Главная ветвь - Леонид Резников Страница 54

и нелинейного времени. Однако, она никогда не совершала никаких экспериментов и не могла их совершить по трем основным причинам: первая – это ее отстранение от работ в этом направлении буквально за месяц до так называемого Великого эксперимента; вторая – незаконченность теории, разработка которой в полной мере была осуществлена всего каких-нибудь сто шестьдесят лет назад; третье – технологии и энерговооруженность того времени физически не позволили бы ей произвести указанный эксперимент.

– Но как же тогда?.. – пробормотал Борис, явно обескураженный услышанным. – Простите, у меня все путается в голове… Ведь эксперимент действительно был проведен!

– Этот факт отрицать невозможно. Но повторюсь, теория управления многомерными пространствами была разработана в необходимом объеме чуть более полутора веков назад. Тогда же появилось и оборудование, способное осуществлять подобные «фокусы» с пространством. С временем, как ни странно, все оказалось гораздо проще, и возможность путешествовать по нему появилась уже в середине второго столетия Новой эры.

– Тогда получается… – глаза Бориса начали медленно расширяться. Он не договорил, замолкнув на полуслове.

– Именно так. Мир в его современном виде мог быть порожден исключительно вмешательством Центра. А до этого содействие его рождению оказала цивилизация эолльцев из двенадцатого локуса, живущих за тысячи лет от нас впереди.

– Я что-то слышал про них, но смутно представляю, о чем конкретно идет речь, – честно признался Борис.

– В таком случае я поясню. Цивилизация эолльцев была порождена в одном из миров-отражений естественной эволюцией и, разумеется, они были озабочены возможностью собственного рождения не меньше, чем все мы здесь присутствующие собственным. Изучая истоки своего мира и собственные, они обнаружили, что их мир имеет искусственное происхождение. Обнаружить Главную ветвь и узел ветвления при их уровне науки не составило для них большого труда.

Для проверки теории эолльцы отправили крейсер в расчетную точку пространства-времени, и можете вы представить себе их удивление, когда они обнаружили, что Земля, подходя вплотную к точке ветвления, не обладает не только технологиями, но и достаточными познаниями для осуществления этого самого ветвления?

Эолльцы после долгих размышлений и некоторых колебаний  решили все-таки посодействовать развитию науки Земли в данном направлении, передав тогда еще девятилетней Бельской минимальные базовые знания, требующиеся ей для разработки сложнейшей физической теории. Знания проснулись в необходимое время. Бельская продвинулась достаточно далеко, но вот чего не учли эолльцы, так это человеческие слабости, а также технического уровня. Бельская, как я уже говорил, была отстранена от своих разработок, а ее теория долгое время пылилась на архивных полках.

– Но как же тогда Великий эксперимент?

– Он должен быть произведен для рождения нашего мира, и, я думаю, произведете его именно вы, господин Фролов, – тихо сказал Браун, но его слова грохотом камнепада отдались в голове Бориса. Он резко повернул голову к главе Совета и уставился на того в полной растерянности.

– Я?

– Именно вы, Борис Аркадьевич. Если, конечно, согласитесь на это.

– Но что я должен сделать для этого?

– В необходимое время активировать оборудование, находящееся в данный момент уже на гелиоцентрической орбите в прошлом между Марсом и Землей.

– Но почему этого не может сделать любой наблюдатель? Ведь достаточно дать любому контроллеру в руки кнопку и сказать, в какой момент она должна быть нажата. И для чего вся эта секретность?

– Вы не все до конца понимаете, Борис Аркадьевич. Согласно истории, именно Бельская провела тот Великий опыт, и, следовательно, все должно произойти именно так, по крайней мере, выглядеть. Остальное – тщательная разработка операции, которую, кстати, стало возможным провести именно благодаря вашим трудам в области социального прогнозирования.

– Польщен, конечно, – несколько смутился Борис, – но почему для такой ответственной работы был выбран именно я?

– Причин много, – как-то буднично сказал Браун. – Вы, Фролов, обладаете солидными познаниями в области математики и физики, и не понаслышке знакомы с теорией многомерных пространств. Ваши разработки помогли нам солидно продвинуться в области контроля прошлого.

– Это явное преувеличение, господин Браун, – Борис чувствовал, как начинает пунцоветь.

– Не скромничайте, это действительно правда. У вас гибкий ум и неординарное мышление. Ко всему прочему вы имеете опыт работы в прошлом. И вы ответственно относитесь к работе, даже если она вам не нравится.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду вашу неприязнь к работе контроллера.

– Вы преувеличиваете, господин Браун. Я бы выразился несколько иначе, – сдержанно отозвался Фролов.

Глава Совета некоторое время молчал, ожидая пояснений, но их не последовало.

– Разрешите, я угадаю, – сказал он наконец. – Эта работа не позволяет вам реализовать свой потенциал, не приносит никакого удовлетворения, поскольку она слишком однообразна и буднична. А ваша натура требует действия, постоянного движения вперед.

– Вы правы. Но, если не секрет, откуда вам все это известно? Я никому ни о чем не говорил.

– Этого и не нужно. Руководство Центра постоянно следит за физическим и психологическим состоянием своих работников. Это входит в наши обязанности. К тому же человек, не получающий удовольствия или хотя бы удовлетворения от своей работы, не может исполнять свои обязанности с полной отдачей. И мы по возможности стараемся предложить таким людям работу, более соответствующую их складу ума и устремлениям. Так как, Фролов, вы согласны?

Борис задумчиво уставился в стол, потом медленно приподнял голову и оглядел присутствующих исподлобья. Все смотрели на него в ожидании ответа. В их взглядах читалась лишь сдержанность, и невозможно было предугадать, как они отреагируют на возможный отказ, а именно он и вертелся на языке у Бориса. До сих пор он ни разу в жизни не сталкивался со столь ответственной работой и, разумеется, сомневался, сможет ли до конца справиться с ней.

– Итак, что вы решили? – нарушил молчание глава Совета, когда пауза слишком затянулась.

– Я не знаю… Это такая ответственность, господин Браун.

– У нас у всех здесь ответственная работа – безответственны исключительно бездельники.

– Но что от меня потребуется конкретно сделать? Я должен это знать для корректной оценки собственных сил.

– Хорошо, – Браун задумчиво поскреб переносицу ногтем среднего пальцем. – Придется внести некоторые дополнения. Вы будете внедрены в прошлое задолго – примерно за девять лет – до нужного момента. Это необходимо для исключения возможности идентификации вас как постороннего в данном времени контроллерами и безопасниками Центра прошлого, проводящего операцию у самого барьера Абсолютного нуля. Вы должны будете полностью, так сказать, ассимилироваться в прошлое, стать там своим человеком, устроиться на работу, обрасти знакомыми, обжиться. Центр прошлого в ходе одной из своих операций введет вас в контакт с Бельской.

– Простите, откуда вам это известно? Мы, насколько я знаю, не работаем выше Абсолютного нуля.

– Вы знаете не все, как и многие остальные. Наши люди работают и в более близком прошлом, являясь