Александр Громов - Циклогексан (сборник) Страница 66

– Больше-то больше, – плаксиво соглашается Потерявший Имя, – а все равно их тысячи. Разве я их все помню? Я ведь не настоящий маг, я так, делаю вещи… Говорила мне в детстве моя наставница, светлая эльфиня Карамель: учись прилежно, Стилобат, а то недоучкой вырастешь… Вот недоучкой и вырос. Не-ет, видно, судьба мне до самой смерти ходить Потерявшим Имя, и вещи мои всегда будут с изъянами. О горе, горе!.. Великий Драхма, за что?

– Стой! – перебиваю я. – Как ты себя назвал?

– Никак я себя не называл! Недоучкой я себя называл! Нет, я не маг, а ремесленник, причем плохой…

– Ты сказал: «Учись прилежно, Стилобат». Не твое ли это имя?

Он словно громом поражен и падает навзничь, успев прошептать «мое». Я вовремя подхватываю Зрячие Кольца, иначе стекляшкам пришлось бы худо.

Здорово на него подействовало… Но он жив, это у него обморок от радости. Скоро очнется.

– Теперь ты, принцесса, – я протягиваю ей Зрячие Кольца. – Твоя очередь. Не беспокойся, если упадешь – подхвачу.

Задыхаясь от волнения, Ленора помещает малую дужку Колец на прелестный, чуть облупленный от горного солнца носик и долго всматривается. Затем со вздохом протягивает Кольца мне.

– Посмотри и ты, храбрый Камень…

– Разве ты ничего не увидела? – тревожно спрашиваю я.

Ленора снова вздыхает.

– Геенна лежит при смерти. Она отравилась свинцом, пробуя на зуб монеты из подвалов своей мамаши Лигатуры – думала, в сплаве и серебро есть. Теперь мне нужно всего лишь вступить в пределы Копролита и объявить о своих правах на престол. Я прошу тебя, не покидай меня. Что бы ты ни увидел в Кольцах – не покидай!..

– А если я увижу то же, что и ты?

– Каждый видит в Кольцах что-то свое. – Обморок старика прошел, и он кряхтя встает на ноги.

Мне страшно. Удивительное дело: я не боялся штурмовать неприступные замки и сражаться с армиями – а теперь боюсь. Боюсь, что увижу в Кольцах конец своего пути, развязку затянувшейся шутки великого Драхмы…

Ощущение, как перед прыжком в пропасть. Даже хуже: как перед поцелуем.

– Смелее! – подбадривает Стилобат.

Он что, считает меня трусом?.. И малая дужка Колец садится мне на переносицу, а две большие ложатся на уши. Я успеваю подумать о том, что выгляжу, должно быть, крайне нелепо.

Туман… Ничего, кроме тумана.

Я шагаю вперед. Моя бестелесная сущность пронизывает белесые струи, и туман, вначале плотный, как горное облако, начинает слоиться, слои плавают отдельно друг от друга, не смешиваясь, и в просветах между ними начинают проступать изображения…

Странные картины. Первая – людская толчея на городской площади. Люди диковинно одеты, и их очень много, я не думал, что столько бывает. Но это не войско, собравшееся в поход: никто не отдает приказов, да никто и не стал бы их слушать. Никакого порядка, все снуют туда-сюда, как ошпаренные. По краям площади, разумеется, торгуют со столиков. По большей части – странными книгами. Это не свитки, и мне приходится сделать усилие, чтобы понять, что прямоугольные кипы нарезанной бумаги, объятые блестящей гладкой корой, – тоже книги. Еще более странно, что торговец не зазывает покупателей, а скучает, позевывая.

На книгах – искусно выполненные рисунки. Тут мне многое знакомо. Вот изображена Ленора с мечом, вот Стилобат с посохом, а вот и я. Немного подкачал дракон, но в общем тоже похож. В какой стране живет умелец, делающий подобные книги? Я не знаю этой страны, но там, выходит, нас знают…

В соседнем просвете открывается еще более озадачивающая картина. Несколько юнцов и юниц, сойдясь стенка на стенку, бестолково размахивают подобиями мечей – сразу видно, что деревянными. Если их стране грозит опасность и они готовятся к сражению с силами Тьмы, то результат этого сражения известен мне заранее. Несчастные… Где же их наставники в боевом искусстве – неужели все погибли? Не-ет, я непременно приду к ним на помощь, ведь без меня их легко перебьет любой солдафон квалификации Зада Мелькала…

Но как найти их страну?..

Моя бестелесная сущность взмывает вверх – я заглядываю в следующий просвет.

Комната. Толстый мальчишка лет восьми, похожий на избалованного наследника сильно занятого государственными делами правителя, развалился на подобии стула перед серым ящиком, непрерывно жует, а рука его, обнявшая маленькую плоскую коробочку, зачем-то шарит по столу… Ага, ящик магический! Что-то вроде Зрячих Колец, только лучше: одна грань ящика прозрачна, и в ней застыли фигуры.

Эти фигуры – мы.

Вот я. Рядом – принцесса и старый маг. А вон там на полу распростерся поверженный Серый Властелин, не успевший удрать в облике летучей мыши…

Я – Камень. А сейчас и вовсе бесплотный дух. Но мое сердце стучит так, как никогда не стучало во время самой отчаянной схватки.

В том ящике на мне Зрячие Кольца, и я не должен видеть то, что происходит вокруг меня. Не должен видеть, как прекрасная Ленора, повинуясь движению пухлой детской лапки, приближается ко мне, встает на цыпочки, чтобы поцеловать, – и по мановению той же лапки резво отскакивает, спотыкаясь о Серого Властелина. И как мальчишка хихикает…

Но я вижу.

Вот кто наш настоящий властелин. Может быть, это сам великий бог Драхма, для забавы принявший жалкий облик?

Вряд ли…

Это не Драхма. Я вижу, как в комнату неожиданно врывается мужчина с брюшком и пробивающейся на макушке лысиной, и я слышу его повизгивающий крик: «Так я и думал! Ты чем занимаешься, а?! А уроки?!!» – в ответ на что мальчишка принимается что-то лепетать, плаксиво и одновременно нахально. Никакой бог не повел бы себя так позорно…

И я срываю с лица Зрячие Кольца. Нет! Не-е-е-ет!!! Я не хочу! Это неправда!.. Кольца солгали мне!

Слабая попытка самоутешения. Чтобы солгать, надо выдумать, – но разве можно выдумать ТАКУЮ ЯВЬ? Нельзя, а значит, она существует на самом деле…

Я снова в башне замка Тарбаган и теперь знаю все. Не могу, не желаю смириться – но знаю.

Старик отбирает у меня Кольца, пока я не растоптал их, швырнув на каменные плиты, и быстро прячет в свою суму. Вовремя.

– Не ответишь ли ты, что удалось тебе увидеть, доблестный Камень? – Он любопытен.

– Ничего. – Мое вранье его не обманет, но будь я орк позорный, если поведаю ему правду. – Совсем ничего. Только туман.

Гаснет закат.

Уцелевшие после побоища воины, узнав о смерти Серого Властелина, устроили вече между первой и второй стенами и орали полдня. Мы решили их не трогать. Несомненно, они вот-вот пришлют к нам выборных с выражением покорности и предложением верной службы, на чем и закончится еще одна история о подвигах воина по имени Камень. Со временем она обрастет неправдоподобными деталями и превратится в легенду. Впрочем, это уже не моя забота.