Евгений Лотош - Корректор. Книга вторая: Птенцы соловьиного гнезда Страница 59

Сотрудница СВР медленно поднялась. Она уже совсем не походила на замученную жизненными неприятностями семнадцатилетнюю студентку. Внимательный изучающий взгляд принадлежал, скорее, опытной хладнокровной женщине в возрасте под тридцать.

– Спасибо, господин Саматта, – с сарказмом произнесла она. – В наше время такое рыцарское благородство нечасто встретишь. Надеюсь, у меня появится возможность отплатить тебе той же монетой.

– И не рассчитывай, госпожа, – усмехнулся археолог. – Я не работаю на спецслужбы, на нелегальном положении вряд ли когда-то окажусь. Кстати, передай своему начальству, что если у него есть ко мне какие-то вопросы, оно сможет задать их мне лично. В скором времени я намерен побывать в Четырех Княжествах с деловым визитом. Если я сочту возможным и буду в настроении отвечать, поговорим.

– Обязательно упомяну этот факт в своем отчете, – сухо сказала шпионка. – Госпожа Цукка, господин Саматта, прощайте.

– Прощай, госпожа Тарона, – вежливо кивнул археолог, не отрывая от нее прищуренного взгляда. Та подхватила сумку и быстро вышла из кафе.

Цукка понаблюдала, как шпионка быстрым шагом идет по университетской площади. Когда "студентка" скрылась за постаментом Просвещения и Науки, она повернулась к Саматте.

– Эк ты ее раскатал, – задумчиво произнесла она. – Но и она ничего, хорошо удар держит. За несколько секунд оправилась от шока и взяла себя в руки. Явно не неопытная девчонка, умеет себя контролировать.

– В нелегалы других не берут. Надеюсь, ей не слишком повредит провал.

– А она тебе все-таки понравилась! – хихикнула Цукка, толкая его локтем в бок. – Не отпирайся, я же видела, как ты на нее смотрел.

– Понравилась, разумеется, – пожал плечами бывший спецназовец. – Адресная же операция. Наверняка типаж специально под мой вкус подбирали. Ты заметила, она чем-то на тебя смахивает?

– Значит, мой типаж тоже в твоем вкусе? – Цукка, мурлыкнув, устроилась него на груди и снизу вверх взглянула ему в лицо. – А, Мати?

– Ты же сама знаешь, – тот осторожно обнял ее. – Ты у меня самая лучшая и самая красивая.

– Все мужчины – льстецы! – фыркнула женщина. – А что ж ты ее к нам не притащил, если понравилась? Поиграл бы с ней еще пару деньков, в постельку бы затащил – а она бы с удовольствием, чтобы потом скандалом со мной шантажировать…

– Издеваешься… – буркнул Саматта. – И в мыслях, между прочим, не имелось.

– Ну и дубинушка! – Цукка провела ладонью по его широкой груди. – Мати, я ведь тебе давно сказала – я не стану ревновать к случайным интрижкам. Мы ведь даже не женаты.

– Как – не женаты? – Саматта удивленно посмотрел на нее сверху вниз. – Хочешь сказать, что у меня ложная память?

– А вот так. Забыл, что мы так и не подписали брачный контракт?

– Цу, если хочешь, я готов подписать его хоть сейчас. Пошли к университетскому нотариусу…

– И не подумаю! Не начинай заново. Я взяла твою фамилию, я называю тебя своим мужем – но я не хочу, чтобы между нами стояла формальная бумажка. И я не стану ревновать тебя к другим. Мати, в браке секс – не главное. Главное – плечо, на которое можно опереться в трудную минуту. А если такого плеча нет, никакой контракт не спасет. Только помехой к разводу и станет.

– Рассудительная ты моя! – Саматта прижал ее к себе. – Не нужен мне никто, кроме тебя, пусть даже самая раскрасавица.

– Глупо… – вздохнула Цукка. – Мати, искушение, которому не хочешь поддаваться, может сломать. Ураган вырывает с корнем несгибаемые деревья, а трава после него распрямляется как ни в чем не бывало. Лучше пару раз разрядиться на стороне, чем тихо ненавидеть партнера, который этого сделать не позволяет. А если тебя все-таки подловят на адюльтере и начнут шантажировать?… Я никогда не обещала тебе верности и не жду ее от тебя. Главное – что мы вместе, понимаешь? А что там на стороне – без разницы.

– Я тебя люблю, – шепнул ей Саматта. – Мы столько лет вместе, а я люблю тебя, как в первый день…

– Я тебя тоже люблю, – Цукка осторожно высвободилась у него из объятий и нежно поцеловала его в губы. – Слушай, а что ты там сказал насчет визита в Четыре Княжества? Неужели?…

– Ага, – кивнул Саматта. – Сегодня профессор Бун прислал сообщение. Визы наконец-то получены, программа экспедиции согласована. Пятнадцатого пятнадцатого вылетаем.

– Замечательно! – Цукка вскочила. – Наконец-то эти бюрократы сломались! Ой, как жаль, что я не могу поехать! Так хочется посмотреть Лесную Долину вживую!

– Посмотришь еще, – улыбнулся Саматта. – Ее же только-только открыли. Через год-другой там от туристов будет не протолкнуться, гостиниц настроят, сможем съездить сами по себе. Да что там смотреть? Оплавленные скалы под слоем земли да древние развалины домов, по большому счету, и ничего больше. Тилос наверняка в свое время вычистил до местечко до блеска.

– Ну! – Цукка капризно надула губы. – Зато атмосфера! Это же историческое место, причем такое, о каком никто не знает. Представляешь, толпы туристов, и среди них только мы с тобой в курсе, что на самом деле произошло два века назад!

– Романтичная ты моя, – Саматта поднялся из-за стола и подхватил ее на руки. – Хочешь, я тебя по площади так пронесу?

– Поставь меня на место! – шепотом закричала ему женщина. – Ты что, люди же смотрят!

– Пусть смотрят, – ухмыльнулся тот, но на ноги ее все же поставил. – Цу, есть идея. Давай отметим твою предзащиту и мою командировку.

– Здесь? – Цукка обвела кафе скептическим взглядом.

– Ну еще чего! Я знаю одно хорошее местечко.

– Вообще-то Яна с Палеком дома одни. Помнишь, Дзинтон говорил насчет какого-то незваного гостя…

– Да справятся они без тебя, – махнул рукой Саматта. – Он одно говорил – если появится, задержать и позвать его. С этим, думаю, наши небесные детишки и сами справятся. Не маленькие.

– Ох, ну что с тобой сделаешь… Ты и сам шалопай порядочный, пусть и великовозрастный. Убедил. Пошли, только сначала отцу позвоню, обрадую. А что, говоришь, за местечко?

– Это, что ли, заколдованный дом? – пробурчал под нос Вай, когда асфальтированная тропинка наконец вывела его к дворику отеля.

Он истекал потом. Пока Оканака стыла под порывами промозглого осеннего ветра, здесь, в Масарии, стояла ясная теплая погода, которая в столице случается разве что в середине лета. За шесть лет, проведенных вдали от дома, Вай уже забыл, что осень может быть мягкой и ласковой. Конец осени, предзимняя пора, никак не напоминал, что еще немного, и год официально вступит в пору умирания. Скоро, очень скоро, наступит сезон ливней, но пока что все тихо. По инерции репортер напялил теплый пиджак, о чем сейчас страшно жалел. Но снять его нельзя – укрытые в его дебрях микрофон и скрытая камера окажутся выставленными на всеобщее обозрение.