминать события, случившиеся только раз или два. А иногда нам выпадают большие приключения. Я рада, Синепанцирь, что мы согласились на спасательную экспедицию.

Значит, сегодня у них обоих нет особого настроения плескаться в море. Синепанцирь чуть опустил колеса тележки и подкатился ближе к Зеленожке. Он порылся в искусственной памяти тележки, просканировал общие базы данных. Там нашлось много сведений о катастрофах. Кто бы ни создал исходные тележечные базы, он придавал большое значение войнам, погибелям, искажениям. Они поражали воображение – и могли погубить.

Синепанцирь понимал также, что в относительном масштабе события эти – лишь малая часть цивилизованного исторического опыта. Крупномасштабная погибель случалась не чаще раза в тысячелетие. Им не повезло оказаться с нею по соседству. За последние десять недель дюжина цивилизаций с Вершины Запределья выпала из Сети, поглощенная симбиотическим конгломератом, который теперь повсеместно обозначался как Страумлианская Погибель. Торговля на Вершине практически рухнула. Получив рефинансирование, они с Зеленожкой выполнили несколько рейсов, но все – в пределах Срединного Запределья.