Дмитрий Казаков - Рыцари королевы Ядвиги Страница 66

«Рим» обладал неплохой защитой и совершенным маскировочным оборудованием, но в этой схватке гигантских флотов чудовищно мощных кораблей он имел крайне мало шансов выжить.

– Много. – В голосе Соболева прозвучало благоговение. – Ого, начали… Одно случайное попадание, и мы трупы…

Тьму разорвали сотни алых вспышек. Тысячи ракет, достаточно мощных, чтобы разнести вдребезги астероид, и умных, чтобы избегнуть противоракет и выбрать цель, отправились в первый и единственный полет. Принялись за дело постановщики помех, силуэты звездолетов начали размазываться, превращаться в размытые пятна.

С поверхности того спутника, на котором недавно ремонтировали «Рим», ударило что-то вроде фонтана светящейся пыли. Фонтан расплылся и потек во все стороны. В космос отправились ложные цели, фантомы кораблей, готовые принять удар на себя, принести пользу собственной гибелью.

– Они нас не видят, к счастью, – заметил Ли, когда одна из ракет прошла совсем рядом, в паре сотен километров. – Бабник, ты еще долго?

– Возможны следующие варианты… – И искусственный интеллект принялся называть обитаемые звездные системы, лежащие на расстоянии одного гиперпространственного прыжка.

– Нечего выбирать, надо удирать быстрее! – выкрикнул кто-то из легионеров, когда перечисление закончилось.

– И то верно, видят духи, – кивнул Ли. – Уходим на Сажесорг. Не самое приятное место, но тут еще хуже…

Космос около «Рима» пылал. Огненные цветы распускались вокруг спутника и на его поверхности. Ракеты поражали ложные цели, немногие прорывались через защиту и вонзались в твердую поверхность на десятки метров, прежде чем взорваться. Громадные столбы пыли напоминали воткнутые в шарик для тенниса иглы из серого дерева.

Лучи фазотронных пушек полыхали там, где сошлись в ближнем бою звездолеты. Перегруженные защитные поля начинали светиться, разваливались на части неудачники битвы.

Все это было красиво и жутко.

И далеко за позициями хаурваков, на границе действия сканеров, висел очень большой звездолет, похожий на черепаху без головы.

– До входа в гиперпространство половина мини-цикла, – сообщил Бабник. – Обнаружен захват средствами наведения с пяти или шести кораблей. Вероятность атаки – сто или более процентов.

– Больше ста не бывает, – заметил Вильям. – Так это что, нас обнаружили?

– И даже обстреляли. – Ли склонился над приборной панелью. – Три… нет, четыре ракеты…

– До входа в гиперпространство треть мини-цикла, до момента поражения – две пятых мини-цикла, – сказал Бабник.

– Голова у меня варит не очень хорошо, – признался Гаррисон. – Но как я понимаю, счет идет на секунды?

– Верно понимаешь. – Арагонес вытер пот со лба.

Вильям со своего места видел, как на тактической диаграмме, что отображалась на одном из боковых экранов, зеленая точка медленно ползет к алому колечку. Ее настигали четыре желтых стремительных огонька, и они все наращивали и наращивали скорость, все наращивали…

– Ой, – сказал Снарк, когда изумрудная точка вошла в красное кольцо и вместе с ней туда нырнул один из шафрановых огоньков.

Раздался дикий грохот, что-то тяжелое ударило в копчик, швырнуло вверх. Рот наполнился кровью, и последнее, что успел увидеть Вильям, стало перекошенное, злое лицо Ли.

Часть третья

Рыцари королевы Ядвиги

Пробуждение вышло странным – все тело болело, и одновременно в нем ощущалась необычная легкость. Словно некий искусный лекарь удалил кости и внутренности, заменив их газом.

Вильям попытался открыть глаза и обнаружил, что он лежит в собственном кресле на пассажирской палубе «Рима».

– Что произошло? – прошептал уроженец Ливерпуля, пытаясь заполнить темнеющий в памяти провал.

Вроде бы они находились в мертвом Шарендаре… или нет, на какой-то огромной станции… или спутнике?.. Еще там были чужаки с шелушащимися лицами и в белых одеждах…

Но как он тогда очутился на корабле?

Вокруг царила тишина, слышалось неровное дыхание и монотонный храп. В потолке виднелось нечто, похожее на плохо заживший шрам, из него торчали куски разноцветных проводов.

От усилий заболела голова, и Вильям, оставив тщетные попытки разбудить крепко спящую память, попробовал сесть.

– Что, никак ты очухался?

Человек, сидящий в кресле дежурного, что вырастало по необходимости и стояло рядом с командирским, обернулся, и Снарк увидел, что это Соболев.

Половина головы у него была обожжена, вместо волос топорщилась коричневая корка ожога. На лице красовались несколько свежих шрамов, а синяки вокруг глаз давали понять, что русский получил сильный удар в переносицу.

– Да, – сказал Вильям. – А что произошло?

– Не помнишь? Голова не болит? А то, когда тебя от пола отскребли, вместо нее было нечто плоское, окровавленное. – Соболев поморщился. – Вообще нам жутко повезло. Взорвись ракета сотой долей секунды раньше – мы бы отправились прямиком на небо.

– Ракета? Точно… – В голове словно лопнул набитый воспоминаниями шар: бегство со спутника Рогхелма, грандиозный бой в космосе и попытка «Рима» ускользнуть… – А что вышло?

– Наш корабль слегка искорежило. – Соболев дернул себя за ус. – Многим досталось, и тебе в том числе. И самое мерзкое – сбило настройку прыжка. Мы летим непонятно куда и неизвестно где выйдем из гиперпространства…

Вильям огляделся.

Похоже, он очнулся в момент корабельной «ночи», когда почти все соратники улеглись спать.

– Где-нибудь да выйдем, – сказал он. – Только…

В этот момент приборная панель издала негромкую трель, а обзорные экраны ожили. И на всех на них отразилось одно и то же – заполненная крохотными точечками чернота. «Рим» вышел в обычное пространство в грандиозном провале между звездными системами, там, где нет ничего, кроме молекул газа да блуждающих элементарных частиц.

– Координаты точки выхода установить не удается, – доложил Бабник, и над панелью возникла его голограмма: солидный усатый мужчина в комбинезоне.

Искусственный интеллект «Рима» редко принимал зримый облик, и это происходило в самых тревожных случаях.

– Надо будить Ли, – заметил Соболев и потянулся к креслу командира. Осторожно потряс за плечо: – Эй, отец-командир, яви нам свой светлый, в смысле, желтый, лик. А то мы слегка заблудились.

Пока Ли просыпался, Вильям ощупал голову и понял, что она совершенно цела, а также осознал, что самым зверским образом хочет есть, как всегда по завершении регенерации. Пошатываясь, он утвердился на дрожащих ногах и сходил в грузовой отсек, откуда вернулся с двумя упаковками халибрийских «консервов».

– Приятного аппетита, – улыбнулся бывший сержант. – Так-так, сейчас посмотрим, куда это нас занесло. База данных со спектрами звезд уцелела?